— Я приставил к нему Романа, но даже мой человек не смог его укротить.
— Моя вина, — склонил голову цыган. — Его высокопреосвященство считал, что исполняет волю Создателя. Отговорить его не представлялось возможным. А решить проблему силовыми методами вы мне не позволяли до самого последнего момента. Когда я получил от вас письмо, его высокопреосвященство был уже несколько часов как мертв.
— Избавь нас Господь от тех, кто думает, что исполняет Его волю! — проворчал капеллан Папы, и на лице Рудольфа появилась веселая улыбка.
— Я говорил с госпожой фон Рюдигер. Из ее слов следует, что вы более чем в курсе того, чем опасен темный кузнец, — промолвил кардинал.
— А сколько вы надеялись держать это в тайне? — Отец Лючио хмурил лохматые белые брови. — Еще тысячу лет? Возможно, так бы и случилось, если бы он вдруг не появился, как черт из сундука. Помнишь, что я тебе сказал, когда все завертелось в Шоссии? Проще удержать раскаленный уголь на языке, чем подобную тайну.
Кардинал, которого отчитывали, как мальчишку, лишь смиренно вздохнул, хлопнув пухлыми ладонями по своему объемному, заколыхавшемуся животу:
— Поздно жалеть.
— Поздно. Хотя вот этих бы я наказал. — Он показал на нас с Герой. — Риапано запретил Братству заниматься этим! Искать кузнеца. Магистры согласились. Но вы сунули свой нос не в свое дело! А когда узнали то, что могло бы помочь Церкви, действовали в одиночку! Если бы не ваша глупость, кузнеца убили бы уже в Дискульте.
— Простите что вмешиваюсь, отец Лючио, но боюсь, что случилось бы то же самое, что в Лейкчербурге, — промолвил отец Март. — Вы не успели бы туда. А силы, которыми располагал на тот момент Билеско, были недостаточны, чтобы остановить его.
— На ваше счастье, Папа и вся консистория[145] это понимают. Я привез их благословение.
— Этого явно мало, — хмуро бросил Роман, вцепившись крючковатыми пальцами в свой ремень.
Капеллан сурово посмотрел на цыгана:
— К тебе тоже будут вопросы. То, как ругару прыгает по улицам с подпаленной шерстью, видело слишком много народу. Мне неприятно, что я узнаю о твоей новой сути самым последним. Отец Март, изучите нашего общего друга и представьте мне всеобъемлющий доклад.
Инквизитор сухо кивнул, без всяких эмоций посмотрел на своего коллегу. Роман в видавшем виды плаще пилигрима хладнокровно пожал плечами. Его перспектива проверки ничуть не смущала. А быть может, он сомневался, что она состоится, когда мир балансирует на краю пропасти.
— Ваше высокопреосвященство. — Я воспользовался возникшей паузой. — У вашего поверенного помощника кинжал стража. Вы прекрасно знаете закон…
— Сын мой, — перебил меня кардинал. — Если вы думаете, что я не в курсе, то ошибаетесь. Но если считаете, что я буду отчитываться перед вами, то ошибаетесь вдвойне. Просто поверьте, что Рудольф имеет право носить клинок точно так же, как и вы. Он служит Церкви бескорыстнее многих других. И по воле Господа порой оказывает услуги, с которыми не всегда могут справиться стражи, не нарушая своего устава. Так что оставьте. Сейчас, клянусь Спасителем, не до такой ерунды. Но раз уж вы привлекли мое внимание, то давайте сделаем то, ради чего вас сюда пригласили.
Он постучал толстым пальцем по столу, точно дятел, пытавшийся добыть личинку из ствола дерева.
— Будьте любезны. Отдайте то, что прислала вам госпожа фон Лильгольц.
Они все смотрели на меня, и только Рудольф продолжал улыбаться.
— И что же, по-вашему, она мне прислала?
— Хватит валять дурака, молодой человек! — в раздражении негромко стукнул ладонью отец Лючио. — Темный клинок, который сделал этот еретик! Нам что, силой его у тебя отнимать?!
Гера легко коснулась моего плеча, показывая, что упираться не имеет смысла, лишь спросив:
— Как вы узнали?
— Госпожа фон Лильгольц сильно интересовалась темным кузнецом. Настолько сильно, что дожи Ветеции сочли нужным прислать нам обеспокоенное письмо. Риапано еще со времен Виона просил их примечать тех, кто будет любопытствовать на темы, являющиеся тайной Церкви. — Кардинал ди Травинно двумя пальцами взял темный клинок. Передал его Рудольфу. Тот небрежно убрал его в свою сумку и вновь сел, улыбаясь уже довольно.
— Посылка проходила через «Фабьен Клеменз и сыновья»…
— Гертруда, не будьте настолько наивны! Вы вправду считаете, что конфиденциальность распространяется на тех, кого берет под контроль Церковь? Как вы думаете, каким образом мы отлавливаем большинство колдунов и заговорщиков прежде, чем они успевают что-то сделать? У нас с этой компанией взаимовыгодное сотрудничество. И они сразу же сообщили нам, что в посылке. Мы просто не успели ее изъять, вы оказались быстрее.
— Теперь клинок будет уничтожен? — спросил я.
— В свое время.
— И когда оно наступит, ваше высокопреосвященство?
— Понимаю ваше беспокойство, господин ван Нормайенн. Вы знаете, на что способна эта железка, и вполне здраво опасаетесь, что ее могут использовать так же, как в Шоссии. Даже священнослужители. Но в таком случае и я имею право предположить, что страж может поступить аналогично. Клинок будет сломан. Клянусь Господом. Но пока он может пригодиться, ибо является одним из двух кинжалов императора Константина. А так как другой уничтожили много лет назад, у нас остался лишь этот. Новые работы Ивойи, по мнению Рудольфа, не годятся.
— Для чего? — Гертруда сложила руки на груди.
— Это все, что я могу рассказать. Сын мой, спасибо за вашу помощь. Вы можете идти. А вы, магистр, нам все еще нужны.
— Пусть он останется, ваше высокопреосвященство, — попросил отец Март. — Я за него ручаюсь. Лишний страж нам не помешает.
Отец Лючио, на которого посмотрел кардинал, не слишком охотно сказал:
— Я не против. Все готово, Роман?
— Да.
— Он сопротивлялся?
— Как всегда. Говорит, что мы приперли его к стенке и не даем вести дела. Я привел аргумент, что, если у нас не получится остановить Ивойю, он сможет вести дела лишь с мертвецами.
— Весомый аргумент, — оценил капеллан Папы. — Значит, он поможет. Нам нужна и ваша помощь, госпожа фон Рюдигер. Отчего-то магия кузнеца не действует на вас. И, возможно, ваше присутствие будет не лишним.
— Присутствие где?
Старикан посмотрел на меня блеклыми глазами:
— Неужели непонятно? Мы собираемся прикончить это отродье. Что с каликвецами?
— Тридцать божьих воинов готовы выступить по первому же сигналу. И около ста пятидесяти инквизиторов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
