находились на своих местах. Почетный караул – по подразделению всех родов войск – выстроился по стойке смирно при полном параде. От посадочной площадки до здания космопорта, откуда удалили всех лишних, тянулась белая ковровая дорожка с вышитыми по краям крохотными золотыми коронами и узкой черной каймой. Два лучших в столице военных оркестра спешно разучили староимперский государственный гимн.
В душе Ленни испытывал не сравнимое ни чем облегчение – он все же оказался прав. А главное – его наконец-то оставят в покое! Впрочем, в глубине души принц понимал, что он – неисправимый оптимист. На самом деле придется впрягаться в общую упряжку и тянуть изо всех сил. Но хотя бы он сможет заниматься тем, что ему по силам. А адская ноша – Империя – достанется другому, способному ее выдержать.
Как ни странно, на базе оказалось не так уж и скучно, хоть муштра и жесткий распорядок по-прежнему вызывали у Ленни отторжение. Зато его определили в подразделение пилотов-истребителей – элиту элит ларатского общества. А летать принц любил. Их эскадрилья летала постоянно, обучаясь маневренному бою в поясах астероидов. Ленни смертельно уставал, порой удавалось поспать всего два-три часа в сутки, но при этом испытывал удовлетворение, ощущая, как растет его летное мастерство. Тем более, что ему больше не нужно было притворяться неумехой. Принц сумел заслужить уважение товарищей по эскадрилье, даже командир базы, полковник Никольский, однажды скупо выразил ему свое одобрение. А получить одобрение этого сурового старого аса, не раз горевшего и имевшего на личном счету больше сотни сбитых истребителей врага, было непросто.
Альфа-корвет выпустил опоры и мягко опустился на пластибетонные плиты космодрома. Его вел отличный пилот – корабль приземлился точно в центре мерцающего круга, обозначающего границы посадочной площадки. Ленни профессионально оценил его мастерство, зная, как непросто так точно приземлиться, ему самому это далеко не всегда удавалось.
К люку альфа-корвета подкатил трап. Люк в тот же момент с легким шипением отворился, и в проеме показалась подтянутая фигура в парадном черном императорском мундире. На голове его величества узкой полоской сверкала хорошо знакомая каждому ларатцу корона Росской Империи. Она всегда хранилась на Белом Крейсере, поэтому последний император старой династии довольствовался голографической копией.
Выстроенные шпалерами войска четко взяли на караул. Император окинул их взглядом и не спеша спустился с трапа на ковровую дорожку. К нему слегка щеголеватой походкой двинулся начальник почетного караула. Подойдя, он отдал честь и четко доложил:
– Ваше величество, почетный караул построен! Докладывал командир караула полковник Рогов!
– Благодарю, – отдал ему честь Алесий.
– Смирно! – скомандовал полковник. – Равнение на императора!
Оркестр грянул гимн. Его величество медленно двинулся мимо вытянувшихся в струнку гвардейцев. Они поедали его взглядами, и каждом горело жадное ожидание. Ленни внутренне поежился – вот от этого он и бежал всегда, от жадного ожидания в глазах других, тем более таких безбашенных сорвиголов. Он посочувствовал Алесию – неуютно, наверное, вот так идти мимо двухметровых громил, смотрящих на тебя, едва ли не как на бога. Ведь их ожиданиям нужно соответствовать…
У входа в здание космопорта императора ожидали все трое членов триумвирата – адмирал флота Анатолий Тоцкий, генерал армии Никлас Ларгин и генерал-интендант Морис Ваншич. За их спинами стоял Ленни с двоюродными сестрами.
Точно следуя протоколу, император остановился в двух шагах от встречающих. Адмирал Тоцкий ступил на полшага вперед, лихо бросил руку к фуражке и четко доложил:
– Ваше величество! Планета Ларат счастлива возвращению в лоно Росской Империи! Располагайте нами!
– Благодарю за службу! – слегка наклонил голову император.
– Какие будут приказания?
– Хотелось бы, чтобы торжественные мероприятия длились не слишком долго. У нас много других дел.
– Как прикажете! Прошу следовать за нами.
Из-за желания его величества пришлось отменить запланированный митинг, причем, никто толком не знал, что это такое. Поэтому все вздохнули с облегчением.
Космопорт был битком набит охраной, никого постороннего не было – все пассажирские рейсы отменили. Хотя что могло произойти с императором на Ларате не представлял себе даже начальник СБ. Однако лучше не рисковать, поэтому все необходимые меры безопасности были приняты. И даже сверх того – на всякий случай.
Площадь за космопортом, да и все окрестные улицы оказались забиты размахивающими флагами флагами и скандирующими имя императора людьми. Над ними развевались сотни приветственных транспарантов. Не успел его величество появиться в дверях, как услышал слитный, многоголосый рев. А затем в него полетели тысячи букетов цветов. Причем, очень синхронно.
Следующий за императором Ленни с трудом сдерживал улыбку – он-то знал, что на площадь были допущены только стократно проверенные люди. И церемонию встречи они репетировали всю ночь. Он краем глаза заметил, как губы его величества слегка дернулись. Похоже, ему все эти церемонии не слишком нравятся. Еще на Россе, наверное, до смерти надоели.
Императора ожидал больший открытый армейский флаер с голографическим изображением короны над капотом. Алесий облегченно вздохнул и сел на переднее сиденье. Остальные устроились позади. Его величество кивнул водителю, и флаер мягко сдвинулся с места, поднявшись над поверхностью едва на полметра.
* * *
Наконец оставшись наедине с собой в выделенном ему кабинете, Алексей позволил себе немного расслабиться и расстегнул парадный мундир. Затем устало опустился в кресло и взял со столика стакан сока. Сок оказался незнакомый, но довольно приятный на вкус. Обстановка кабинета была строго функциональной, но удобной, и по некоторым деталям Алексей понял, что она безумно дорогая.
Пожалуй, пора подвести итоги. Итак, коронный договор с Ларатом подписан, хотя пришлось немало поспорить о его условиях с триумвиратом. Они пожелали оставить себе довольно большую автономию, чего император категорически не хотел. Пришлось даже пригрозить, что немедленно прекратит переговоры, после чего адмирал и генералы сразу пошли на попятную. Алексею удалось отстоять свою позицию – Ларат входит в состав Империи без всяких дополнительных условий, кроме брака с одной из принцесс старой династии. Тоцкий юлил, как мог, но деваться ему было некуда – и Алексей это прекрасно понимал, безжалостно воспользовавшись данным обстоятельством. Хорошо, что из военных дипломаты, как из пьяного сапожника балерина. С Тарковичем, старой сволочью, он бы так легко не справился.
Сам Ларат Алексею понравился. Большие, широкие улицы, добротные дома, правда, без лишних изысков – удобно и просто. Много зелени, парки, фонтаны, однако все было очень строго, бросающейся в глаза роскоши или нищеты, как на Россе, император не обнаружил. А Алексей потребовал, чтобы его провезли по всему городу. По словам принца Леннера, на Ларате вообще не было не то, что нищих, а даже нуждающихся. Все
