подходя к подъезду столкнулся с соседкой Томи, которая была вся в слезах и держала в руке пластмассовую банку с маленькими таблетками.
В последнее время, девушка вела себя странно. В смысле, наоборот слишком правильно, что сильно меня настораживало.
Никаких воплей, фильмов на полную громкость и мощных басов. Блогерша ко мне не лезла и не пыталась забивать голову как обычно.
Знаю, что люди не меняются просто так. Скорей всего, у Томи что-то случилось. Судя по ее жалкому виду нечто очень плохое. И если ей не помочь, красотка наделает глупостей, не в силах справиться с горем.
Возможно, я «прогибался» перед мелкой оторвой, но времени на раздумья не оставалось. Быстро перекрыл дорогу красотке и начал разговор первым, навязывая общение.
— Привет. Как дела? Решила витаминок купить по случаю осеннего истощения? — отчеканил с легкой улыбкой, стараясь быть максимально веселым.
— Что? А, Кайто-сан, здравствуй, — вяло ответила девушка, слегка поклонившись. — Не важно. Я просто иду домой.
— Вот как, я тоже, — закосил под наивного дурака. — Идем вместе?
— Почему ты так веселишься? Твоя старуха на джипе подкинула денег? — прошипела Томи, пытаясь злиться, но в ее словах читалось только отчаяние.
— Во-первых, у нее не джип. Во-вторых, пенсия маловата, — отшутился в ответ.
— А в-третьих? — широко раскрывая красные от слез глаза спросила Томи.
— В-третьих, она просто моя начальница. Я об этом уже говорил.
— Ну и что. Мне нет никакого дела. Можешь встречаться хоть с бездомной алкоголичкой, — включив вредину, выпалила девчонка.
— Эй, что у тебя случилось? — задал вопрос, слегка толкнув Томи в плечо.
— Ничего! Все отлично! — бросила, пытаясь от меня отвязаться.
— А врать нехорошо, если что. Взрослые умеют честно выражать свои мысли, — снова сказал я и тронул соседку за руку.
Конечно, я блефовал. Многие взрослые хуже малых детей. Но нужно было вытащить Томи из ямы, в которой та находилась. А для этого можно проявить капельку креатива.
— Какие могут быть мысли, Кайто, если все кончено! — взревела соседка. — Я купила вот это. Съем сразу много таблеток и уйду навсегда. С меня хватит!
Ну вот, подтвердилось самое страшное. Как бы я хотел ошибиться, но Томико реально доведена до ручки. Хорошо, что мы встретились у подъезда. Значит есть шанс предотвратить неизбежное.
Кто знает, что могло бы случиться, если б девушка в такой ситуации осталась одна.
Я понимал, что фразы типа «Как ты смеешь, малолетняя дура?» или «Ишь чего удумала, я в твои годы таким не был!» могут лишь навредить. Решил действовать иначе, сохраняя максимальное спокойствие и дружеский тон беседы.
— Погоди, я не понял. Что ты собираешься сделать? — спросил, пытаясь заставить девушку осознать ужас ее решения.
— Ты глупый? Я же уже сказала, — взбесилась Томи.
— Нет, ты лишь намекнула. А потом замолчала и опустила глаза, — пояснил, давая понять, что ее малодушие — это стыдно.
— Ха, мне нечего бояться, Кайто, — ответила, заходя в подъезд. — Моя жизнь уже кончена. Я — глупая, никчемная девка. Все усилия по достижению успеха напрасны, вот так-то.
Пока поднимались наверх, Томико рассказала о том, как ее канал в интернете стал потихоньку хиреть.
Подписчики ежедневно отваливаются, в комментариях один негатив. Конкуренты обходят со свистом. Новых идей больше нет, а за старые мало платят.
Знакомая картина, у меня самого было так до недавнего времени. Правда, в отличие от Томи, я еще ходил в офис, где мотался, как электровеник и терпел закидоны начальства.
Судя по уровню жизни, Томико зарабатывает, как я, если не больше. Занимается любимым делом и особо не мучается.
Она напоминает мне молодую певичку, которая после первого хита хочет собрать Олимпийский и не понимает, почему ее выступления оплачивают дешевле, чем звезд старой гвардии.
Хочу всего и сразу. Я — звезда, мне все мало. Страны меняются, а менталитет юных барышень одинаков.
Мысленно возмутился проблемами Томи, хотел вновь включить «старика», но понял, что нотации тут не помогут. Вместо этого покивал головой, делая вид, что полностью согласен.
— Даже Чин-чон, эта дура зубастая, и то в рейтинге выше меня. Пусть катится в свой Китай, сколько можно? Ест на камеру всякую дрянь и смеется, как обезьяна, — продолжала тараторить Томи, когда подошли к дверям наших квартир.
— Не спорю, — кивнул, не вникая в подробности. — Но ты выбрала неправильный путь. Разве это может что-то решить?
— Может, еще как может, — вспылила девушка. — Сейчас выпью стимуляторы аппетита от анорексии. Потом съем кучу гамбургеров и буду лежать футоне неделю. У меня вырастет огромный живот, лицо станет как у свиньи. Я удалю канал и больше никогда не зайду в интернет. Пусть все катятся!
— То есть ты решила просто стать жирной и завязать с блогом??? — спросил, чуть не выплюнув челюсть, которая резко отвисла.
— Да. Я же так и сказала. Еще скажи, что не понял, — нахмурилась Томи.
— Ну, да. Просто думал, что ты не пойдешь на такое, — с трудом выдавил, чувствуя нечто двоякое.
С одной стороны, гора с плеч. Соседка не настолько спятила, насколько я думал. С другой стороны, чуть не выставил себя идиотом. Хорошо, не стал истерить и проводить терапию для суицидников.
Ох уж эти юные леди. Сказала она напрямую? Конечно. Говорит загадками круче любой ведьмы из старой сказки. Но спорить на этот счет бесполезно.
— Я настроена очень решительно, Кайто. Ничто не может меня удержать. Так что можешь не читать нотаций и не подбирать слова, — сжимая в кулачке банку с таблетками, проговорила соседка.
— А если твой канал начнет развиваться? — зашел с козырей, решив опустить лишнюю воду.
— Что? — подняла брови Томи.
— Если я сделаю так, что твой канал получит много подписчиков, комментариев и просмотров? Тогда ты не будешь себя уродовать?
Томико немного замялась, не зная, как реагировать. Потом надула щеки и грозно бросила:
— Невозможно. У меня все очень плохо. Тебе никак не помочь.
— Тогда скушаешь свои бады минут через двадцать и отправишь на свалку труды долгих лет. Какая разница? Ты же ничего не теряешь. Давай просто попробуем, а потом я отстану, — пояснил с легкой улыбкой, давая понять, что в любом случае хуже не будет.
— Погоди, ты серьезно? — спросила, делая странную мину.
