Читаем без скачивания Джек и Джилл - Олкотт Луиза Мэй

Джек очень любил мамины сказки и, достигнув уже почти взрослых лет, наслаждался ими не меньше, чем когда совсем малышом слушал их, сидя у нее на коленях.

— Обожаю истории про цветы! — воскликнула Джилл. — Особенно если в них происходит что-то очень хорошее и волшебное.

Ум у Джилл весьма сильно развился за время болезни, и, размышляя обо всем на свете, она частенько находила ответы на свои многочисленные вопросы в книгах, которые читала сама, в отрывках из взрослых серьезных романов, которые для нее выбирала мама Фрэнка и Джека, а также в историях, придуманных самой миссис Мино.

— Вообще-то, в основе моей сказки лежит реальный случай, но я его немного изменила и назвала «Чудо святой Люси», — пояснила миссис Мино.

И вот она начала рассказывать. Своей сказкой миссис Мино хотела попросту развлечь Джилл и компанию, но подспудно в такой деликатной форме она намеревалась подвести своих слушателей к ошеломляюще добрым вестям.

Фрэнк устроился поудобнее в глубоком кресле, чтобы, если сказка окажется чересчур уж детской, незаметно для остальных поспать. Джек растянулся на ковре и поднял прямые ноги вверх, чтобы любоваться своими ярко-красными тапочками во время маминого рассказа, а заодно дать отдых больному колену.

— Давным-давно жила-была на свете королева, и было у нее два сына…

— Значит, дочки у нее не было? — тут же полюбопытствовал Джек.

— Нет, — покачала головой мама. — И она очень расстраивалась из-за этого. Сыновья-то уже почти выросли, и при мысли, что скоро они, возможно, покинут ее дворец, королева порой начинала грустить.

— Прямо как королева из «Двенадцати братьев», [79] — прошептала Джилл.

— Прекратите перебивать, иначе мы никогда не услышим продолжения, — призвал их к порядку Фрэнк, куда больше хотевший узнать про принцев, имевшихся в наличии, чем про отсутствовавшую принцессу.

— Однажды братья пошли… Ну, скажем, они пошли на охоту, — нашлась после короткой паузы миссис Мино, — и обнаружили лежавшую неподвижно в снегу девочку, которая каталась с горки и сильно расшиблась. Была эта девочка дочерью бедной женщины, обитавшей в лесу, и отличалась весьма необузданным нравом. Как белка, скакала она по высоченным деревьям, бегала с такой скоростью, что никто не мог догнать ее, перепрыгивала через лощины и бесстрашно спускалась с любой кручи, стремясь доказать всем на свете свою силу и храбрость. А еще она замечательно танцевала и пела.

Принцы бережно перенесли девочку во дворец. Королева вызвала доктора, и он сказал, что девочка пострадала очень серьезно и что ей придется теперь очень долго лежать.

Несколько недель, а затем и месяцев минуло с той поры, а девочка все не вставала, и все это время за ней ухаживала и заботилась ее мама.

— Это про тебя, — тихонько сказал Джек и бросил Джилл белую гвоздику, она же в ответ кинула ему красную и прижала палец к губам, чтобы он не мешал ей слушать дальше.

— Боли у девочки вскоре прошли, — продолжала тем временем миссис Мино, — но ощущала она себя прескверно, часто кричала и плакала, словно птица, запертая в клетке. Королева всячески пыталась ее ободрить, но усилий доброй женщины не хватало, чтобы сделать маленькую гостью счастливой. Принцы тоже проявляли заботу и внимание по отношению к девочке, но часто оставляли ее одну ради своих игр или книг или вообще уходили из дома по каким-то делам. А еще почти каждый день к больной наведывались ее подруги, но она все равно продолжала мучиться от неподвижности, чем очень огорчала королеву.

— Ну и где же твоя святая Люси? — вновь перебил маму Джек, которому показалось, что в своей сказке та чересчур сосредоточилась на прошлых проблемах Джилл, не упомянув при этом ни словом о его собственных.

— Скоро дойдет речь и до нее, дорогой, — ответила, ничуть не смутившись, миссис Мино. — Святыми ведь не рождаются. Ими становятся после множества испытаний и невзгод. — И она устремила взгляд на огонь в камине, будто ища у него подсказки, как лучше продолжить начатую историю. — Итак, бедное дитя скрашивало однообразие долгих дней пением. Песни у нее в основном были грустные, а потом королева научила девочку своей любимой «Молю, Терпение, приди», [80] и малышка стала все чаще и чаще петь ее. Вот только она не догадывалась, что Терпение — это ангел, который может услышать ее и откликнуться на призыв. И однажды, когда, убаюкав себя этой песней, девочка заснула, ангел бесшумно спустился к ней со своих высей. Ни одна живая душа не видела, как нежное это создание окинуло девочку ласковым взглядом, легонько коснулось ее смеженных глаз, губ и рук, а затем улетело, оставив ей три замечательных дара.

Проснувшись наутро, девочка неожиданно почувствовала, что все в ней переменилось: ее песни стали более веселыми, на что бы она ни обращала теперь свой взгляд, все казалось ей залитым золотистым солнечным светом, а руки настоятельно требовали работы, и она принялась вязать, шить, вырезать и клеить прелестные вещи, которыми радовала обитателей дворца и подруг. С каждым днем пение девочки становилось все прекраснее, и сердца тех, кто слышал его, замирали в восторге. Со временем королева так полюбила маленькую гостью и ее музыку, что даже представить себе не могла жизнь без той, кого ее сыновья-принцы прозвали «нашим соловьем».

— С ней случилось чудо? — спросил Джек. Позабыв о своих красных тапочках, он не отрываясь глядел на Джилл, глаза которой заблестели, а щеки, еще недавно бледные, расцветились нежным румянцем.

— Да, чудо, — кивнула миссис Мино. — Терпение творит с нами и большие чудеса, если мы позволяем ему это.

— А имя девочки было Люси? — не унимался Джек.

Мама снова кивнула.

— Да, но тогда ее еще никто не называл святой. А она, несмотря на болезнь, просто старалась быть веселой, доброй и помогать всем и каждому, как одна замечательная женщина, историю которой она однажды услышала. Вскоре королева стала называть про себя девочку «святая Люси», но ни девочке, ни кому бы то ни было еще не говорила об этом.

— Недурная история для воскресного вечера, но, на мой взгляд, в ней маловато говорится о принцах, — позволил себе критический выпад Фрэнк.

Джилл, в отличие от него, была чрезвычайно тронута этой историей. Замерев на своем ложе и пряча разгоряченное лицо за цветком гвоздики, она чутко ловила каждое новое слово о Люси, которое становилось для нее знаком, что ее стремление стать хорошей замечено и вознаграждено.

— О принцах рассказ впереди, — пообещала Фрэнку миссис Мино.

— Как, разве это еще не конец? — удивился Джек.

— Нет, мой милый, — интригующе улыбнулась миссис Мино. — Самое интересное нас ждет впереди. Наберись немного терпения.

— Тогда сидим тихо и слушаем, — сказал Фрэнк. — Полагаю, сейчас дело дойдет до морали.

Миссис Мино окинула всю компанию веселым взглядом, и ее слушателям стало ясно: завершит ли эту притчу мораль, как предположил Фрэнк, или нет, но ее продолжение явно сулит им что-то хорошее.

— Старший принц очень любил ездить на драконах, потому что в его краях этих огненных монстров использовали как лошадей.

— И одного дракона он даже угнал, ведь так? — с хохотом вклинился в ее рассказ Джек. — А другой принц что делал? — поинтересовался он.

— Участвовал в битвах за лучшую долю обездоленных и несчастных, — ответила мама. — Помогал бедным. Старался быть как можно добрее и лучше, только при этом ему не всегда хватало рассудительности. Вместо того чтобы сначала все взвесить и хорошенько подумать, каким способом было бы разумнее всего добиться победы, он сразу бросался в бой, из-за чего часто попадал в нелепые ситуации. Так, однажды он отдал нищему мальчику свое новое пальто, вместо того чтобы пожертвовать старое.

— Это нечестно, мама, — тут же принялся возражать миссис Мино Джек. — Оба пальто были неновыми. Просто одно — совсем старое, а другое — чуть менее старое. А я в своем пальто к тому же проходил всю зиму до самой весны, — внес уточнение Джек, получив от своей доли критики куда меньшее удовольствие, чем когда подшучивал над Фрэнком.