Иконка бафа отображала таймер: 00:30… 00:29… И он начал обратный отсчет.
Больше не теряя времени, Гор выскочил наружу. Толпа ганкеров приближалась, не обращая на него внимания. Они заметили, как варвар вошел в лавку, и были уверены, что он еще там. Эге, да тут не один клан, в толпе почти десяток «святых». То есть Фурион с Моррианом разобрались и договорились? Быстро они. И это плохо — теперь охота на него будет лучше организованной и совсем уж глобальной для песочницы.
В невидимости звуки стали более гулкими и как будто отдалились, а по краям поля зрения картинка чуть размылась. Егор тронул стик — и варвар побежал, чтобы на полную катушку использовать отпущенное время.
Хорошо, что до границы города, а значит, и до леса, было недалеко. Когда все с тем же музыкальным аккордом невидимость отключилась и знакомый аватар проступил на экране, он бежал уже среди деревьев. Ни одного ганкера поблизости не наблюдалось, можно вздохнуть спокойней.
«Пусть решат, что я вышел из игры», — подумал Егор, спеша к зажатому скалами ущелью. Продолговатых валунов становилось все больше, они тонкими серыми пальцами торчали между стволов. Появились и камни поменьше, то поросшие мхом, то голые. Вот почему эта область называется Каменный лес. Здесь все казалось куда более дремучим, чем там, где он бывал раньше. Кряжистые деревья выглядели древнее, кроны их грозно нависали над головой, под ними прятался сумрак. Даже небо, проглядывающее между ветвей, казалось более мрачным.
Сбоку зашелестело, из густого подлеска вылетел яростно хрюкающий кабан с торчащими вперед кривыми клыками и красными глазами. 10-й уровень — настоящая гроза новичков.
Егор даже не стал читать, как система обозначила моба. Кабан бросился на варвара, тот подскочил, ударил киркой раз… и этого хватило. Дикий хряк, что называется, отбросил копыта, причем с фейерверком: туша зверя взорвалась фонтаном крови и плоти.
Егор подобрал упавший лут, то есть «Крепкий кабаний клык». Почему-то только один. Толку от подобного лута было немного — что-то служило ингредиентами для алхимиков или кулинаров, что-то, вроде этого клыка, использовали новички-ювелиры для создания бижутерии. Цена им была копейки, то есть осколки кристаллов, но запас карман — внепространственный инвентарь — не тянет, поэтому Егор собирал все, что луталось.
Справа показалась едва различимая лесная дорога, ведущая туда, куда нужно, варвар свернул и поспешил дальше. Дважды по пути попадались кролики, над головой несколько раз пролетели вороны и один — сова. Валунов и скал становилось все больше.
Потом его атаковала дикая свинья с тремя поросятами, еще более агрессивными и хрюкающими яростней, чем мамаша. Детеныши были совсем не милыми, они будто только что выбрались из ада: сверкали красными глазищами, в которых читалось желание разорвать и сожрать!
Пришлось всех убить. Егор поймал себя на мысли о том, какие проблемы доставили бы ему эти бестии раньше? Когда и он сам был уровнем пониже, и, главное, кайло вобрало в себя меньше атрибутов. Если не тот кабан, то уж эта свинья вместе со своим адским потомством точно отправила бы варвара на перерождение.
Он как раз проходил мимо двух скал, привалившихся друг к другу верхушками так, что под ними получался треугольный трехметровый проем, когда вдруг оттуда раздался свист. К Гору легкой трусцой выбежали трое очень похожих друг на друга разбойников. Один, самый здоровый, неопрятный и полностью лысый, цыкнул зубом и шумно сморкнулся прямо под ноги Гору.
— Ни с места, путник! — велел он.
Все трое были 15-го уровня и чувствовали себя, очевидно, очень уверенно. Мало кто в песочнице мог им противостоять.
— Стою, — ответил Егор.
— Это наш лес! — с некоторой долей пафоса заявил лысый.
— Рад за вас.
— Хочешь пройти дальше — плати сто кристаллов и иди. Хочешь вернуться назад — плати сто кристаллов и иди.
— А если останусь тут стоять?
Нейросеть взяла паузу на пару секунд, а потом разбойник загоготал:
— Плати сто кристаллов и стой, сколько влезет. Можешь даже полежать!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Судя по карте, где-то там, за спинами разбойников, кончалась зона песочницы и начинался большой Ракуэн. Возможно, так разрабы искусственно ограничивали желающих поскорее выйти из яслей (и мотивировали вливать реальные деньги), но Егор был по горло сыт проблемами. Он не стал зачинщиком еще ни одной драки в этой игре. Даже тот злосчастный кролик, с которого выпала мифическая кирка, первым на него напал! Пацифистам в «Ракуэне» было не место, хотя разрабы постоянно хвалились тем, что их игра открывает простор для любой игровой стратегии, в том числе мирной.
— Знаешь что, лысый?
— Что? — осклабился разбойник, перекидывая из руки в руку сучковатую дубинку. Два его товарища стояли рядом и тоже ухмылялись.
— Вот что…
Договаривать Егор не стал. Кирка взлетела и опустилась на сверкающий кумпол.
Глава 19. Лесная братва
«Я стал слишком большим для этих мест, — подумал Егор, ударом кирки отправляя на тот свет второго разбойника. — Хотя сам уровнями и не вышел, но кайло уже дает такой буст…[1]»
Вспомнилась история про игрока из старого World of Warcraft, который раскачал показатель уклонения до ста процентов, использовав для этого максимально возможный шмот с бафом «Ловкости», свою расовую способность и специальные зелья, так что игрока этого и убить-то стало нельзя — все промахивались. Вот что-то такое давало Егору кайло.
Тела двух разбойников растаяли, оставив немного лута. А третий отскочил подальше от варвара, выкрикнул: «Будь ты проклят, негодяй!» — и непонятно откуда выхватил рог в кожаной оплетке. И, прежде чем Гор подбежал, протрубил в него.
— Это кто из нас негодяй?! — рявкнул Егор, отправляя трубача на тот свет.
С разбойников выпало три осколка кристаллов — то есть буквально три цента — и три «Красные повязки», которые система еще и снабдила дополнительным сообщением: «Отнесите повязки мэру города Лунный приют». Егор только успел все это подобрать, как из треугольного проема между наклонным скалами попарно вынырнули шестеро разбойников. Бежали они одинаково, выглядели похоже, кроме лысого главаря, а вооружены были уже не дубинками, но мечами. И уровень имели повыше — 20-й.
— Так вот что имела в виду бабка, — вслух произнес он, вспоминая о «разбойничьем горне». То есть они так волнами и будут набегать? Шесть. Двенадцать. Двадцать четыре… Но не может же это длиться бесконечно.
— Ты убил наших братьев, тварь! — с ходу заявил лысый. — Мы выпустим тебе кишки и развесим их на деревьях, как гирлянды, для устрашения путников!
— Ну, свежая угроза, нестандартная, — одобрил Егор, шагнув навстречу разбойнику.
Кирка оборвала жизнь изобретательного бандита, а затем Егор врубил «Берсерка» и начал отрабатывать тактику, которую как раз обдумывал против мобов примерно такого уровня: «Коварный удар» плюс «Двойной удар», плюс «Добивающая атака». Впрочем, после первого же трупа выяснилось, что в этой связке срабатывает только первый пункт, потому что разбойники слабоваты для кайла. Хотя они оказались верткими и атаковали разом, окружая, поэтому его самого успели ударить мечами дважды, нанеся совокупный урон в сорок единиц, прежде чем он уложил еще четверых.
Последний повторил маневр трубача из предыдущего пака: отскочил, выхватив горн, побольше первого и с серебряной инкрустацией, и протрубил. Звук тоже оказался громче, более грозным.
Егор, прежде чем появились еще двенадцать разбойников, убил трубача и бросился собирать лут, все те же «Красные повязки» да осколки крисов. Шесть убогих «Старых ржавых мечей», подумав, разбивать не стал — слишком мизерный урон, чтобы тратить очки прочности кирки. Еще поразмыслив, не стал даже забивать инвентарь — клинки были «серыми», такие вендорам не продать.
Землю ощутимо тряхнуло, картинка дрогнула, чуть затряслась, будто двенадцать разбойников бежали из глубины треугольного проема строем, как и предыдущие. Гор поднял кайло повыше, шагнув навстречу новым противникам…
