Так в сосредоточенном ожидании императора проходят десять минут. Потом полчаса. Потом час. А потом два.
Он решил не приходить сегодня?!
Уже время к полуночи…
Поджав губы, решаю, что ждать дольше, сидя в кресле, как верная женушка, и жертвуя сном – это уже какой-то абсурд! Иду, умываюсь, затем снимаю одежду, облачаясь в длинную сорочку для сна; распускаю волосы и иду к кровати, – когда слышу знакомые звуки.
Бежать к своим вещам и быстро натягивать платье? Нет, я уже не успею в любом случае! Запрыгнуть под одеяло тоже не смогу – Каян с его запредельным слухом обязательно услышит! Так, что же мне делать?!
Слегка сбитая с толку, смотрю, как дверь в мои покои открывается и внутрь заходит император…
Наши взгляды встречаются и некоторое время не отпускают друг друга.
...
Затем Каян неспешно поднимает руки, предлагая приблизиться к нему и войти в его объятия.
Вот, так? В простой сорочке? Он хочет, чтобы я подошла к нему?!...
Чувствую, как сердце начинает стучать быстрее.
Это неприлично.
Даже то, что он смотрит на меня сейчас – неприлично.
А, если вспомнить, что я сегодня делала с другим мужчиной – всё и вовсе выходит за грани всяких приличий!!!
Представить не могу, насколько сложная гамма чувств отражается сейчас в моих глазах – но даже этого не хватило, чтобы Каян отступил и позволил мне сохранить лицо.
Он продолжает стоять, спокойно и непоколебимо приглашая меня в свои объятия – оплачивать мой долг.
Опускаю голову, тихо выдыхая. Затем в несколько шагов преодолеваю расстояние между нами.
И мягко вхожу в его объятия.
Две тёплые ладони, появившиеся на моей спине, согревают кожу через тонкую ткань сорочки… после чего одна из них перемещается на мой затылок, чуть приподнимая волосы, а вторая ещё крепче прижимает меня к усталому телу… удивительно, что от одного повторения это ощущение уже кажется мне привычным… ещё удивительней то, что я четко чувствую – Каян вымотан сложным днём и еле стоит на ногах… Крепко зажмуриваюсь, гоня от себя лишние мысли. А затем застываю, когда тяжелая голова прислоняется к моему виску, словно опираясь на него сверху, и мужчина делает глубокий вдох…
Он… втягивает в себя мой запах?..
– Каян… – осторожно произношу.
– Помолчи, – просит тот слабым голосом.
Не говоря ни слова, продолжаю стоять на месте, весьма озадаченная. У него должно быть много неофициальных любовниц: Вдовствующая Императрица прямо сказала об этом в нашу первую встречу. Так что я не могу поверить, что он сейчас пришёл именно сюда, чтобы отдохнуть душой и расслабиться.
Но почему всё выглядит именно так?..
– Аянэ… – прерывает мой мысленный поток тихий голос Каяна, – я сейчас удивлю тебя своей просьбой, но прошу – выполни её безвозмездно…
– Ты не оставляешь мне места для торга, – замечаю так же негромко.
– Макотово семя! – запрокинув голову, бормочет император, а я теряюсь от его слов.
Это сейчас ругательство было или комплимент?!
Тем временем, Каян вдруг отстраняется, одним рывком расстёгивает приталенный черный китель, затем таким же властным движением в буквальном смысле избавляется от верхних пуговиц на нательной рубашке и… возвращает меня в свои объятия, прижимая ещё крепче, чем прежде.
– Ты что делаешь? – испуганно спрашиваю, не успев должным образом отреагировать.
– Понятия не имею, – слышу тихий расслабленный выдох над собой. – Кто мне ответит, почему я впервые за долгое время ощущаю такое спокойствие, обнимая тебя?
– Уж точно не я! – взволнованно восклицаю, начиная ещё больше пугаться происходящего.
– Аянэ… – чуть сильнее надавливая на мою талию жесткой рукой и как бы прося меня вновь замолкнуть и расслабиться, протягивает Каян… затем, спустя некоторое время вновь повторяет тихо, – Аянэ…
Почему он продолжает звать меня? Я же рядом! И я никуда не вырываюсь – по его же просьбе!
– Позови меня по имени, – звучит негромкий голос, что окончательно сбивает меня с толку.
– Ка…ян, – произношу мягко, надеясь, что на этом все испытания завершатся, но мужчина вдруг издаёт что-то среднее между стоном и мычанием, утыкаясь носом в мою шею, прикрытую шёлковым покровом распущенных волос.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А я неожиданно ощущаю его всё возрастающее желание…
Император возбужден от нашей близости?
– Нет, это неправильно! – тут же начинаю брыкаться, пытаясь выбраться из его объятий и растерянно глядя на свои ладони на его груди.
– Это как раз очень правильно! – жарко шепчет мужчина, очевидно потерявший голову, и не выпускающий меня из рук.
– У тебя много любовниц – иди расслабляться к ним! – восклицаю, почти с паникой ощутив, как сбилось моё собственное дыхание, став глубоким и прерывистым. Лицо запылало, а тело… тело почему-то боролось всё с меньшей охотой.
Это с ним я должна была познать близость! С ним – стать женщиной. Он должен был ввести меня в этот ещё непознанный мной мир!
И, вынашиваемые годами, ожидания в данный момент играли со мной злую шутку: я не могла противиться своему жениху на подсознательном уровне.
– Аянэ, пожалуйста, позволь мне… – его руки начинают бродить по моему телу, вызывая ответную дрожь.
Кинами! Если он продолжит – отступать будет некуда! Да и некому!
– Нет!!! Ты обещал, что не тронешь меня против воли! – собрав воедино все силы, громко восклицаю.
И Каян останавливается.
А я беспомощно соскальзываю с его тела вниз и, опустившись на пол, начинаю беззвучно плакать, закрыв лицо руками.
Это хуже, чем его попытка убить меня или уничтожить моё достоинство! Потому что к бессердечному Каяну я уже привыкла. А к Каяну, пытавшемуся меня убить и оскорбившему меня самым непростительным образом на суде, но теперь страстно и искренне желавшему меня… я даже не знаю, что испытывать! Это смущает мой разум и ставит в тупик! Это нарушает все правила, в конце концов!!!
– Почему ты опять плачешь? – звучит негромкий, почти сухой вопрос.
Опять?.. Он знал, что я вчера...
– Я прошу тебя, пожалуйста, определись – презираешь ты меня или желаешь, – не поднимая головы, прошу его слабым голосом.
– А если я не могу? – слышу приглушенный ответ спустя время.
– Тогда лучше презирай. Всегда, – выдавливаю ответ, сжав ладони в кулаки.
– Ты – моя наложница. Когда-нибудь это всё равно случится… – неожиданно произносит Каян.
...
– Парой минут ранее ты попросил меня сделать кое-что безвозмездно, и я не стала спорить. Теперь настал мой черёд, – отзываюсь, затем вытираю слёзы на щеках.
– И о чём же ты хочешь попросить? – спрашивает Каян, глядя на меня сверху вниз.
Поднимаю глаза и встречаю его взгляд.
– Никогда больше не касайся меня.
Глава 18. Пилюля Ро’уна
После бесконечно долгого мгновения, в течение которого наши глаза вели между собой странную молчаливую борьбу, Каян ушёл.
А я доплелась до кровати и тут же уплыла в сон, стоило голове ощутить подушку. Однако, чувство некого отупения после всего произошедшего не оставляло меня ни следующим утром, когда вновь пришла Алинэ, ни днём, когда настало время прогулки с Вдовствующей Императрицей.
Судя по всему, Каян был в курсе событий, – потому нам никто не препятствовал, когда почтенная дама вывела меня из покоев, а затем и из дворца…
– Милочка, ты так и будешь продолжать витать где-то далеко или почтишь старую женщину своим вниманием? – протягивает вдова, мягко взглянув на меня спустя некоторое время.
– Прошу прощения. Я… – останавливаю себя, осознав, что назвать причину своего состояния мне не позволит воспитание, – я действительно слегка рассеяна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Слегка? Ты льстишь себе, деточка, – фыркает вдова, – у меня ощущение, что я иду рядом с кучевой тучей, грозящей вот-вот пролиться дождём. Ты всегда стараешься соответствовать погоде или это только кратковременное явление?
