В одно мгновение мы оказались на открытом пространстве, продуваемом всеми ветрами. Ощущение резкого падения вниз, когда все внутренности подскакивают вверх неистовой сарабандой. Рывок, задержка на долю секунды и медленный, плавный подъем…
Я заставила себя открыть глаза и оглядеться. Но лучше бы не делала этого.
Пустой желудок сжался в комок, ткнулся в горло. Меня охватил приступ тошноты. Голова закружилась, перед глазами все поплыло.
Мы летели! Так высоко, что над нами простиралось лишь ярко-синее небо, а внизу сквозь прорехи в облаках виднелась земля.
Точнее, летел Габриэль. Огромный дракон мерно взмахивал крыльями. А я… ну да, как во сне, лежала в его передней лапе. Свернувшись калачиком и укрывшись камзолом Габриэля. И да, слава Праматери, я опять была человеком. Без крыльев и хвоста!
Кое-как привстав на колени, я прильнула глазом к щели между когтистыми пальцами, глянула вниз и застонала.
Кажется, меня сейчас вырвет.
Закрыла глаза от греха подальше. Сползла в центр драконьей ладони. Полежала немного, пытаясь справиться с тошнотой. Потом кое-как влезла в камзол и дрожащими пальцами застегнулась до самого горла.
Хороший же из меня вышел дракон! Крылья есть, да не машут, и летать не смогу, потому что при высоте больше трех метров у меня начинается акрофобия! Неправильный я дракон. Бракованный.
«Ты ошибаешься, — ворвался в мысли незнакомый насмешливый голос. — Немного регулярных тренировок — и будешь летать не хуже анкров».
«Габ?» — я немного оторопела.
Неужели у нас еще и ментальная связь образовалась?
«Нет, глупышка. Это не он».
Если не он, то кто?
Я занервничала. Кто-то на высоте птичьего полета залез в мою голову и тихонько хихикает, явно получая удовольствие от растерянности на моем лице!
«Шип?»
Да нет, это точно не он. Сам же сказал, что его возможности ограничены стенами замка. Но тогда… кто?
«Есть варианты?»
«Не может быть… — Но истина уже накрыла меня, пробежала по коже мурашками, поднимая все волоски. — Ты же спишь!»
«Уже нет, — голос повеселел, тон изменился, стал выше. Если раньше он казался бесполым, то теперь определенно принадлежал лицу женского пола. — Ты меня пробудила. Правда, пока я только мысль, без тела и магии, но скоро мы станем единым целым!»
«Шеннасайн…»
Я повторила это вслух и про себя. Перед внутренним взором возник образ драконицы. Я узнала ее. Это ее призрак стоял на Башне за плечом Габриэля! Это она все время незримо следила за мной! Это ее присутствие я ощущала!
«Но… почему? Почему именно я?»
«Неужели не поняла? Ты особенная! Ты шиами Габриэля. Его половинка. Замок почувствовал тебя сразу, едва ты пришла в этот мир, и откликнулся на твое появление. Разве ты ничего странного не замечала?»
«Замечала…»
Да, и немало странных вещей. Тот же оживший дракончик на ручке двери или тени, шмыгающие по углам…
Или Шип, который вдруг ни с того ни с сего вызвался мне помогать. Или пугающие видения и седьмое яйцо…
Кстати, так и не ясно, оно мне тоже привиделось?
«Ты пробудила замок, а вместе с ним и меня. Каждый дарг, когда приходит время, обретает дракона. Я твой дракон».
«Эм-м… но я же не дарг?»
Вопрос получился немного заискивающим. Я очень хотела услышать «нет». А услышала:
«Да. Но ты больше, чем дарг. Когда мы сольемся, ты станешь Хозяйкой Драконьей гряды».
И пока я приходила в себя, Шеннасайн печально добавила:
«Но есть и плохие новости».
Ага. А это как будто были хорошие.
Я напряглась, уже понимая, что она скажет.
«Пока я спала, мои дети ослабли. Замком овладели чужаки. Враг проник даже в святая святых. Мою цитадель».
«Колокольня», — я почему-то подумала про надстройку на Башне. Ведь там чаще всего появлялся призрак драконицы.
«Колокол это древний и могучий артефакт. С него начался род Дэверон и история Нарг-та-Рина. И он моя привязка к этому месту. Если его уничтожить…»
«Связь разорвется, и ты просто исчезнешь!» — закончила я.
«Да, как видишь, у духов есть свои слабости. Исчезну я — падет Нарг-та-Рин. И мои враги это знают».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Эмма Леврон! — вырвалось у меня вслух. — Химера хочет добраться до колокола?
Уж эта дамочка не просто так втерлась в доверие к Габу и все время ошивалась возле него!
«Да. У нее достаточно силы, чтобы уничтожить его. Если это случится, дарги Серебряного клана больше не смогут держать оборону. Из Разлома хлынут полчища разных тварей, но не это самое страшное. То, с чем сейчас сражаются воины Нарг-та-Рина — лишь авангард. Исчезну я — и вам придется столкнуться с истинными хозяевами Разлома. Высшими демонами — дэймарами. У вас нет ни шанса выстоять против них».
Я представила перспективы и невольно поежилась.
— Почему же Леврон до сих пор не сделала этого? Что ей мешало?
«В колокольню могут войти только Хозяин и тот, кого он проведет сквозь магический барьер. Например, его шиами. Или тот, кому он безгранично доверяет».
— Она хотела, чтобы ее провел Габриэль, — я понятливо закивала. — Все эти годы вилась вокруг него ужом ради возможности проникнуть в сердце крепости и уничтожить ее изнутри. И она была близко к победе! Габ пускал ее в Башню! Но почему никто не заметил, что Эмма давно не Эмма? Почему анкры не почувствовали чужака?
«В этом тебе придется разбираться самой. Но будь осторожна. Ты единственная в Нарг-та-Рине, кто видит вещи, как они есть».
— А может и не единственная…
Глава 27
Мне вспомнился Наргель и его такаски. Этот дарг явно что-то подозревал.
А еще крошки-анкры, которых испугалась Леврон.
То, что она испугалась, я могла бы поклясться. И вывод напрашивался сам собой: Эмма что-то сделала со взрослыми анкрами. Чем-то одурманила их. Обманула восприятие. А вот с птенцами, только что вылупившимися из яйца, этот фокус мог не пройти. Поэтому она и старалась всеми правдами-неправдами не приближаться к гнезду.
Но какую роль во всем этом играла Иви?
Поведение девочки меня беспокоило. Сейчас, немного придя в себя, я снова вспомнила о ней. Это Иви сказала Габу, что на меня упал камень. Это из-за нее он бросился в пещеру и оказался заперт в ловушке вместе со мной.
Знала ли Эмма что последует дальше? Нет, скорее, хотела нас просто убить. Искалеченный дракон Габриэля не смог бы выбраться сам из западни и спасти меня. Если бы…
Если бы кто-то не подкинул седьмое яйцо. Если бы я не взяла его в руки. Не пробудила дух Шеннасайн и не впустила в себя. Габ почуял во мне свою пару, а я вернула ему здоровые крылья и, кажется, получила собственные.
Я задумчиво накрутила на палец прядь. Немного зависла, глядя на рыжий локон.
Ну дела…
Кажется, я уже не брюнетка?
«Обретение драконьей сути вернуло природный облик, — подтвердила Шеннасайн мои мысли. — Все искусственное ушло. И краска с волос тоже».
Вспомнился взгляд Габриэля в пещере. Такой жадный, горячий. Казалось, он хотел меня тогда проглотить.
«Ты меняешься», — теперь-то ясно, что это значит.
И если интуиция меня не обманывает, то все, что было в моей внешности от прошлой Авроры — ушло. Я стала сама собой. Рыжей, веснушчатой, кареглазой. И с таким же упорством, с каким Аврора это скрывала, я буду подчеркивать!
И плевать, что «приличные льеры» так себя не ведут и не выглядят. Кто вообще приклеил на меня ярлык «приличная»? Я хочу быть сама самой, а не следовать глупым дремучим правилам какого-то Эссеора, в котором никогда не была!
Ох, кажется, не о том нужно думать.
«Шенна, — я самовольно сократила имя драконицы, — нам долго еще лететь?»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Нет. Нарг-та-Рин в получасе отсюда. Что тебя беспокоит?»
«Все. Я рассказала Габу про Эмму и агрон, но он не поверил».
«И не поверит, пока не увидит своими глазами. Я же тебе сказала, она что-то сделала. Никто из даргов не видит и не чувствует химеру. Даже если она стоит у них за спиной! Но теперь, когда я с тобой, все будет иначе. Ты только должна подняться на Башню и разбудить Колокол. Тогда магия замка проснется и наполнит стены Нарг-та-Рина. А мы сольемся в единое цело, и ты обретешь мою плоть и мощь».
