месте, дьявол, видно, не приметил их. Поднял, не успел надеть, как видит — кобыла взглянула, заржала, стремглав понеслась и в ту минуту скрылась из вида.
Делать нечего, пришлось к дому пешком идти. Бредет, осматривается по сторонам и не узнает местности. Вместо маленькой речки Хлыщевки — широкая река, больше Ветлуги, и огромный пруд, а при нем водяная мельница.
— Вот тебе на, — промолвил батюшка, — куда это меня нелегкая-то занесла?!
Не очень однако смутился, идет по дороге к мельнице, откуда свет бьет. Мельница новая, на три постава: два в работе, жито мелют, а третий постав остановлен, и двое мастеров куют камень под аржаную муку.
Двери мельницы отворены, и внутри, за огромными бутылями и штофами народ сидит: в легких зеленых кафтанах, в красных шапках, кожаных сапогах и красных рубашках. Занятно показалось батюшке, полюбопытствовал, остановился. А те разливают вино по кружкам, из каких в деревнях квас пьют, хлопают одна за другой и помахивают ими к батюшке: "Зайди, мол, отче, выкушай с нами, за компанию!" Словами ничего не выражают, а только знаками приглашают. Мастера, тоже в красных шапках, целыми жбанами вино хлобыщут.
Отец Мирон пособлазнился, шаг, другой ступил вперед да увидел, что у одного мастера шапка на затылок съехала и на лбу рога торчат.
"Эй-э-э, какая тут компания-то собралась", — подумал батюшка. Как имел он дар прозрения, то сразу постиг, что это водяные на мельнице. Тотчас перекрестился, повернул и зачитал: "Да воскреснет Бог", а сам направился к мосту. Идет, читает вслух, а свет из мельницы так и бьет, так и бьет, изнутри, кто там ни был, штофами да бутылками ему преклоняют и будто говорят: "Напрасно, отец, уходишь, воротился бы, вишь, сколько вина-то?" А батюшка Мирон идет по мосту, читает молитву. Как только окончил, сказал "аминь", — мельница с народом, пруд и река исчезли, а сам он сидит на перилах мостика, что перекинут через речку Хлыщевку, и внизу под ногами полынья чернеет. Если бы еще шаг ступил, то прямо бы в полынью угодил, хоть и маленькая речка, но бочажистая. Так инды перекувыркнулся батюшка-то, ногами взмахнул и спиною на мост, как увидал, над какой пропастью он сидит.
Встал на ноги, отряхнулся и поспешно к селу направился. Подошел к дому и видит: кобыла его нераспряженная стоит у ворот и поджидает своего хозяина. Слава Богу, все благополучно обошлось.
А НА МЕСТО САПОГ — ЛОШАДИНЫЕ КОПЫТА
СТАРЫЕ черти живут у моря. Кто захочет из людей перейти в их веру, тот должен ехать к "океану-морю". Там его черти заставят молиться, и если кто, помолившись, поклонится в землю и будет ничком лежать, того черти награждают деньгами и заставляют его и других людей подгонять под свою веру, а кто, помолившись, да на небо поглядит, то черти тотчас разорвут.
Молодые черти живут больше "у речках". Все черти, по мнению крестьян, холостые. Молодые черти, скинувшись змеями, летают к девкам на вечеринки и, превратившись там в молодцов, влюбляются и живут с ними. Про это одна женщина передает такой случай: однажды к одной вдове, которая собрала к себе на посиделки несколько девиц, заявились пять молодых людей и начали угощать всех присутствующих сладостями. В это время у одной девицы как-то нечаянно выпало из рук веретено. Нагнувшись его поднять, она с ужасом заметила, что у всех молодцов видны хвосты, а на месте сапог лошадиные копыта. Затеявшись пить, она взяла кружку, приглашая других своих товарок пойти с ней в сени попить воды, но те на это отказались. Вышедши в сени, девица эта побежала на село возвестить об этом другим. Пока она созвала людей и прибежала опять к вдове, где были подруги, все находящиеся тут были подушены. А тех молодцов с хвостами и лошадиными копытами не было и следа.
НА СВАДЬБЕ
ОДИН крестьянин хорошо играл на балалайке, его постоянно приглашали на свадьбы в качестве музыканта. Однажды идет он немного навеселе по улице, встречает его один знакомый крестьянин и приглашает в соседний дом поиграть на свадьбе. Тот пришел в дом, ему дали балалайку, и он начал играть. Играл, играл он, а гости все пляшут без всякой устали. Попросил он позволенья отдохнуть... Отдохнул — так несколько раз.
Вышел он к воротам, чтобы немного освежиться и видит: у ворот стоит белый конь. Этот конь и говорит ему:
— А знаешь ли, где ты теперь играешь?
— На свадьбе, — отвечает тот.
— Нет, не на свадьбе, — ответил конь, — а у чертей, это черти тут пляшут, и они хотят тебя замучать. Ты возьми да оборви все струны, а когда они пошлют тебя покупать новые, ты выбирай в каждом магазине как можно дольше.
Тот и оборвал все струны. Тогда два черта повели его в магазин. Привели в первый — тот выбирал, но ни одной не нашел, и так — несколько раз.
Черти догадались, что он их обманывает, и начали грозить ему смертью, если он не выберет сейчас же струны и не пойдет с ними на свадьбу. Тут он, не надеясь остаться в живых, осенил себя крестным знамением — и увидел, что около него никого нет, а сам он находится в бане, откуда его вытащили на другой день.
ПОЙМАЛИ ЧЕРТА
ОДНАЖДЫ совсем было поймали черта. Черт летал к одной женщине, у которой муж незадолго перед этим умер. Он влетит в трубу огненным змеем, а в избе оборотится в мужа этой женщины. Когда некоторые узнали про то, то решили подкараулить и поймать черта. Для этого собрались человек пять и с вечера сели около избы, в которую летал черт. Вдруг увидели, что летит огненный шар, подлетел к трубе и спустился в нее. Один мужик принес из дома святой воды и начал кропить этой водой дверь, ставни и окна этой избы, чтобы черт не мог выйти; потом залезли на крышу, окропили там трубу и закрыли ее доской; затем они вошли в самую избу.
Как только черт почуял святую воду, то выскочил из-за стола и бросился было в трубу, но та была закрыта и окроплена святою водою; тогда он стал метаться из угла в угол, а мужики между тем начали кропить ставни и внутри избы. Тогда черт обратился в муху и забился на печке в угол, но мужики и там не давали покоя. После этого
