повышение благосостояния её граждан. В плане социального обеспечения, Финляндия находилась в топе всех списков. Местные пенсионеры, могли дать изрядную фору приснопамятным немецким бюргерам, которых так любили приводить в пример российские либералы. Дескать на пенсии, они могут спокойно ездить по миру и ни в чём себе не отказывать. Именно это, правительство и пыталось дать финским пенсионерам, а ещё, студентам, неработающим домохозяйкам и прочим гражданам зарабатывая избирательные очки у электората. Естественно, обеспечить такой праздник жизни, они неизменно стремились за счёт эмиссии Центробанка, мало задумываясь о последствиях, в чём, их приходилось постоянно ограничивать. А тут ещё я нарисовался такой красивый! Понятно, что это вызвало закономерное напряжение главного банкира страны. Ведь именно он отвечал за стабильность курса валюты и инфляцию. Хорошо ещё, что в главном законе страны, были прописаны ограничения по заимствованиям правительства. А то бы эти ухари, ещё и долгов бы наделали под свои безразмерные хотелки. 3% годового ВВП было потолком, что они могли занять, больше, только с разрешения ЦБ и Великого Князя. Но этот максимум, они вот уже 20 лет, неизменно выбирали. Хорошо хоть экономика росла быстрее, так что долг, вернее его доля в ВВП, большую часть времени, даже уменьшался.
Всё это, господин Хейно, не без прицела, рассказал мне. Практически, пожаловался. Ему постоянно приходилось сражаться с правительством за размер эмиссии и процентную ставку по выкупу долга. Значительная часть, покупалась именно Центробанком.
Я уже был в курсе, что она составляет всего 2%. Совершенно смешной размер даже по сравнению с американской, колебавшейся между пятью и шестью процентами. О Российской составлявшей 45% не стоило и говорить. В Венедии она была такой же, страны синхронизировали свои ставки. Поспорить с ними, могла разве что Япония имевшая ещё более низкую ставку ЦБ. Естественно, в таких условиях, государственный долг Финляндии был мало интересен инвесторам. А правительство хотело ещё больше снизить ставку по кредиту, дабы уменьшить процентные платежи по нему и иметь больше денег для расходов.
Заинтересовать ЦБ России вложениями марок в государственный долг Финляндии, что бы они не утекли на валютный рынок, нечего было и мечтать. А повышать ставку, было дурной затеей. Это удорожало заимствования для собственных предпринимателей Финляндии, а соответственно, снижало их конкурентоспособность. А я, был не настолько туп, как главы Российского ЦБ, если конечно предположить, что они реально были тупы, а не продвигали установку заокеанских хозяев, что бы гадить собственному бизнесу.
Да, общение с Центробанкиром, оказалось весьма познавательным, хоть и не вполне приятным. Финансовый зубр, раскрыл мне глаза на некоторые, неизвестные ранее обстоятельства функционирования финансовых рынков. Но, в целом, мы пришли к взаимопониманию.
В любом случае, в ближайшие пару лет, проблема с размером кредита, будет не слишком для меня актуальна. Я просто не успею набрать столько проектов, что бы для них потребовались многие десятки, или сотни миллиардов долларов, а вернее марок инвестиций. Но, об этом, следовало думать уже сейчас. Оставлять Россию гнить в том болоте, в который она погружалась, я не собирался. Не для того мне давался шанс. А там, посмотрим, чья возьмёт, господа буржуины, либералы, компрадоры и коррупционеры! Отдавать им мою страну на растерзание, я не собирался!
Глава 17
Определившись и утряся основные моменты по первым инвестициям в России организовал официальный визит в эту страну. Железо, как говорится, надо было ковать, пока оно горячо. Тем более и повод организовали отличный и время подгадали очень удобное.
Российское руководство во все времена было очень падким на проявление иностранного внимания, а уж во время идущей войны, да в преддверии выборов, от руководителя дружественной державы везущего ряд вкусных плюшек… Проигнорировать такую инициативу товарищ Тропин никак не мог.
Приём был организован на самом высшем уровне, с кучей репортёров, почётным караулом и прочими протокольными расшаркиваниями. И.О. Президента и кандидату на эту же должность, очень важно было продемонстрировать своему и окружающим народам свою популярность и одобрение со стороны.
В качестве главного символического жеста России были переданы две тысячи комплектов боевой экипировки линейного пехотинца типа Кнехт. Она, включала в себя броню, шлемы, средства индивидуальной связи, ночные и тепловизоры, и ещё кучу разных мелочей. Для простого бойца российской армии того периода, просто космическая экипировка. Хотя, ничего особенного, на мой взгляд, в ней не было. В Венедии, существовала и более продвинутая версия под названием Рейтар, но ей, тем более бесплатно, никто делиться не собирался. Тем более там, имелось много секретных моментов в системах связи и некоторых иных компонентах электронных систем.
Ещё, в Чечню, перебрасывалось два мобильных госпиталя от Венедии и Финляндии. Для собственных граждан, это подавалось как натурное испытание собственной армейской, медицинской службы. Ну и само собой, как поддержка восточного соседа, борющегося с террористами.
Российские войска, как раз окружили Грозный и готовились к штурму. А потому, такая помощь воспринималась совсем не лишней. Тем более оснащены госпитали Балтийских стран, были по высшему разряду. Такой жест доброй воли был высоко оценен руководством России не преминувшей использовать это во внутренней пропаганде. Показать населению поддержку и одобрение со стороны прогрессивных стран Запада.
Я прекрасно знал, что страна, не плохо справилась и без данной помощи. Правда следовало ещё посмотреть, как оно выйдет тут? Но в любом случае, данный жест с нашей стороны, стоил затраченных усилий. Российское руководство чисто психологически, было поставлено в условия должника, который просто не мог, не потеряв лица, не ответить нам какими то встречными преференциями. А мне, в принципе, хватило бы совсем малого - что бы не мешали. Ну и, если где случится какой затык, что бы бюрократия была к нам настроена немного дружелюбнее, чем обычно, а её колёсики, вращались несколько живее.
Главное, что привезла наша делегация – это многочисленные инвестиционные предложения. В большинстве, мы бы могли обойтись и без столь высоких переговоров, но если можно немного смазать инвестиционный механизм и заработать политические очки, как себе, так и оппоненту, почему бы этого не сделать?
Главные переговоры происходили, естественно, за закрытыми дверями. Торг, не терпит суеты, лишних глаз и ушей.
- Честно говоря, не ожидал от Ваших стран таких масштабных инициатив, Александр! – Признался премьер, когда мы остались одни в переговорной комнате.
Мы с Тропиным, договорились обращаться друг к другу по именам, что бы не усложнять процесс. Он, был почти на четверть века старше меня, а я, был по статусу выше и постоянное произнесение официального обращения вызывало у меня чувство неловкости.
Ещё, хоть
