они упёрлись в Т-образную развилку.
– Ладно, теперь давай разделимся!
– Ты что, больной?
– Да шучу я.
– Точно, больной. Ты сказал: шутишь? Сейчас?
– Ну а что, Лора? Чтобы подбодрить нас.
На самом деле мозг Тимы работал как вычислительная машина, просчитывающая возможные алгоритмы действий. Он вспоминал ошибки героев его любимых фильмов про маньяков и их глупое поведение в ситуациях, когда они попадались в ловушку. Конечно же, разделяться было нельзя ни при каких обстоятельствах.
– Давай тут направо снова.
– Тима, ты меня пугаешь. Ты так уверен или просто догадываешься?
– Лора, я не знаю пока сам, как это объяснить, но я здесь уже был.
Лора остановилась, выдернула руку и немного попятилась назад.
– Ты опять шутишь?
– Нет, милая, я здесь точно был. Я помню этот коридор.
Лора заревела:
– Ты, ты… что ты такое говоришь?
– Тихо ты. Не сейчас, я не помню. Но я уже точно знаю это. Я тут был. Идём.
Лора стояла в замешательстве и не слушалась, но Тима схватил её за предплечье и потянул за собой. Повернув в правый рукав подвала, он осветил пол и увидел метровый кусок ржавой дюймовой трубы.
– Вот она, малышка. Теперь повоюем, выродки. Ло, я не смогу тебя держать, просто следуй за мной шаг в шаг и не отставай. Если впереди опасность, присядь и сдвинься вбок к стене. Ясно?
– Да, – кивнула Лора, находясь в состоянии прострации.
– Лора!
– Да, – едва слышно ответила она.
– Хорошо. Двигаемся тихо, не шаркай, вдоль стены, но не прикасайся. Я уже дважды порезал пальцы. Видишь, тут повсюду стекло, крючки, провода торчат обрезанные, – Тима осветил одну из стен, измазанную следами пальцев рук.
Тёмные разводы на светлой мелкой кафельной плитке, похожие на кровь. Следы были повсюду. Наверху под потолком к стене крепился плафон для двух люминесцентных ламп, обе из которых были разбиты. Под плафоном были металлические ставни, закрывающие окно. Рядом – железная дверь, с отломанной наполовину ручкой и навесным засовом, похожим на те, какими запирают двери в сарай. Он осветил противоположную стену. Она также была измазана кровью. Дальше по коридору было много других дверей по обе стороны. Некоторые, деревянные – были открыты. Тима остановился, присел, выключил фонарь и потянул за собой вниз Лору:
– Тихо!
Оба они затаили дыхание и вслушивались в тишину. Глаза быстро привыкли к темноте. Они не шевелились. Вдруг откуда-то издалека послышался протяжный рёв.
– Тима, я боюсь, включи фонарь.
– Нет, пока не могу. Молчи.
Рёв, доносившийся издалека, не был похож на человеческий крик, а больше на звук животного происхождения. Тима смотрел на Лору, как вдруг чётко увидел её опухшие глаза. В подвале стало светлее.
– Сюда! – Тима резко вскочил и дёрнул Лору за собой. – Тсс, – приложив палец к её сухим губам, прошипел он. Они протиснулись в первую по левую сторону дверь. На полу что-то было раскидано, и их ноги увязли в этом. Тима споткнулся, продвигаясь вглубь, и зацепил головой открытую дверцу металлического шкафа.
– Чёрт!
Это узкое и длинное помещение когда-то служило раздевалкой. Пол был устлан тряпьём, бумагой, деревянными ящиками и разным барахлом. Уткнувшись в чугунную батарею, они снова присели. Рукой Тима нащупал стол.
– Давай сюда. Залазь, скорее, – прошептал Тима.
Свет в коридоре становился ярче. Лора обхватила колени руками и вжалась в стену. Ноги Тимы торчали из-под стола, и он навалил на них всё, до чего смог дотянуться. Они замерли, но Тима продолжал рыскать одной рукой по полу. Комнату осветил яркий луч фонаря. Прошелся по стенам, потолку и полу. Никаких звуков слышно не было. Только свет и тишина. Адалина Рудольфовна прогуливалась по подвалу от нечего делать, как вдруг услышала шум. Подойдя к открытой двери, она посветила внутрь неё, постояла немного и двинулась дальше, насвистывая какую-то мелодию. Тима нащупал рукой деревянную коробку.
– Я что-то нашел. Тут инструменты. Отлично.
Лора тряслась от страха и ничего не отвечала.
– Нам нужна сумка. Тут полно нужных нам вещей. Отвёртки, молоток. Лора, у нас есть нож. Не услышав ничего в ответ, Тима стал дальше шарить по полу в поисках чего-либо, во что можно было сложить всё найденное им добро. Он так был увлечён, что не заметил, как свист в коридоре затих. Противоположная от входа стена осветилась. Он обернулся. Кто-то стоял в дверном проёме.
Прятаться было поздно. Несколько секунд в комнате была абсолютная тишина. Луч направили прямо ему в лицо. Тима посветил в ответ. Было настолько ярко, что ему показалось, будто в комнате включили свет. В дверях стояла пожилая женщина в медицинском халате. Он защурил оба глаза, а когда открыл, старуха была уже на полпути к нему. Она кошкой бросилась на него со скальпелем в руках, который всегда держала наготове, и с криком «попался», целясь в горло, уже почти была у цели. Но промахнулась. Тима мгновенно сдвинулся в сторону, таким образом провалив её вперёд, и тяжелым ударом трубы сломал старухе ногу. Хрустнула большеберцовая кость, женщина завопила от боли и рухнула лицом в разбросанное повсюду тряпьё. Вопль был короткий, так как Тима не смалодушничал и обрушил трубу на её затылок, покрытый редкими седыми волосами. Кожа черепа лопнула, и кровь хлынула как из открытого крана, заливая всё вокруг. Лора не успела понять, что произошло. Аккуратно, на четвереньках вылезла из-под стола и взяла в руки большой массивный фонарь, выпавший из рук лежавшей без движения старухи.
Тима осмотрелся по сторонам. На его лице была уверенность и решимость. Пригнувшись, он схватил с пола небольшую тряпичную сумку с длинными лямками и быстро сложил туда рабочий инструмент из ящика.
– Давай переоденемся вот в это, только быстро.
– Но, Ти…
– Никаких «но», мы не можем бегать в этих больничных сорочках. Быстро, держи вот это и обувь померяй.
– Тима, у меня ноги все порезаны, я не могу идти.
– Любимая, нужно потерпеть, сейчас не время для разговоров. Я выведу нас отсюда. Просто делай то, что я скажу. Ты сильная и смелая. Я люблю тебя. Быстро одевай то, что есть.
Тима бросил Лоре ветровку цвета хаки и широкие спортивные брюки.
– Вот возьми эти кроссовки, размер больше твоего, но будет легче идти, – Тима достал из шкафа ещё одни брюки и свитер для себя. Другой обуви среди гор хлама не было.
– Идём. Попробуем без света. Эта старая сумасшедшая заорала так, что, думаю, если в этом подвале кто-то был, то он непременно услышал. Выключай свет. Вешай сумку на плечо. В одной руке фонарь, в другой труба. Идём тихо, плечо к плечу. Если
