Октябрьская революция была революцией социорно-освободительной, и в таком качестве она победила. Были уничтожены паракапиталистические отношения. Революция вырвала Россию из международной eапиталистической системы, освободила ее от экономической и политической зависимости от Запада.
И это сделало возможным ее быстрое экономическое развитие. Неополитарные социально-экономические отношения, которые в основном сложились к началу 30-х годов, дали на первых порах мощный толчок развитию производительных сил общества. СССР превратился в одно из самых мощных индустриальных государств мира, что в дальнейшем обеспечило ему положение одной из двух мировых сверхдержав.
После Октябрьской революции 1917 г. наряду с ортокапиталистической формацией и паракапиталистической параформацией на Земле стала существовать новая, некапиталистическая параформация - индустрополитарная, или неополитарная. И хотя этот новый общественный строй первоначально возник лишь в одной стране, но эта страна была столь велика и влияние ее на мировое историческое развитие было столь значительным, что это было равносильно появлению новой мировой системы. А после второй мировой войны, когда в результате целой серии антипаракапиталистических революций неополитарные порядки утвердились в значительном числе стран Европы и Азии, образовалась мировая система неополитарных социоисторических организмов в буквальном смысле слова.
До 1917 г. понятия всемирного исторического пространства и международной капиталистической системы по своему объему практически cовпадали. После этого события совпадение исчезло. Международная капиталистическая система перестала быть всемирной. От этого вcемирное историческое пространство не исчезло. Но теперь оно стало включать в себя две качественно отличные системы социоисторических организмов: международную капиталистичес- кую систему (состоящую из центра - мировой ортокапиталисти- ческой системы и паракапиталистической периферии) и мировую неополитарную систему. В рамках этого противопоставления международная капиталистическая система, включавшая в себя мировую ортокапиталистическую, выступала в целом как мировая капиталистическая система.
В результате всех этих преобразований впервые в истории человечества на Земле возникла ситуация, характеризующаяся сосуществованием и соперничеством двух мировых систем, двух центров. С превращением мира из моноцентрического в бицентрический произошла смена всемирно-исторических эпох: на смену эпохе нового времени пришло новейшее время.
Первая мировая война была следствием и проявлением кризиса мирового капитализма. И после ее окончания этот кризис еще более усугубился. Продолжали обостряться внутренние противоречия ортокапитализма. И, кроме того, он столкнулся с вызовом, который бросил ему новый общественный строй, который долгое время и довольно успешно выдавал себя за социализм.
Вызов этот состоял вовсе не в намерении осуществить "красную интервенцию". Декретом Совета Народных Комиссаров от 29 октября (11 ноября) 1917 г. был введен восьмичасовой рабочий день. А вслед за этим постепенно была создана такая система социального обеспечения, какой не было не только в царской России, но ни в одной даже самой передовой ортокапиталистической стране. И это не могло не оказать влияния на рабочее движение в странах капитала. Нужно было противодействовать этому притягательному воздействию. Уже в 1919 г. представители капиталистических стран заключили в Вашингтоне международное соглашение о введении восьмичасового рабочего дня. Но рабочие требовали большего. Их натиск усиливался.
В 1929 г. разразился самый тяжелый за всю историю капитализма кризис, охвативший все капиталистические страны. Он свидетельствовал о том, что дальнейшее сохранение полной свободы рынка может привести к краху капиталистической системы. Насущной необходимостью стало государственное регулирование рынка. На фоне всеобщего кризиса выделялся СССР, плановая экономика которого в эти годы развивалась невиданными темпами.
Перед капиталистическим миром открывались два пути решения назревших задач. Один - развитие по направлению к индустрополитаризму. Возникновение единой государственной монополии обеспечивало, с одной стороны, регулирование экономики в масштабе страны, с другой - подавление рабочего движения.
Однако мало было усмирить рабочих. Чтобы обеспечить длительное существование такой системы, нужно было что-то дать трудящимся массам в ближайшем будущем и открыть перед ними какую-либо заманчивую далекую перспективу. Это обуславливало милитаризацию общества и подготовку к войне. Победоносная война сразу же создавала возможность грабежа покоренных стран, а затем и превращения побежденных в рабов народа-победителя. Господствующими в таком обществе должны были стать идеи корпоративности, национализма, расизма и мирового господства.
Данный вариант становления индустрополитаризма не предполагал насильственного уничтожения капиталистических отношений и ликвидацию класса капиталистов. Капиталистические отношения сохранялись, но при этом обволакивались возникавшими политарными связями, что вело к их существенному изменению. Такого рода общество может быть охарактеризовано как политарно-капиталистическое.
Раньше всего подобного рода строй начал формироваться в Италии. По такому пути пошла и дальше всех зашла Германия. В значительной степени это было связано с Версальским договором, который представлял собой попытку победивших империалистических держав лишить Германию места в ортокапиталистическом центре и вышвырнуть ее в периферийный паракапиталистический мир. Так как это одновременно и ущемляло национальную гордость немцев, и обрекало большинство ее населения на безысходную нищету, то неизбежностью был рост националистических, антианглийских, антифранцузских и антиамериканских настроений, все более принимавших форму реваншизма. Во многом на этой волне пришли в 1933 г. к власти гитлеровцы, широко использовавшие и патриотическую, и антикапиталистическую, и антизападную риторику. В 20-30-х годах фашистские или близкие к ним порядки установились во многих странах Европы: в Португалии, Испании, Болгарии, Югославии, Польше, Венгрии, Румынии, Испании, Литве, Латвии, Эстонии.
Другой путь выхода из кризиса был намечен "новым курсом" Ф.Д. Рузвельта. Наряду с государственным регулированием рынка он предполагал существенное повышение заработной платы и создание развитой системы социального обеспечения, что делало необходимым изъятие государством определенной доли общественного продукта с последующим его распределением среди значительной части населения.
Теоретическое обоснование практика государственного регулирования капиталистического рынка нашла в работе английского исследователя Дж.М. Кейнса "Общая теория занятости, процента и денег" (1936), которую многие западные ученые считают третьим великим экономическим трудом после "Исследования о природе и причинах богатства народов" А. Смита и "Капитала" К. Маркса. Как утверждает, например, американский экономист К.Ф. Флекснер кейнсианская революция положила конец свободнорыночному капитализму. Он был радикально реформирован, и на смену ему в странах Запада пришли разные формы смешанной экономики, сочетавшие капитализм с элементами социализма.[84]
Уже после второй мировой войны этот путь привел к возникновению того, что получило название "государства благосостояния" (Welfare State). В одних случаях эти преобразования проводились руками буржуазных деятелей, в других - пришедшими к власти партиями, представлявшими интересы широких трудящихся масс, - социалистическими и социал-демократическими.
Социоисторические организмы, входившие в состав западной мировой капиталистической системы, разделились на две группы. В качестве союзников Германии выступили Италия, Япония, а также ряд государств центральноевропейской зоны. Им противостояли Великобритания, Франция и США. Ярый антикоммунизм нацистов и их планы расширения "жизненного пространства" за счет продвижения на Восток создавали возможность союза между этими странами и СССР. Развязанная в 1939 г. Германией вторая мировая война завершилась в 1945 г. военным поражением и крахом фашизма. Решающую роль в разгроме фашизма сыграл Советский Союз.
После второй мировой войны началась новая, еще более бурная, чем в первые два десятилетия XX в., новая волна социорно-освободительных, антипаракапиталистических, а тем самым антикапиталистических революций. Разумеется, все эти революции произошли в странах паракапиталистической периферии. Первая подсистема международной капиталистической системы - ортокапиталистический центр - полностью сохранилась. Ни одна из ортокапиталистических стран не превратилась в общество иного типа. Иначе обстояло дело в странах периферии.
