Читаем без скачивания Русский бунт - 2030 - Александр Абердин

— Вот всё и встало на свои места, Макс. Профессор Орлов окончательно доказал всем свою правоту. Он не зря столько лет готовился и отбирал доноров с необходимыми ему генетическими данными. Более того, наши отцы и матери, которые также, как и мы, получали отдельные компоненты карингфорса и экспандминда, сделали особыми людьми не только нас, но и произвели на свет всех наших индиго, но только мы всё равно совершенно особые люди и потому с нас и спрос особый.

— Что ты имеешь ввиду? — Спросил подполковник Первенцев — Если что-то касающееся Русского Пути, Женя, то он лежит только среди звёзд. На Земле мы все и без своих псионических способностей испокон веку чужие.

Профессор кивнул и согласился:

— С этим я не спорю, Макс. Только так русский народ и сможет сбросить с себя оковы — улетев с Земли. Поскольку ты отказываешься читать мои мысли, скажу тебе прямо, с этого момента всю самую тяжелую и грязную работу должны делать мы и только мы. Или ты не согласен?

Максим даже рассердился от таких слов и воскликнул:

— А я что, по-твоему, делал всё это время, Жека? Кто отправился в Пекин и Париж, Пушкин что ли?

— Попробовал бы ты не выйти из строя первым, — нарочито угрюмо сказал Евгений, — я бы тогда тебе руки не подал, Макс, но не в этом дело. Кроме тебя есть и другие Первые, которых ты вечно отодвигаешь в глубокий тыл. Парень, наши дети намного умнее нас и мы, старые барбосы, им только мешаем.

Подполковник Первенцев хотел было напомнить другу, что старый конь борозды не портит, хотя и глубоко не пашет, но вместо этого сделал другое наставление:

— Жека, а ты вкати себе десять кубиков карингфорса и экспандминда. Вот мы потом и посмотрим, кто тут умнее, вы, старые барбосы, или молодая поросль? Парень, не забывай, ты ученик самого профессора Орлова и имеешь такой опыт, который им всем ещё нарабатывать и нарабатывать. Поэтому запомни, война это дело нас, военных, а вы, учёные, должны своими научными делами заниматься и нечего у нас хлеб отбирать. Всё равно мы вам этого не позволим.

На следующее утро начались практические занятия и поскольку их учителями были люди, родившиеся полными псиониками, которые ещё в детстве поражали своими способностями родителей, то дело быстро заладилось. В первую очередь Максим освоил телепортацию. Как различных предметов, лежащих порой за несколькими бетонными стенами, так и самого себя. Левитация и телекинез ему также давались легко, а вот с пирокинезом пришлось немного помучиться, но и тут он не оплошал и вскоре научился поджигать всё, что горит, а также нагревать и плавить то, что гореть не могло. Занятия начинались рано утром и длились до позднего вечера, но им было не привыкать. Через неделю профессору Сотникову окончательно стало ясно, на что нужно равняться и он даже разработал двенадцатиуровневую шкалу мощности псионика.

Никакого особого значения это не имело, но Максиму было приятно узнать, что он и его друзья имеют восьмой, девятый уровень и только один Игорь, внук Николая Бойцова и сын Бориса, имел одиннадцатый уровень. Этого рослого, уже за два метра, парня, все и раньше считали уникумом. Не смотря на свою атлетическую фигуру качка-великана, он был к тому же не по годам умён и обещал вырасти в крупного учёного во всех смыслах этого слова. Вечером пятого дня, когда стало окончательно ясно, что ещё максимум пара дней и с курсом молодого бойца-псионика можно заканчивать, было принято очень важное решение. Они сидели после ужина в просторной беседке и мирно разговаривали, пока Ястреб не сказал:

— Мужики, если что, навалитесь на Гроссмейстера и будете ему что-нибудь крутить, пока он не согласится. — После чего с улыбкой пояснил — Макс, «Гагарин» готов к ходовым испытаниям, а потому я хочу смотаться на нём к звёздной системе Альфа Центавра и привезти оттуда какой-нибудь сувенирчик. Трюм у корабля большой, так что в него много чего можно засунуть. Желательно такого, чего на Земле точно не найдёшь. Таким образом мы откроем русским людям дорогу к звёздам. Что вы на это скажете, ребята? Пора или ещё рано?

Подполковник Первенцев отреагировал первым.

— Конечно пора, Ястреб. Хотя мы ещё и не освободили всю Россию, нам не помешает заявить миру о том, что наши планы покинуть Землю имеют под собой реальную основу. Поэтому, ребята, я сейчас же отдам приказ, чтобы технари готовили «Гагарина» к первому межзвёздному полёту.

Майор Никита Новиков, как и Николай Бойцов тоже лётчик, только не для спецпоручений КГБ-ФСБ, а испытатель, великан ещё побольше ростом, чем Игорь, тут же заулыбался:

— Коля, я лечу вторым пилотом.

— Не вопрос, Никита, — с улыбкой согласился майор Бойцов, — уж если ты в кабине «Мигаря» помещался, то кресло второго пилота тебе точно придётся впору.

Максим усмехнулся и задумчиво сказал:

— Всё это хорошо, парни, но нам придётся взять с собой в полёт двух гражданских лиц, чтобы доказать всем остальным людям, что мы побывали возле Альфы Центавра. Никакой сувенир им ничего не докажет, а вот если наш полёт и подготовку к нему будет освещать Маргарет Ланкастер и её оператор Билли Форест, то нам точно поверят. Ещё нам нужно взять с собой Генку Есаулова в качестве бортинженера и двух его дружков, Вовку Ротмистрова и Диму Вольного. Они слепили нам «Пионера» и этот корабль тоже знают до последнего винтика.

— А ты, как я погляжу, хочешь полететь с нами в качестве командира корабля? — С весёлой улыбкой спросил Николай Бойцов Максима и сам же ответил — Всё правильно, Чкалов, я на твоём месте поступил бы точно так же. Со штурманами у нас никаких проблем нет, их у нас трое, а вместо врача я предлагаю взять с собой побольше карингфорса. На худой конец мы и сами сможем себя исцелить.

Профессор Сотников коротко хохотнул и воскликнул:

— Не выйдет, Коля! Карингфорс мы конечно же с собой возьмём, но я с вами обязательно полечу и ещё возьму в этот полёт Зину Майорову потому, что ей, как врачу, цены нету. Ребята, вы забыли о том, что как-то раз сказал Генка — при полётах в подпространстве космонавтам придётся столкнуться с микровозмущениями в воздушной среде внутри корабля, так называемыми волновыми вихрями, которые, скорее всего, будут нарушать целостность кожного покрова, а попросту воздух станет царапаться, как разъярённая кошка. Так что помощь врачей вам всем обязательно понадобится. Зина прекрасно разбирается в обычной медицине и ещё она хороший целитель, ну, а я как вы все давно уже об этом хорошо знаете…

Подполковник Первенцев рассмеялся и сказал:

— Да-да, Жека, мы хорошо знаем, что ты среди нас самый лучший целитель ещё с тех времён, когда мы к тебе в пансионате тащили всех покалеченных кем-нибудь зверушек. Ну, что же, парни, сегодня у нас двадцать второе августа, а раз так, я назначаю старт «Гагарина» на полдень двенадцатого сентября. Это будет суббота, выходной, так что все желающие посмотреть, отправятся русские к звёздам или всё же их космический корабль взорвётся к чёртовой матери, смогут увидеть в прямом эфире. «Гагарин», после того, как его термоядерный реактор заправили гелием три и включили, к испытательному полёту полностью готов, а раз так, то давайте проверим на себе, что это такое, лететь в космосе со скоростью в пятьдесят раз большей, чем скорость света.

На следующий день, в полдень, в посёлок прилетели Маргарет Ланкастер, Билли Форест, а также все остальные члены экипажа первого звездолёта. Англичан ни о чём не известили и лишь сказали, что подполковник Первенцев хочет с ними встретиться. Маргарет первая вошла в кабинет, где за письменным столом сидел Максим. Молодая женщина, как и её спутник, была одета в облегающий тело зеленовато-серый боекостюм, хорошо подчёркивающий спортивную фигуру англичанки. Она впервые летала на настоящем космическом корабле и потому была взволнована. Её видеооператор, с которым она работала уже семь лет, сорокатрёхлетний сухощавый мужчина, по внешнему виду типичный англосакс, хотя и старался держать себя в руках, тоже был очень взволнован. Русские разрешили ему заснять на видео свой секретный летательный аппарат как снаружи, так и изнутри, да ещё и подробно обо всём рассказали. Максим встал из-за стола, поздоровался с гостями и спросил:

— Господа, вы не хотели бы полететь вместе со мной на настоящем звездолёте к Альфе Центавра?

Едва пожав ему руку, Билли Форест немедленно отступил на несколько шагов назад и тотчас вскинул на плечо свою большую, даже больше старинного, давно уже списанного в утиль «Бетакама», видеокамеру «Сони-Профессионал», точнее видеокомпьютер с мощным телеобъективом. Поэтому временный русский президент, произнося эти слова, оказался в одном кадре вместе с Маргарет Ланкастер, державшей в руке микрофон и та, слегка улыбнувшись, ответила:

— Разумеется, господин президент, ведь мы репортёры и уже только поэтому готовы отправиться куда угодно, чтобы донести информацию до наших телезрителей. Когда состоится этот полёт и как долго он продлится?