меня, чтобы заглянуть за край крыши.
Человек в капюшоне все еще говорил по своему Атласу, и то, как он опирался на невидимый барьер, подсказало мне, что вокруг него стоит воздушный щит.
— Да, идите сюда. О черт, Лили, ты в порядке? Что это за крик? Ах, черт… — буря воздуха пронеслась вокруг него и откинула его капюшон, обнажив светлые волосы и свиное уродливое лицо, искаженное яростью.
Я перекинул клинок в одну руку, а правый кулак покрыл металлом, бесшумно прокравшись на крышу и обнимая тенью свое тело, чтобы скрыть себя. Один хороший удар, и я смогу пробить его щит, если он не слишком силен.
Я подкрадывался все ближе и ближе, мое дыхание было медленным и размеренным, я готовился убить этого ублюдка и искупаться в его крови.
Когда я оказался достаточно близко, я сделал выпад вперед, с яростным ударом вбив костяшки пальцев в заднюю часть его щита. Я почувствовал, как его магия разлетелась на осколки, но она не поддалась, и парень крутанулся на месте, выбросив руки и отправив меня в полет прочь от него с огромным потоком воздуха. Я перелетел через улицу, с содроганием в животе, и бросил толстый мох на стену позади себя, прежде чем врезаться в нее и упасть на землю.
Как только я снова оказался на ногах, я снова побежал через улицу и бросил стены грязи, чтобы заблокировать неистовый ветер, рвущийся ко мне.
Воздушный хлыст настиг меня сзади, снова отбросил назад и шлепнул на бетон, который я только успел смягчить, прежде чем он перебил все кости в моем теле.
От Юджина раздался боевой клич, и я поднял голову, обнаружив, что наш враг надвигается на крысу, спрыгнув со столба грязи с двумя деревянными лезвиями в руках. Он вонзил их в воздушный щит парня, и казалось, что он почти пробил его, прежде чем его отбросило назад воздушным потоком, который отправил его в торнадо по улице.
Я вскочил на ноги, открывая возможность снова вступить с ним в бой. Мы не стали бы объединяться, как некоторые но не было правила против того, чтобы нападать на этого засранца по очереди.
Мой противник спрыгнул с крыши, и побежал ко мне по воздуху, как гребаный пикси. Я выбросил руки, обрушив на него поток острых как бритва деревянных шипов. Они врезались в его воздушный щит, и он содрогнулся от силы, которую я использовал.
Юджин завизжал, когда его закрутило вокруг нас в торнадо, не в силах освободиться от его хватки, а я зарычал. Я убью этого засранца за то, что он думает, что может пытаться забрать мою девушку и убить моего друга.
Я направил на него поток земли, когда он попытался отбросить меня назад, но я был Лунным Королем, и если он думал, что сможет справиться со мной, то скоро окажется на своем законном месте под моими ногами.
Я столкнулся с его воздушным щитом и начал колотить по нему кулаками. В его глазах вспыхнул страх, и воздушный хлыст перехватил меня за талию как раз в тот момент, когда его щит рухнул вниз. Моя рука сомкнулась на его запястье, когда он послал меня в полет, и я потащил его за собой, моя хватка была непреклонна. Мы приземлились в переулке, кувыркаясь по земле, и я ударил его со всей силы, питаясь его болью и наслаждаясь каждым порезом на своем теле.
Он упал на землю на спину, и я ударил его головой о землю, прежде чем его взгляд встретился с моим, и это была его последняя ошибка. Мой гипноз овладел им, и я отправил его в вечный огонь, где он будет гореть, пока я не буду готов его прикончить. Я встал, оставив его лежать на земле без сознания в своей власти, и обнаружил, что Юджин спотыкается по переулку позади меня, громко хлопая.
— Это было невероятно! — воскликнул он, когда позади него появилась моя девушка.
Она подбежала ко мне, нырнула в мои объятия и обняла меня всем телом. Я сжал ее задницу и поцеловал ее, ухмыляясь ей в губы, когда она прижалась ко мне, словно я был центром ее мира. И мне это чертовски нравилось.
— Ты такой горячий, когда так психуешь, — сказала она с ухмылкой.
— Ты видела? — спросил я со зловещей улыбкой, и она кивнула, прикусив губу.
Она выскочила из моих объятий, когда появились Леон, Данте и Габриэль, которые вошли в переулок как единое целое. Я запоздало понял, что не должен был целовать свою девушку на глазах у Юджина, но я знал множество способов сделать так, чтобы он ни о чем не рассказал.
— Ну, все прошло отлично, — объявил Габриэль, и я бросил на него взгляд.
— Почему? И какой смысл был в том, что Юджин вообще здесь?
— Во-первых, он спас тебе жизнь, а во-вторых, если бы его здесь не было, люди Короля не приняли бы его за Элис и не сосредоточили бы свои усилия здесь. Без него Элис бы схватили, а меня бы убили, — пожав плечами, сказал Габриэль, и мое сердце бешено заколотилось при этих словах.
Большая Птица никогда не делился своими планами полностью, на случай, если наше знание изменит наш путь, но я полагал, что это сработало к лучшему. Мне просто не нравилась мысль о том, как плохо могла сложиться наша судьба сегодня. Хвала небесам, что он может видеть будущее. Он никогда не позволит никому из нас умереть.
Мы все посмотрели на Юджина, который стал цвета сливы, и он пожал плечами, как будто ничего не сделал. Но, черт возьми, он сделал.
— Так я теперь… часть гарема? — спросил он, с надеждой шагнув к Элис и облизнув губы, словно хотел получить от нее поцелуй.
Я притянул ее за руку обратно к себе. — Кто сказал что-то о гареме? — рявкнул я, решив, что, вероятно, пришло время отвести Юджина обратно в мою комнату и насильно скормить ему зелье для стирания памяти.
— О, эм, — пискнул Юджин. — Это мои чувств…
— Чушь, — прорычал Леон, схватив его за шею и развернув лицом к себе. — Ты снова шпионил за нами, не так ли?
— Не ш-шпионил, — заикался Юджин. — П-просто наблюдал.
— Это и есть шпионаж, если ты следишь за тем, за чем не должен, stronzo, — предупредил Инферно, присев на корточки перед крысой.
— Я никому не скажу, — в тревоге сказал Юджин, оказавшись между тремя мускулистыми убийцами, которые могли свернуть ему шею одной рукой.
— Он не скажет, — поддержал его
