— Я хочу, чтобы вы придумали мне два новых платья для летней поездки. В этом году мы не собираемся ездить по стране вдоль и поперек. Лорд-хранитель печати пригласил нас пожить в августе в Харфилд-Плейсе в Мидлсексе. У нас появится возможность оценить радушие его новой жены леди Элис.
— Я начну работать над вашими платьями немедленно, ваше величество.
«Бедняжки белошвейки должны будут стараться день и ночь, чтобы успеть закончить новые платья к первому августа».
Она сразу же отправилась к швеям, которые трудились под началом ее матери. Сдвинув головы вместе, они принялись совещаться и придумали, как сэкономить время, выполняя сложный заказ. Потом Кэтрин быстро набросала фасоны.
Вечер она провела на половине королевы, где Филаделфия и Кейт доводили свою невестку Бет — новоиспеченную леди Хансдон — тем, что то и дело почтительно приседали перед ней.
— Королева сказала, что у нас состоится поездка в Харфилд-Плейс. Можно не сомневаться, теперь бедная леди Элис свихнется от забот.
— Что ты! Для нее это будет настоящий триумф. Она обошлась с наследством графа Дерби так же легко, как со щепоткой соли. Теперь накинулась на деньги Эгертона. Бедный Томас — вот кто свихнется.
В Кричтоне лорд Стюарт устроил сбор своим бойцам.
— Летние месяцы в приграничных районах самые спокойные, это известно. Но для нас, Хепбернов, дела складываются по-другому. — Он оглядел загорелые лица, пытаясь обнаружить признаки несогласия, потом стал излагать свой план. — Нужно, чтобы половина из вас осталась в Кричтоне защищать людей, сам замок и наши земли. Другая половина поедет со мной охотиться за Армстронгами. — Патрик поднял руку, предупреждая вопросы. — Должен сказать, что мы навлечем на себя недовольство короля, так как Фосс Армстронг является наблюдателем на границе, а Яков объявил вне закона междоусобные войны. — Он сделал паузу, чтобы все усвоили услышанное. — Решайте сами, кто останется, а кто поедет со мной.
Немного погодя он заскочил к Дженни, чтобы осмотреть ее рану. Дела у нее шли на поправку, она чувствовала себя неплохо.
На следующее утро Патрик выехал из Кричтона в сопровождении двух дюжин самых отпетых своих ребят. Как он и предвидел заранее, рядом скакал Джок Эллиот. Большинство из отправившихся с ним были либо неженатыми, либо вдовыми. Тех, у кого имелись малые дети, оставили дома, под командой Дэвида Хепберна. Дэвид предпочел бы тоже отправиться в поход, но понимал, в чем заключаются его основные обязанности.
Хепберн направил свой отряд прямиком в замок Уинтон, намереваясь заверить Джорди, что, даже несмотря на его отсутствие, Хепберны будут стеречь скот графа от воров. До своего отъезда Патрику хотелось увериться, что Джорди Сетон себя отлично чувствует. Он тайно переговорил с одним надежным человеком и поручил ему следить за тем, чтобы с Джорди ничего не случилось.
Потом он разыскал Малькольма Линдсея, который наблюдал за дюжиной работников, косивших сено, и отозвал его в сторону.
— Я навел справки по поводу вашей покойной жены и узнал, что кое-кто считает, что с ее смертью не все чисто. — Угрожающе нависнув над Малькольмом, он увидел, как у того в глазах загорелась ненависть. Патрик сжал губы и спокойно продолжил: — Поручаю вам охранять графа и верю, что волос не упадет с головы Джорди Сетона.
Вот теперь Патрик Хепберн с бойцами мог приступить к выполнению своей миссии.
Пока дворец Уайтхолл мыли и проветривали, королева вместе с двором весь август пользовалась гостеприимством Харфилд-Плейса. Леди Элис старалась изо всех сил, чтобы переплюнуть тех, кто принимал двор до нее, устраивая банкеты, маскарады, концерты.
Первый раз в жизни Изобел не критиковала Кэтрин.
— Ты просто умница, что придумала украсить платье королевы солнцем, луной и звездами.
— Спасибо, матушка.
«Ты даже не представляешь, какая я умница. Швеям было легче вырезать их из другого материала и сделать из них аппликации, чем вышивать целыми днями. Потом я написала письмо леди Элис и намекнула, что ее величество любит, когда ее называют Солнечной королевой».
Перед возвращением двора в Лондон была устроена лотерея для гостей, причем так удачно, что королева и ее фрейлины выиграли все призы. Королева объявила, что ее поездка прошла с оглушительным успехом.
На первой неделе сентября Кэтрин получила любовное послание в стихах от Уильяма Герберта, с которым коротала время в Харфилде. Она кинулась к Филаделфии, чтобы побольше узнать про симпатичного молодого человека.
— Уильям — наследник огромного графства Пембрук. Его мать приходится сестрой Филиппу Сидни [14]. Молодому человеку явно передался семейный литературный талант. Он тонко льстит Елизавете в своих опусах, поэтому у него имеется прекрасный шанс занять при дворе видное положение.
— Так вот почему его пригласили в Харфилд.
Кэтрин задумалась.
Несколько дней спустя, когда Герберт подошел к ней в саду, Кэтрин пришла к выводу, что он хороший собеседник. Он был своим в кругу поэтов и драматургов, которые приводили ее в восторг.
— Это правда, что вы дружите с Уильямом Шекспиром?
— Люди искусства нуждаются в богатых покровителях. Из-за того, что мой отец часто бывал щедр к Шекспиру, он считает меня своим другом. А я отношусь к нему как к мастеру, у которого многому научился.
— Милорд, почему бы вам не предложить королеве, чтобы актеры «Глобуса» сыграли какую-нибудь пьесу Шекспира во дворце?
— Леди Кэтрин, неужели вы считаете, что ее величество согласится с таким предложением?
— Давайте проверим, Уилл. Я зароню в нее эту идею как семечко, а вы постарайтесь взрастить его, и мы посмотрим, какие плоды это даст.
К концу сентября Кэтрин пришла к выводу, что у них с Уиллом Гербертом сложились отличные отношения. Он курил табак, следуя моде, завезенной из Нового Света, что Кэтрин находила просто очаровательным. Она и сама попробовала, правда, не при всех. Единственной свидетельницей была Мэгги.
Однажды ночью, уже лежа в кровати, Кэтрин решила, что нашла наконец благородного воздыхателя, какого искала. И она позволила себе даже немного пофантазировать насчет их возможной женитьбы. «Если я стану графиней Пембрук, я наконец-то избавлюсь от призрака Патрика Хепберна, который прячется где-то в глубине моего сознания!
В первый день октября умер отец Уильяма Герберта, и он вступил в наследование графством Пембрук. Через несколько дней Кэтрин увидела его тренирующимся на турнирном поле. Уильям выкладывался полностью, готовясь к королевскому турниру, назначенному на день коронации в ноябре.
