Читаем без скачивания Без Вечного Синего Неба. Очерки нашей истории - Мурад Аджи

Удивляться нечему, напомню: старинные кладбища в Орле, Рязани или Туле до сих пор зовут татарскими. Других и не было. Но о том времени есть лишь «легенды» ученых. Одна из них о Куликовом поле, ее сочинили немцы в XVIII веке.

Какое Куликово поле, если, по договору с Ордой, русская молодежь служила в войске Великого хана. Кому и с кем воевать? Поэтому-то нет материальных следов Куликовской битвы. И никогда их не будет, сколь бы ни надеялись местные краеведы. Правда, сейчас вдруг стали находить какие-то «артефакты». Но это лучше оставить без комментариев.

Легенду внедрили в сознание поколений иезуиты, внедрили, зная, что князь Дмитрий был «младенец незлобием», то есть слабосильный. Донским называть его не корректно, он не видел Дона! Куликовская битва – вымысел от начала до конца, так написано у H. М. Карамзина в примечании 81 к главе I тома V его «Истории…». Пожалуйста, проверяйте меня.

Только помните, достоверность источников бывает разной, о чем и говорит великий историк между строк. Так, цитируя Линдеблатову Немецкую хронику, он замечает, что документ «идет до 1420 года», то есть написан «по горячим следам». Потом идут данные русских летописей: Синодальной, Ростовской и Никоновской, они появились спустя столетия после битвы и противоречат друг другу. Для специалиста ценность таких документов низка. О Никоновском списке Карамзин вообще невысокого мнения: «Более всех искажен вставками бессмысленных переписчиков». Иными словами, этим летописям нельзя верить!

Вот почему, анализируя битву и дойдя до Никоновской летописи, этот осторожный историк не выдержал и воскликнул: «Какая нелепость!» И был абсолютно прав.

Идею «Куликовской битвы» подал немец Кранц в XV веке, вернее, его книга «Вандалия», где упомянута битва 1380 года русских с ордынцами на реке Синяя Вода. Победили русские. Немец, как было принято в то время, русскими называл норманнов – шведов, осевших в Литовском княжестве. Ориентировался он и в географии, указав: Синяя Вода – приток Южного Буга. Проще говоря, то уже не Куликовская битва, следы которой на Дону не найдены. И в книге «Вандалия» речь шла о битве на территории нынешней Украины. Была обычная порубежная стычка из-за пастбищ для скота.

Однако Петр I и его потомки желали героической истории России. И они получали ее сполна.

– Тогда зачем Петр рубил бороды бояр, запрещал им носить камзолы и чапаны? Чего хотел добиться, создавая новую – Великую Россию?

Зачитать главу из моей книги? Или так ответить? Власти хотел!

Той власти, которой у Москвы никогда прежде не было… Здесь, когда разберешься, все становится глубже и сложнее, чем принято думать. Да, он жаждал власти, но чьей? Этого не понять, не оценив личности Петра. А ведь царь страдал эпилепсией, которая не лечится до сих пор. Расстройство центральной нервной системы накладывало отпечаток на его поведение. На принимаемые решения… Болезнь есть болезнь. Симптомы ее – вязкость мышления, вспыльчивость, подозрительность. Иначе говоря, расстройство функций головного мозга, что для правителя означает смерть.

Видимо, этим объясняется неусидчивость, которой Петр отличался в детстве. И стало ясно, почему сестра Софья получила домашнее образование, а он нет.

Царь был малограмотным. Как и его фаворит Александр Меньшиков. Он едва-едва мог читать и расписаться… Тогда естественен вопрос: как больной царь правил Россией? Не преувеличены ли его заслуги? Анализ свиты царя открыл мне глаза: Петра окружали иностранцы-иезуиты, не случайные люди, которые со времен Смуты засели в Московском Кремле, они и правили романовской Россией…

Адски трудная работа – искать правду, приходилось сдерживаться, наступать себе на горло, чтобы не шокировать читателя. Думая о национальной гордости соотечественников, старался быть как можно деликатнее… Честное слово, я не использовал и пяти процентов найденных фактов. Брал лишь пристойное. И того оказалось достаточно, чтобы содрогнуться.

Взять пример с бородами. Бороду тюрки считали обязательной для тех, кто представлял род на собраниях, она показывала знатность и древность рода. Для аксакалов, самых уважаемых людей в обществе, чем длиннее борода, тем больше почета. В бороде видели символическую связь с предками. С адатами!

Отрубая бороды, Петр лишал людей их прежнего места в обществе. То было сродни отсечению головы или убийству собственного народа… На Руси за малейшее повреждение бороды полагалось платить штраф. Самым презренным наказанием считали ощипывание бороды… И укорачивание кафтанов было ударом по тюркскому наследству: одежду, которая была знаком отличия в обществе, несли в чулан. Убирали как что-то старое, отжившее.

Больными руками Петра I ломали Русь… И создавали Россию, угодную Западу.

А дальше советую еще раз прочитать «Тюрки и мир: сокровенная история». Многое проясняет эта книга.

Глава IV Кто откроет ворота Джора?

У кромки моря и гор

Дербент – самый южный, самый древний и самый неизведанный город России, ему более пяти тысяч лет. Дата эта, конечно, условна, но принято думать так, ибо «есть мнение». Город упоминается в Коране как видевший мир, который предшествовал библейским пророкам. Ровесник легендарной Трои? Возможно.

То был восточный форпост Римской империи, потом – северная крепость Парфии, родоначальницы Ирана… Или, наоборот, сначала был персидским, потом римским, потом парфянским? Этого не скажет никто, потому что никто серьезно не исследовал город, но здесь чувствуешь, что время дышит в каждом камне. Дышит так громко, что слышен перестук часов вечности… Из тьмы веков жемчужиной на Каспии проступает Дербентское ханство – исторический центр Кавказской Албании.

В городе, в древней части, видишь отблеск сияния вечности. Его хранят знаменитые махялы (древние кварталы), на вид серые, невзрачные, но имеющие неповторимый колорит: по их узким улочкам проходишь день, и не наскучит… Забытый мир, почти Средневековье, если бы не электрические провода и лампочки на фонарных столбах.

Когда появились махялы? С предками азербайджанцев – огузами, они из орды саков и поныне живут здесь. Вросли корнями в каменистую землю. Словно могучие деревья.

Столько бурь и ураганов пронеслось над ними, а они стоят, не покидая жизненного пира. Удивителен Дербент своей повседневной стариной.

Древний город умещался на клочке земли, там, где Кавказ подходит вплотную к Каспийскому морю, оставляя лишь узкую полоску суши, всего-то сотню-другую гектаров. Та полоска приютила сначала крепость, потом городские постройки, дала Дербенту историю. С нее, собственно, все и началось.

Гектары земли, а какие! Ценой, что само золото. Если улицы города выложить золотыми монетами, их будет слишком мало, чтобы выразить стоимость здешней земли. С древности люди знали, что живут в раю. Достаточно отъехать километров пятьдесят на север, чтобы понять это. Там, в удалении, другой климат и совсем другая жизнь. В Дербенте – субтропики, а чуть севернее природа холоднее зимой и жестче летом.

Над городом стоит невидимый воздушный барьер – климатический рубеж, его еще в древности подметили люди. Он ограничил продвижение на Северный Кавказ античных цивилизаций. Римские легионеры, парфянские всадники не пошли на суровые, с их точки зрения, земли, хотя могли бы их легко завоевать. Но некого и нечего там было завоевывать.

В суровых для жизни горах Северного Кавказа народы, как правило, селились поневоле. Малыми группами. Только если больше негде было спастись. Первыми пришли сарматы, потом аланы… их история – это история страданий и надежд, они начинали с самого начала. Как все беглецы и изгнанники. (73) На «пустом» месте… По своим строгим законам природа и обстоятельства складывали границы древнего мира, прорисовывали его первые, робкие, контуры – основу будущих политических и этнографических карт Кавказской Албании.

Однако главная достопримечательность Дербента все-та-ки не природа – каменная стена. Она начинается от крепости, что на склоне горы, и тянется рукотворной преградой через весь город к морю. Когда Каспий наступал, а такое случалось не раз, казалось, что будто стена выходит из воды, образуя причал для судов.

Когда же море отступало, стена целиком была на суше, и «гавань» высыхала.

В той каменной стене имелись ворота, они и дали городу второе имя – Ворота Джора. Или Железные Ворота, с этим именем он вошел в легенды Востока, в сказки. За проход через ворота взимали немалую плату… Пройти преграду мог далеко не каждый. (74) Потом построили вторую стену, параллельную, и город оказался в каменном коробе, защищавшем от врагов.

Неприступная цитадель, конечно, появилась не сразу, над ней трудились поколения горожан, их труд занял века. Достаточно сказать, стена получилась такой толщины, что на ней разъедутся два всадника, а может быть, и две арбы. Высота ее местами с трехэтажный дом. На ней были башни и бойницы, способные умерить пыл любого, самого грозного неприятеля… Серьезное оборонительное сооружение, воплощение инженерной мысли.