Читаем без скачивания Операция «Людоед» - Андрей Троицкий

Генерал Антипов принял Колчина во второй половине дня. Антипов выглядел, как алкаш после недельного запоя: желтое нездоровое лицо, глаза воспаленные, большой дряблый нос покраснел. Рубашка явно несвежая, засаленный галстук свился веревкой. Антипов за последний месяц даже рюмки не пригубил, но две бессонных ночи, проведенные в рабочем кабинете, не прибавили ни красоты, ни обаяния. Усадив Колчина за стол для посетителей, Антипов занял рабочее кресло, под столом скинул с ног тесноватые лаковые туфли, распечатал новую пачку сигарет, по громкой связи распорядился принести в кабинет два стакана крепкого кофе. Колчин молчал, дожидаясь, когда начальник сам перейдет к делу. Ждать долго не пришлось.

– Сегодня ночью было большое совещание, – сказал генерал. – Присутствовало все наше начальство и соседи из ФСБ. Операция у нас общая, поэтому каждый вопрос решаем не волевым порядком, а коллегиально. На это тратим времени втрое больше, чем должно тратить. А дни уходят, как песок сквозь пальцы.

– Но хоть что-то дельное решили?

Антипов не услышал вопроса.

– Дела наши обстоят не блестяще. Стерн объявлен в розыск, но что толку? Милиция и ФСБ могут искать его год и два, и дольше. Это как повезет. Надеемся на лучшее: Стерн остался один и озадачен только тем, как удрать из страны. Это наиболее оптимистичный, благоприятный сценарий развития событий, поэтому сразу вычеркиваем его. И будем исходить из худших вариантов. Из того, в Россию для совершения громкого террористического акта просочились несколько профессионалов, о которых мы ничего не знает. И руководит ими Стерн. О котором мы тоже ничего не знаем.

Когда в кабинет вошел капитан Расторгуев, одетый в цивильный костюм. Антипов оборвал рассказ. Капитан поставил один стакан с кофе перед генералом, второй стакан перед Колчиным и спросил, будут ли какие-то поручения. Антипов ответил, что поручений пока нет. Расторгуев вышел из кабинета, плотно закрыл двойные двери.

– Я прочитал твои рапорты, составленные об этом Людовиче, – генерал стал барабанить ложечкой по стенкам стакана. – Это рапорты читало самое высокое начальство. Вплоть до…

Генерал указал пальцем вверх.

– Можно предположить, что Людович в деле. Он консультирует террористов, наводит их на какой-то объект или объекты. Похоже, они затевают что-то большое, серьезное. И ждать, когда случится крупномасштабная катастрофа, недолго осталось.

– Похоже, – кивнул Колчин. – А у нас нет ни одной зацепки, кроме этого Людовича. Будь он неладен. Кстати, я знаю, что ты хочешь сказать.

Колчин пожал плечами, в эту минуту он ничего не хотел говорить. Он размышлял о том, что Людович хороший строитель, специалист в своем деле, но человек наивный до крайности. Домработница рассказывала, что пан Людович чего-то ожидает, не пропускает ни одного выпуска новостей из России. Ясно чего он ждет: известий от Стерна, то есть громкого террористического акта. На самом деле ждет своей гибели. От Людовича избавятся, как от лишнего свидетеля, как столько Стерн выполнит задание. И вряд ли когда-нибудь полиция обнаружит останки Людовича, его тело или фрагменты тела.

– Ты хочешь сказать вот что, – погрозил пальцем Антипов. – Пока будут существовать люди, обиженные обществом, государством, вроде этого Людовича, у террористов будет много активных грамотных помощников. Ты ведь это хотел сказать?

– Именно это, – кивнул Колчин. – Как вы только догадались?

Антипов улыбнулся, довольный собственной проницательностью.

– На сей раз с помощником бандитам повезло. Если бы в деле участвовали лишь чеченцы, парням из ФСБ было бы легче и проще работать. У чеченцев бедное воображение, никакой фантазии, никаких реальных прикладных знаний. Все, на что они способны, – это взорвать на многолюдном рынке машину с взрывчаткой, бросить в толпу бомбу, начиненную гвоздями, просверлить дырку в газопроводе и поставить рядом с отверстием горящую свечку. Это их почерк, фирменный стиль. Антипов шумно отхлебнул кофе из стакана, вытер губы платком и выдержал долгую паузу под этой частью беседы.

– Сегодня наше начальство санкционировало начало операции «Людоед».

– «Людоед»? – переспросил Колчин. – Почему операции присвоили это диковатое название?

– Ну, тут как раз все просто, – улыбнулся Антипов. – Послушай: Людович Евгений Дмитриевич. Сокращенно что получается? Ну, людо-е-д. Но есть и другой смысл. Этот Людович в сто, в тысячу раз хуже людоеда. И опаснее. Если он действительно замышляет то, в чем мы его подозреваем. С деталями акции тебя познакомит подполковник Беляев. Я объясню лишь общую канву. Антипов, постукивая ложечкой по стакану, начал рассказ. Сейчас Колчин спустится в подвал, в секретную часть, где его ждет помощник Антипова подполковник Беляев. Колчин получит документы на имя некоего Мартина Гудеца, гражданина Чехии и подробный инструктаж о предстоящей операции. По легенде пан Гудец находился в России по делам своего бизнеса. А занимается он производством и разливом фруктовой воды и натуральных соков, точнее, возглавляет коммерческий отдел фирмы «Март». Это подставная контора Службы внешней разведки, она реально существует, имеет свои представительства в нескольких европейских странах и, главное, выпускает настоящие прохладительные напитки. Настоящий Пан Гудец – тоже реальный человек, одного возраста с Колчиным. Есть даже некоторое внешнее сходство. Полгода назад Гудец эмигрировал из Чехии в Канаду, где живут его близкие родственники. Короче говоря, если польские контрразведчики захотят проверить Колчина, пусть проверяют. Неприятностей не будет, потому что прикрытие очень надежное. Фирма «Март» хочет открыть свое торговое представительство не только в России, где якобы побывал пан Гудец, но и в Польше. Кроме того, Колчин в совершенстве владеет чешским языком, что поможет ему вжиться в образ местного коммерсанта. Однако он прилетит в Варшаву не прямиком из Москвы, а через Бухарест, так безопаснее. На день раньше Колчина, уже завтра, в Варшаву прибудет Павел Иванович Буряк, он же Гюнтер Шредер. Шпион-гастролер, он содержит в Гамбурге свое фото агентство и делает порнографические снимки в мужские журналы. Колчину будет помогать еще один человек, наш агент из поляков некто Густав Маховский, пятьдесят лет, из них двадцать – на оперативной работе. Репутация высокая. Явки, места встреч и тайниковых операций, адрес конспиративной квартиры Колчин узнает от Беляева. Буряка назначили куратором операции, уже есть приказ. Привлекать много людей не имеет смысла, втроем они должны управиться, потому что дело довольно простое. Колчину и его группе предстоит выкрасть Людовича, доставить его на конспиративную квартиру и переждать ночь. Ранним утром по этому адресу придет посольская машина, микроавтобус с затемненными стеклами. Собственно, на этом миссия Колчина будет завершена. Людовича усыпят, два наших дипломата в багажнике автобусе переправят Евгения Дмитриевича через польскую границу в Калининградскую область в районе Багратионовска. И на этом завершающем этапе осложнений не должно произойти: в соответствии с международными правовыми нормами, дипломатические машины пограничники не досматривают, багаж не проверяют. Из Калининграда Людовича доставят в Москву. Здесь он даст показания, хочет он того или нет, наведет на Стерна и его группу. А дальше в дело вступят контрразведчики. Впрочем, после исчезновения Людовича, спонсоры наверняка отменят заказ, который выполняет Стерн. А это в некотором смысле наше победа. Главное пожелание руководства: операция «Людоед» должна пройти тихо, без стрельбы, без крови. Людовича охраняет парочка кавказцев, как лучше нейтрализовать этих людей, Колчин должен решить сам, на месте. Обстановка в Европе сейчас не самая благоприятная, чтобы проводить там специальные операции, но иного пути нет. В заключение беседы Антипов озвучил те мысли, которые сто раз передуманные Колчиным.

– Мы не можем пойти по официальному пути, – сказал генерал. – Не можем связаться с польскими контрразведчиками и попросить их о сотрудничестве в этом деле. Не можем достать Людовича и Зураба Лагадзе через Интерпол. У нас нет документов, свидетельствующих о сотрудничестве Людовича с экстремистами, нет доказательств, нет даже более или менее убедительной оперативной информации. Все строится лишь на догадках и умозаключениях, которые к делу не подошьешь.

– Когда вылетать? – спросил Колчин.

– Завтра вечером, – ответил Антипов. – Надо торопиться. Домой ты уже не вернешься. Ночь проведешь в разведывательной школе. Есть вопросы?

– Только один. Хотел заскочить к одной знакомой, передать ей ключи от квартиры. Чтобы заходила полить цветы в горшках.

– Не засохнут твои цветы, – покачал головой Антипов. – И твоя знакомая не успеет соскучиться. Ты будешь дома уже три дня. Еще вопросы?

Колчин встал, придвинул стул к столу. Вопросов не было.