Михайлович, я согласился на эту встречу, поскольку Сергей Васильевич уверял, что желает решить данный вопрос мирным путём. Но у вас, я смотрю, другие намерения. Не надо грубить. Не надо переходить границы. Дед Сергея Васильевича получил долю в компании незаконно. Я в последний раз разъясняю мою позицию. Просьба больше не беспокоить меня подобными претензиями. Это тоже касается вас обоих.
— Моё требование остаётся прежним. Не знаю, почему вы посчитали, что наш клан не способен постоять за своё. Это не так. Мы будем защищать наше имущество любым путём даже силой. Не надо доводить дело до кровопролития. Зачем вам это?
— Так вы ещё и угрожаете? Нет, господа, это перебор, — возмутился Елагин. — Я здесь не для того, чтобы выслушивать угрозы. Вы хоть понимаете, с кем разговариваете? Я представляю уважаемый род. Мы — не какая-то шайка разбойников. Полезете сюда, будете иметь дело с законом.
— Прежде чем заикаться о законе, вначале начните сами его соблюдать. Не хотите возвращать компанию, будет отвечать перед судом.
— Пожалуйста. Подавайте в суд, будем разбираться, как цивилизованные люди.
Конечно, можно было и в суд обратиться, но Сергей не рассматривал всерьёз этот вариант. Он считал, что с документами есть какие-то проблемы, из-за чего суд, скорее всего, будет проигран.
В общем, слова не помогали. Елагин не соглашался. Мы ещё некоторое время пререкались, стараясь не переходить границ вежливости, но я так ничего и не добился. В конце концов, Елагин потерял терпение, сказал, что разговор этот не имеет смысла, и уехал вместе со своими людьми.
Когда мы с Сергеем вышли из здания, на парковке остались лишь два наши автомобиля.
— Я говорил, что они не пойдут на уступки, — вновь стал жаловаться Сергей. Встреча с Елагиными его лишь ещё больше огорчила. — Всё бесполезно. Зря только ехали.
— Значит, переходим к плану «Б», — сказал я.
* * *
Следившая за улицей камера видеонаблюдения была «ослеплена» плотной туманной завесой, под прикрытием которой я подобрался к глухой кирпичной ограде особняка Елагиных. Даже если за периметром круглосуточно наблюдает охрана, вряд ли она быстро поймёт, что произошло, и спишет всё на погодные условия. По крайней мере, я на это надеялся.
Оказавшись возле ограды, я прикоснулся к ней и сосредоточился. Кирпичная кладка дематериализвалась, начав превращаться в дымчатую субстанцию. Я шагнул в образовавшуюся брешь, и стена за моей спиной вернулась в прежнее состояние.
Техника дематериализации считалась одной из наиболее сложных, но я уже обладал достаточной силой, чтобы творить подобные вещи. Знания и навыки сохранились из прошлой жизни, и вспомнить их труда не составило. Данное заклинание можно было использовать и на живые объекты, но живая материя после подобной процедуры мгновенно погибала. Ещё один способ быстро убить человека, правда, я не знал, насколько он эффективен против магов разных уровней.
Я оказался в заснеженном, засаженном берёзками саду. Среди деревьев виднелся особняк Елагиных, освещённый со стороны главного фасада фонарями. Обратившись в дым, я переместился двумя рывками и очутился рядом с одной из пристроек.
Дом имел несколько пристроек. Вероятнее всего, он расширялся по мере увеличения семейства главы рода. Такое происходило нередко.
Свет в доме почти нигде не горел, кроме одного окна на втором этаже в дальнем конце здания. Я же стоял перед стеклянной стеной, за которой находилось что-то похожее на оранжерею. Временно дематериализовать стекло и проникнуть внутрь не составило ни малейшего труда.
Теперь осталось найти самого Юрия Елагина и не наткнуться ни на кого из слуг или членов семьи. Стояла глубокая ночь, но кто-то мог до сих пор не спать. Также я опасался камер, которые могли быть размещены в больших комнатах и коридорах для слежки за прислугой.
Включив фонарик, я двинулся через заросли экзотических растений. Дверь, ведущая в жилую часть особняка нашлась не сразу. Прежде чем войти туда, я запустил внутрь дымку. Это была безопасная разновидность тумана: она не разъедала предметы, а всего лишь давала немного скрытности.
По дому я старался передвигаться тихо и аккуратно. Иногда переносился с одного места на другое, превращаясь в дымчатую субстанцию. Было темно, однако мне бросилось в глаза, что в разных частях дома убранство отличалось: где-то интерьер выглядел старым и немного обветшалым, а где-то ремонт был совсем свежий.
Я не знал, как найти главу рода. Он сейчас, наверняка, храпел в своей кровати, чувствуя себя в полной безопасности. Вот только где? Планировка была незнакомой, и мне казалось, что на обнаружение цели уйдёт очень много времени: придётся осмотреть весь особняк, заглянуть в каждую комнату.
Но мне повезло: заниматься всем этим оказалось без надобности. В центральной части дома на втором этаже, пройдя сквозь очередную стену, я нашёл обширный кабинет с рабочим столом и диванами. Значит, спальня главы рода могла находиться поблизости.
Так и оказалась: она находилась буквально за следующей стеной, которую я временно дематериализовал, чтобы проникнуть в соседнее помещение. Хозяин дома, Юрий Всеславович Елагин мирно почивал сном праведника, развалившись на широкой кровати. На моё счастье, он находился здесь один.
Вот и пришла очередь потолковать по душам. Дневной разговор не задался. Меня глава рода не воспринял всерьёз, посчитав, видимо, каким-то неразумным мальчишкой, лезущим не в своё дело. Посмотрим, как запоёт сейчас. Убивать я его пока не собирался. Всё ещё надеялся на силу слова. Вот только слово теперь будет подкреплено магией. И если уж это не убедит Елагина… тогда, пожалуй, придётся договариваться уже не с ним, а с его наследниками.
Я взял стул и уселся перед кроватью. Слегка толкнул спящего воздушным потоком. Елагин заворочался, продирая глаза, а когда понял, что в комнате — посторонний, вскочил и уставился на меня ошалелым взглядом.
Глава 16
Князь Елагин, облачённый в пижаму, сидел передо мной на кровати, и во взгляде его читалась растерянность, которая очень быстро сменилась гневом. Вот только выглядел сейчас этот человек далеко не таким уверенным и грозным, как днём. Даже немного жалким казался.
— Да кто… Да как… Как вы посмели! — воскликнул он.
— Тихо! Тихо, Юрий Всеславович, — шепнул я и стал окутывать его лицо плотными потоками воздуха.
Елагин начал задыхаться, его руки покрылись льдом, и я подвергся замораживающей атаке. Вот только вихри холода, которые должны были превратить меня в ледышку, растворились, едва соприкоснувшись с защитной пеленой. В ответ я двинул своего оппонента дистанционным ударом, и князь распластался на кровати, после чего я надавил
