— Софи! — Грэм не помнил, как побежал. Все, что он понимал — это то, что он незамедлительно навалился на мужчину в экипаже, отводя назад кулак, чтобы расквасить этому ублюдку…. его расквашенный ублюдочный нос?
В замешательстве молодой человек обернулся, чтобы посмотреть на Софи, которая с недоумением уставилась на него, встряхивая правой рукой так, словно она болела.
— Откуда ты появился? — Она согнула пальцы и поморщилась.
Внезапно ощутив слабость в коленях, Грэм отпустил воротник Вульфа, который удерживал мертвой хваткой, и опустился на мягкое сиденье рядом с Софи. Он переводил взгляд с невредимой — если не считать ушибленных суставов — Софи на заметно истекающего кровью Вульфа, который сейчас прижимал носовой платок к своему носу. Глаза мужчины блестели, но было слишком темно, чтобы понять от чего.
Грэм был совершенно уверен, что его собственные глаза блестели от изумленного уважения.
— Ты защищала свою честь.
Софи пожала плечами.
— Чувства мистера Вульфа… ошеломили его. — Она нахмурилась, глядя на мужчину. — Мне очень жаль, сэр. Я не хотела нанести вам вред, но вы бы просто не прислушались ко мне.
Вульф осторожно передвинулся в сидячее положение. Его взгляд скользнул к Грэму.
— Я не хотел обидеть вас, — проговорил он, его голос заглушал платок.
Грэм ни на мгновение не поверил ему, но Софи просто махнула рукой.
— Я знаю это. Но подумайте, сэр, даже если бы я отвечала вам взаимностью, я бы никогда не оценила то, что ко мне пристают в открытом экипаже на темной дороге.
Такой выбор слов подсказал Грэму решительно неподходящие идеи о том, чтобы приставать к ней в закрытом экипаже на темной дороге…
Но опять же, вероятнее всего, он закончит тем, что у него самого будет расквашен нос. Герцог улыбнулся своей храброй, самостоятельной Софи.
— Есть ли здесь кто-то еще, на кого тебе нужно напасть этим вечером, мой деликатный цветочек, или ты готова закончить это дело?
На мгновение она улыбнулась ему в ответ, затем выражение ее лица стало холодным.
— Грэм, ты впал в заблуждение относительно того, что я снова разговариваю с тобой?
Он вздохнул.
— Ты злишься, я знаю. Но в настоящий момент, думаю, более важно, чтобы я благополучно отвез тебя обратно в Брук-Хаус.
Девушка посмотрела на мужчину на полу фаэтона, стиснутого в узком пространстве. Затем она перевела взгляд на Грэма, нахмурив лоб.
— Что еще? — Он устал и покрылся потом после своей поездки. Настало время уезжать.
Софи потерла свою ноющую руку.
— Я пытаюсь решить, кто из вас меньшее из двух зол.
Грэм задохнулся.
— Ты не можешь говорить это серьезно!
Она сердито взглянула на него.
— Мистер Вульф не сделал ничего, чего не делал ты — и с гораздо более благородными намерениями, в конце концов!
Вульф кивнул.
— Я попросил ее выйти за меня замуж!
Грэм не мог поверить в это.
— Но я… — Он остановился. Что он собирается сказать? Я хочу жениться на тебе… сильнее?
Невозможно. Он ничего не мог сказать.
Она увидела это в его глазах. Ее изящное лицо снова сделалось замкнутым и холодным.
— Я отправлюсь домой с мистером Вульфом.
Вульф снова кивнул.
— Конечно, мисс Блейк.
Грэм обдумывал возможность нанести этому типу еще один удар по носу. Вкрадчивый ублюдок. Нет, он не доверил бы этому мужлану и фунтовую банкноту с одной напечатанной стороной, не говоря уже о таком сокровище, как Софи. Он безмолвно спрыгнул вниз с фаэтона.
Софи наклонилась вперед, позвав его.
— Грэм, не воспринимай это с таким трудом…
Грэм решил все это дело, обойдя вокруг задней части фаэтона, вытащив оттуда Софи, забросив ее на плечо, вместе с негодующими криками и всем прочим, и зашагав обратно к своей позаимствованной лошади.
Она пинала его и стучала кулаками, и даже укусила, но Грэм благополучно удерживал оба ее запястья, а его сюртук был достаточно толстым, чтобы защитить его от ее зубов. А вот с Вульфом было сложнее.
Мужчина пришел в себя в достаточной степени, чтобы побежать за ними.
— Иденкорт, вы скотина! Немедленно опустите леди вниз, или будете отвечать перед законом!
Грэм резко обернулся, заставив Софи по-девичьи взвизгнуть от удивления, что было нехарактерно для нее, и уставился на человека, который пытался напасть на его женщину.
— Вульф, отправляйся и позови представителей закона — если ты на самом деле считаешь, что они посмотрят на твои действия этим вечером более доброжелательно, чем на мои. — Затем он улыбнулся. — Слово поверенного против слова герцога — как ты думаешь, чем закончится игра?
Когда его блеф раскрылся, Вульф зарычал, его лицо стало уродливым и жестоким. Грэм пожелал, чтобы Софи могла увидеть этого типа сейчас, но не осмелился опустить ее вниз на достаточное для этого время. Она ударит его, а затем ввяжется в какую-то другую, несомненно, еще более опасную ситуацию.
Нет, ничего нельзя было сделать, кроме того, чтобы защитить Софи от нее самой. Грэм устало повернулся спиной к Вульфу и продолжил путь к лошади. Забросив Софи в седло, он запрыгнул туда позади нее до того, как она сумела прийти в себя.
К счастью, она не умела ездить верхом. Вместо этого девушка весьма приятно вцепилась в него руками, пока Грэм прижимал ее к себе и пускал лошадь легким шагом.
— Подожди! — вскричала Софи. — Ты едешь в неправильную сторону! Лондон вот там!
Грэм усмехнулся ветру и развевающемуся знамени ее золотисто-рыжих волос.
— Мы не едем обратно в Лондон.
Он заставил лошадь перейти на быстрый галоп…
Прямо к Иденкорту.
Глава 21
— Ты же не ожидаешь, что я на самом деле буду выносить подобное обращение, не так ли, Грэм?
С того момента, как он двинулся вперед на позаимствованной лошади, Грэм не отвечал ей. После первого потока триумфа, когда он украл Софи, герцог начал раздумывать о том, когда именно он потерял разум. Было ли это тогда, когда он узнал о смерти своего отца? Или это произошло на следующий день, когда он приложил длинные, элегантные пальцы Софи к своей щеке и ощутил покалывание от ее прикосновения?
Или этот процесс был более медленным и зловещим, вызванным долгими вечерами с бренди у огня камина и слишком большим количеством проигранных партий в карты?
Когда бы ни случилось первоначальное падение, Грэм несомненно ухудшил сейчас это дело своим плохо продуманным похищением. И все же, несмотря на тот факт, что он знал, к чему все это приведет; несмотря на то, что он совершал ошибку всей своей жизни; несмотря на ошеломляющую логику того, что ему нужно повернуть обратно и поспешно вернуться обратно в Лондон, оставив Софи с незапятнанной репутацией, Грэм был не способен направляться куда-нибудь еще, кроме Иденкорта.
