санузлами и классным дизайнерским ремонтом. На одной из стен я заметила старую семейную фотографию – маленький Егор с родителями. Несмотря на развод, у нас дома в рамке тоже стояла подобная фотография.
Егор вежливо предложил мне напитки, а затем куда-то исчез. Он явно избегал меня, и это страшно расстраивало.
Вадим пришел только спустя полчаса еще с несколькими парнями и девушками. Подошел ко мне, по-свойски обнял за талию и притянул к себе. Я тут же демонстративно отстранилась. Вадима это, кажется, ничуть не смутило. К нам подошел Егор, и парни пожали друг другу руки.
– Развлекаетесь? – кивнул на меня Вадим, будто я не стояла рядом.
– Ну эта особа сама отлично справляется с развлечениями, – ответил Егор.
Наверное, имел в виду мою работу массовиком-затейником.
– А ты чего такой хмурый? – удивился Вадим, будто обычно Егор светился от счастья.
– Отец звонил. Поссорился со своей Жанной и хочет тоже заехать.
Вадим присвистнул, а затем просиял:
– О-о-о! Старая гвардия подтянется. Ништяк!
Я делала вид, что пью свой сок и не прислушиваюсь к их разговору. Интересно! Увижу вживую еще одного человека из телика. Занесло же меня под конец года в звездную тусовку…
* * *
Вечеринка была в самом разгаре. Музыка, смех и громкие голоса смешались в один гул. Все пили и веселились. Егор время от времени посматривал в мою сторону, но не подходил. Напряжение между нами не спадало. Вадим то уходил, то приходил. Приносил мне коктейли и закуски, приглашал на танец, пытался отвлечь разговорами. Я без энтузиазма поддерживала беседу, один раз мы покружились в танце. Я пыталась не терять Егора из поля зрения.
Когда пришел Корниенко-старший, фокус внимания переключился на него. Я поняла, что означает выражение «бешеная харизма». Отец Корнея не выходил из привычного амплуа героя-любовника. Я заметила, какими взглядами на него смотрят девушки и как сильно это раздражает Егора.
Чем больше Корниенко-старший собирал вокруг себя народу, тем чаще Егор пил коктейли – один за другим. Казалось, он никого не замечал вокруг, все его внимание занимал только отец.
Когда ко мне снова подошел Вадим, я указала ему на Егора:
– Может, подойдешь и скажешь, чтобы он притормозил?
– Притормозил? – не понял меня Вадим. – Для чего? Томила, расслабься! Человек отдыхает! Веселье, праздник, Новый год… Ты, кстати, сегодня классно выглядишь. Намного лучше, чем вчера.
– Это такой себе комплимент, – сказала я, не сводя взгляда с Егора. – А у них всегда такие натянутые отношения?
– Корней батю ненавидит, – доверительно сообщил мне Вадим. – Его отец начал изменять матери, когда Егор еще в утробе был. А как батя на Жанке женился, Корней вообще взбесился.
– Понятно, – вздохнула я.
Вадим обнял меня за плечи.
– Может, еще потанцуем? – предложил он.
Я снова отстранилась.
– В другой раз.
– Холодная ты, как Снежная королева, – покачал головой Вадим.
Я видела, как другие девчонки засматриваются на Вадима, но что-то все равно удерживало его рядом со мной. Возможно, моя холодность. Привык, что все за ним бегают…
И все-таки Вадим решил меня уколоть. Склонился ко мне и проговорил на ухо:
– Слушай, только ты не обижайся… Фигура у тебя сочная и все такое. Но ты не думала немного похудеть?
Я не дослушала Вадима. Подняла голову и удивленно посмотрела Рубцову в глаза. Тот явно замешкался:
– Ты не подумай ничего такого. Просто я люблю совсем худых девочек.
А я даже слов сразу подобрать не могла в ответ. Вот так и спасай человека из беды…
– Тебя, кажется, друзья ждут, – ответила я наконец Вадиму, указывая на парней, с которыми он пришел.
Вадим понял намек и, слава богу, ретировался. Скажи он мне такое месяц назад, я страшно расстроилась бы. Но сейчас мне просто наплевать на него. Я беспокоилась о Егоре. В какой-то момент подошла к нему и, забрав стакан, сказала:
– Понимаю, что не мое дело, но тебе уже на сегодня хватит.
Егор посмотрел на меня стеклянными глазами и растерянно переспросил:
– А?
Тогда я забрала у него бутылку.
– Хватит пить. Как Новый год завтра встречать будешь?
– Я в порядке.
– Угу, как вижу, в полном.
Когда Егор заметил, что его отец направляется к нам, тут же вдруг приобнял меня за плечи и притянул к себе. Я почувствовала, как он весь напрягся.
– Ты ко мне даже не подходишь, сын, – обиженно проговорил Корниенко-старший. Известный актер стоял рядом с нами, и я с интересом смотрела на него во все глаза. – Будто мы и не родственники.
– Да ты и так не скучаешь. Всех девчонок уже успел облапать?
– Не всех, – усмехнулся Корниенко-старший и как-то странно покосился в мою сторону.
Мне стало неприятно. Егор тоже заметил этот взгляд и разозлился еще сильнее.
– Ты совсем сдурел? Она несовершеннолетняя.
– Что ж ты зовешь к себе малолеток? – удивился отец Егора. А затем как ни в чем не бывало вежливо обратился ко мне: – Вас дома еще не потеряли, мисс?
– Это ты вали домой, а не указывай, что делать моим гостям. Тебя никто не звал, – жестко сказал Егор, не дав мне ответить. Хотя и я хотела сказать этому заслуженному мачо страны пару ласковых. – Мать будет в бешенстве, если узнает, что ты был здесь в ее отсутствие.
– Мне грустно и одиноко, Жанна выгнала из дома. Неужели и ты, родной сын, отвернешься от меня в трудную минуту?
– Иди к черту, – поморщился Егор, отобрав у меня стакан и снова пригубив коктейль.
– А ведь я тебя обеспечиваю, щенок ты неблагодарный, – зло проговорил отец Егора. А затем снова посмотрел на меня: – Следите за ним, миледи. У него плохие гены – алкоголизм и распутство.
– Да я лучше с крыши спрыгну, чем буду похожим на тебя.
Корниенко-старший рассмеялся и отошел от нас. Егор выпустил меня из объятий и молча пошел к дивану.
Людей в квартире стало значительно меньше. Вадима я больше не видела. Видимо, ушел с кем-то из своих приятелей. Мама прислала эсэмэс с напоминаем, что мне пора домой.
В приложении я проверила цены на такси и тяжело вздохнула: ценник перед Новым годом не радовал. Однако деваться было некуда. Прежде чем уехать, я решила отыскать Егора. Он сидел на диване и клевал носом. Рядом пристроилась парочка, которая принялась жарко целоваться. Я вспомнила, что в конце коридора видела дверь в спальню. Сегодня Егор явно не самый общительный хозяин, поэтому его, вероятнее всего, даже не хватятся.
Я осторожно потрепала Корнея за плечо.
– Тома? Что такое? – поднял на меня глаза Егор.
– Пойдем, я тебя уложу, – сказала я. – Ты
