что он еще не умолк, я слушаю дальше.
– …и Сеана организует это как можно быстрее. Я хочу взглянуть, какие еще занятия предлагаются гостям. Но для защиты капиталовложений Нико и для обеспечения всем нам надежного будущего велика роль рекламы. Она недешева, надо изыскивать средства. Нико вложил в дело все, что имел, мы не должны его подвести, надо постараться, чтобы все шло как по маслу. Нам нужно, чтобы гости уезжали с чувством, что мы не только не подвели их ожидания, но и превзошли их. Создавать такую обстановку – задача каждого в команде. Сейчас главное – персональные рекомендации и хорошие отзывы на веб-сайте.
Все это звучит страшновато.
– Не значит ли это, что придется заменять людей, не имеющих необходимых навыков? – Я опасаюсь за Тейлора, Бастьена и Ди-Ди – умелых ремесленников, не имеющих за душой сертификатов.
Он прищуривается:
– Вы сомневаетесь в моих мотивах? Напрасно. Ответ – нет. Некоторым нашим гостям понадобится персональное сопровождение, мы добавим к команде «благоденствия» еще минимум одного профессионала. У меня есть на примете один персональный инструктор и фитнес-гуру, но он освобождается не раньше марта. Поэтому тренажерный зал пока послужит только для отдыха, на страх и риск самого гостя. Наша привлекательность будет строиться по большей части на возможности приобретать новые умения и навыки – по крайней мере, на попытках это делать. Хобби играют важную роль в умении избавляться от стресса, той же цели служат физкультура и медитация. Кстати, Нико предлагает, чтобы я пригласил вас к себе в помощницы на первые две недели. – Видя мое удивление, он ухмыляется. – У вас будет время подготовиться. Я лично займусь с вами медитацией, чтобы вы привыкли. Мне пригодится лишняя пара ушей и глаз. Во время моих занятий вашей задачей будет ходить среди участников и проверять, все ли довольны. Боюсь, я один не справлюсь.
– Пожалуй… – В моем голосе звучит неуверенность, потому что я вовсе не уверена. – Я справлюсь, если вы четко объясните, что от меня требуется.
– О, четче не бывает, не сомневайтесь, – отвечает он.
– Не уверена, что я для этого гожусь, буду с вами честна, – выпаливаю я.
– По словам Сеаны, вам присуща интуиция, вы сможете подмечать, кому не по себе, кто находится вне своей зоны комфорта.
– Интуиция?..
Он удивленно смотрит на меня.
– Вы не знали, что она телепат?
– Нет, а вы?
Он виновато улыбается:
– Печально, но тоже нет, потому что я завидую этому ее свойству. Я живу сообразно своему кредо.
– А именно?
– Жить так, как если бы у тебя была всего одна жизнь, хотя я верю, что мы живем не один раз. Наслаждаться достоинствами людей, но всегда служить для них примером. И наконец, добрые дела часто остаются без вознаграждения, но редко бывают незамеченными; мир был бы лучше, если бы каждый об этом помнил. Все просто!
Сам Пирс далеко не прост. Понятия не имею, как это изменит все здесь. Скоро увидим.
* * *
– Мама, папа, привет! – Келли смотрит на экран, сильно нервничая.
Я сжимаю ей руку, чтобы подбодрить.
– Здесь происходят удивительные вещи, я серьезно хочу здесь остаться, быть членом команды. Вот Ферн, помощница Нико, я подумала, что, если у вас будут вопросы, сейчас самое время их задать.
Я чувствую, что вежливость требует представиться.
– Здравствуйте, мистер и миссис Престон. Меня зовут Ферн Уаймен, в Британии я работаю менеджером по персоналу. Сейчас я в годовом отпуске, работаю волонтером на базе отдыха. Полгода уже прошло. Естественно, вы о многом хотите спросить, у меня сестра – ровесница Келли, я понимаю ваши тревоги. Прошу, спрашивайте, что хотите, я постараюсь ответить на все вопросы.
Они друг на друга не смотрят, не двигаются и сидят в полуметре друг от друга.
– Тебе пора домой, Келли, – говорит мистер Престон, полностью игнорируя сказанное мной.
– Согласна, – вторит ему жена. – Чужие люди не сравнятся заботой со стороны семьи, Келли. Не понимаю, зачем тебе там задерживаться.
Келли говорила, что они редко в чем соглашаются, но по этому вопросу правило не действует. Я вижу, что у Келли начинается паника, лицо застывает.
– Мы все хотим для Келли самого лучшего, можете не сомневаться. Находясь здесь, она невероятно изменилась. Вы воспитали решительную и очень способную дочь, – распинаюсь я, надеясь на благоприятную реакцию.
– Вам легко говорить, на самом деле она очень хрупкая, мы имели несчастье в этом убедиться. Предполагались всего лишь короткие каникулы, миссис Уаймен. Ей давно пора домой, – твердит ее папаша.
Келли смотрит на меня, в лице ни кровинки.
– Ваша дочь преподает рукоделие. Ей это очень нравится, она буквально рождена для этого. Здесь требуются терпение и лидерские качества, того и другого у нее хватает. Я считаю, что здесь благоприятная обстановка для Келли, ей очень хочется остаться еще. По-моему, забрать ее отсюда было бы шагом назад. Ее уверенность в себе крепнет день ото дня, я горда тем, что работаю с ней рядом.
Мистер Престон фыркает:
– Еще бы! Работать только за кров и питание, без оплаты – это рабский труд. За Келли нужен глаз да глаз, притворяться, что она способна помогать другим, – большая ошибка.
Я в ужасе от его слов, а Келли каково?! Я так сердита, что даже не могу на нее смотреть.
– Такое негативное отношение и есть причина того, что уверенность Келли в себе упала до столь низкого уровня. Отчаяние приводит к тому, что люди начинают совершать поступки вопреки собственной натуре. Реакция Келли показывает, насколько несчастной она тогда была. Здесь все ее поддерживают, она в позитивном окружении, обучает других всевозможным творческим навыкам. Это достижение, мистер и миссис Престон, если вы мне не верите, приезжайте сюда: вам здесь всегда рады и здесь вы во всем убедитесь сами.
Это все меняет.
– Я не смогу сбежать с работы во Францию, тем более накануне Рождества, – сурово отвечает мистер Престон. – Чепуха все это. Напрасно мы отпустили ее из Британии.
Келли сверкает глазами:
– Я здесь счастлива. Вам это не важно?
Ее мать наклоняется к экрану, наконец-то она может сказать свое слово:
– Счастье – это хорошо, доченька, только тебя используют. Им нет дела ни до тебя, ни до твоего положения.
Я смотрю на Келли, она близка к слезам. Неудивительно, что ее жизнь полетела в тартарары. Вернее, летела, да не долетела. Она вдруг откидывает голову назад.
– Я достаточно взрослая для замужества, я могу поступать так, как мне нравится. Я хочу остаться здесь. Я ведь права, Ферн?
Удивительные слова!
– Да, официально ты взрослая, Келли. Родителям не всегда легко привыкнуть к этому факту и отпустить своего ребенка. Ты вправе сама собой распоряжаться.
Мистер Престон переходит на крик, почти захлебываясь:
– Ты совсем с ума сошла, Келли? Ты для них дешевая рабочая сила, только и всего, ты трудишься за кровать и за трехразовую кормежку, какой позор!
Я удерживаю Келли, порывающуюся вскочить и убежать.
– Вы и ваша
