Пора подкрепиться, Виант выбрался из-под кровати. С матраса свисает тонкая рука Яоны. Две молодые глотки сипят в унисон. И что сегодня на ужин? Виант запрыгнул на журнальный столик.
Виноград, это хорошо. Большая гроздь ободрана наполовину. Ещё с десяток крупных зелёных ягод разбежались по столешнице. Но супруги не забыли прихватить два банана, «горячих собак» и конфет. От клубники, увы, остались лишь зелённые листочки.
— С чего начнём? — на журнальный столик запрыгнула Инга.
— Как обычно, — Виант осторожно переступил через огромную виноградину, — с «горячей собаки».
Две изрядно надкусанные булочки с красными сосисками они доели в первую очередь. Бананы и конфеты пошли десертом. Из стеклянного стакана торчит пластиковая трубочка. В принципе, можно выпить, но Виант так и не решился травануть собственный организм алкоголем, пусть даже слабым. Это у людей есть некая защита от спиртного. Животные, насколько Вианту известно, спиваются на раз.
Сытый и довольный Виант вновь залез под кровать. По утру, как обычно, молодожёны не заметят, что кто-то помог им доесть поздний ужин. Это ладно. Хуже другое — на душе муторно и немного страшно. Как бы скука не издевалась над ними, однако жизнь в каюте второго класса ближе к эконом вошла в некую колею. И как же теперь не хочется из неё выбираться. Опять, Виант печально вздохнул. Опять придётся куда-то бежать, шуршать, искать, что пожрать, где отдохнуть и бить мохнатые морды тупым альфа-самцам. Но, если разобраться, то и райская жизнь в каюте круизного лайнера не может продолжаться вечно. Даже если никто и никогда не сумеет заметить двух крыс, всё равно настанет роковой тринадцатый день тринадцатого года. И хорошо, если в этот момент лайнер будет у причала. А если в море?
От мыслей о близкой ядерной войне по спине скатилась нервная дрожь, Виант поёжился. Но вот что интересно: «Другая реальность» может хоть что-нибудь дать? Не человечеству на Земле в целом, это понятно и так, а ему, лично? И что это может быть? Виант улыбнулся с закрытыми глазами. Наверное, это могло бы быть нечто очень крутое, невероятное, взрыв мозга, короче говоря. А если и даст, то позволит ли компьютерная игра вынести сей бесценный дар в реальность? Очень интересные вопросы. Знать бы ещё на них ответы.
Давняя привычка и полный желудок сморили Вианта. Он и сам не заметил, как уснул крепким здоровым сном. Хотя, по-крупному счёту, последние полторы недели он только тем и занимался, что спал.
Глава 19. Сбежать на берег
— Просыпайся, лежебока!
Громкий и жутко недовольный голос Яоны в момент вытолкнул Вианта из объятий блаженного сна. Рядом нервно дёрнулась Инга. Хвост напарницы, словно бич, хлестнул по спине.
— Но, любовь моя, сейчас же раннее утро, — сонно пробурчал Зоран. — У нас же медовый месяц. Зачем нам рано вставать?
— Просыпайся! — матрас над головой Вианта натужно скрипнул. — Гаочан на горизонте.
— Какой ещё Гаочан? Что мы там забыли? — молодой супруг упорно не желает въезжать в тему.
— Просыпайся, говорю, — в голосе Яоны брякнуло знаменитое женское упрямство. — Кто обещал прокатить меня на колесе обозрения в «Луна-парке»? Пройдёмся по земле-матушке, ноги разомнём.
— Хорошо, хорошо, любовь моя, — Зоран сразу пошёл на попятную. — Я и сам никогда не был в Гаочане. Самому хочется глянуть.
— Я в душ, — на пол возле кровати опустились ножки молодой женщины.
Звучит очень даже правдоподобно. Виант потянулся всем телом, хвост вытянулся словно стрела. Путёвку на «Мирзуну» молодые супруги получили в качестве подарка. А потом, вполне возможно, их ждёт усердный труд на благо семьи. Там… Ипотека, машина, карьера, дети и далее по списку. Когда ещё им выпадет возможность посетить Гаочан, форпост государства Юрания на материке Алуна. И это при том, что ни Зоран, ни Яона понятия не имеют, что до конца мирной жизни остались считанные месяцы. Это даже грустно, очень грустно: если молодожёны выживут в ядерной армагеддоне, то этот круиз на «Мирзуне» станет самым ярким, самым счастливым воспоминанием в их довоенной жизни. Виант понурил голову, как же печально знать будущее, хотя, и это тоже надо признать, очень полезно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наконец, молодые супруги убрались из каюты второго класса. На прощанье Виант едва ли не целиком вылез из-под кровати и уставился на людей словно преданная собачка. К счастью, ни Зоран, ни Яона его так и не заметили. Даже не понятно, что им желать? То ли лёгкой смерти под грибком ядерного взрыва, то ли трудной жизни, но всё-таки жизни, на радиоактивном пепелище.
— Ну ты даёшь, — следом из-под кровати выбралась Инга. — Чуть не спалился. Зачем ты это сделал?
— Не знаю, — Виант пожал плечами. — Может, от грусти, ведь мы их больше не увидим.
— И дай бог, чтобы мы их больше никогда не увидели.
Виант покосился на Ингу. Слова напарницы отдают холодным цинизмом, но на деле это элементарная логика, прагматизм и даже немного оптимизм.
— Ладно, время не ждёт, — Виант засуетился, словно девица на выданье при виде жениха.
— Куда спешить? — возразила Инга. — До начала уборки остался час. Местный час, между прочим.
— «Мирзуна» простоит в порту Гаочана до глубокой ночи, график уборки может сбиться, — торопливо пояснил Виант.
— Но «Мирзуна» ещё даже не причалила, — возразила Инга. — Глянь на счётчик, он всё ещё работает.
— А где гарантия, что это не мы причаливаем, а это точка выхода не бежит нам навстречу? — спросил Виант. — Из-за командной игры сложность миссии выросла, не забывай об этом.
— Ты параноик, — сердито бросила Инга.
В ответ Винт выдал любимую фразу:
— Параноики живут нервно, но долго.
Точка выхода в реальность и в самом деле постоянно гуляет туда-сюда. Иногда она мчится с бешенной скоростью, иногда ползёт как уставшая черепаха, иногда прыгает словно гигантский кузнечик. За полторы недели вынужденного безделья Виант вдоволь насмотрелся на её таинственное поведение. Он никогда не говорил об этом напарнице, однако, на самом деле, его постоянно охватывал страх. Что это и с чем это связанно — Виант не имеет ни малейшего представления. Ладно, пока точка выхода стабильно возвращается на прежнее место. Но где гарантия, что в самый канут тринадцатого сентября она не рванёт на другой континент?
— Не будем терять время, — ещё раз произнёс Виант.
Теперь скрываться ни к чему. Из встроенного бара под телевизором Виант вытащил последние пакеты с орешками и сушёнными щупальцами кальмара. Молодожёны так и не заметили, что Виант с Ингой подъели всю закусь к спиртному. Из другой заначки под тумбочкой они вытащили последние шоколадные конфеты. Что не влезло в желудок, то Виант выбросил в урну у входа в каюту. После еды настала очередь санузла. Они напились до пуза и даже помылись. Хотя последнее потеряло всякий смысл.
— Пора, — несколько театрально произнёс Виант.
Из-под кровати, где они провели полторы местные недели, Виант вытащил чёрную футболку.
— Зачем тебе эта хрень? — Инга недовольно сморщила нос.
От чёрной футболки и в самом деле ощутимо несёт пьяным потом.
— Маскировочным халатом будет, — Виант и сам постарался отвернуть нос в сторону. — Ещё спасибо скажешь.
Дня четыре назад Зоран умудрился по самую маковку накачаться пивом. Вроде как, в каком-то дурацком конкурсе он попытался перепить соперников. Победителем молодой супруг так и не стал, зато умудрился порвать чёрную футболку. В свою очередь молодой супруге не захотелось ни стирать её, ни чинить. Яона просто бросила её в урну для мусора и забыла. А вот Виант не забыл. Той же ночью он вытащил вонючую футболку и заныкал по кроватью. Инга, не смотря на весь свой интеллект и дипломы, так и не смогла понять, зачем эта хрень понадобилась напарнику. Либо не захотела понимать, такой вариант тоже нельзя исключить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лёгкий, едва заметный, толчок потряс «Мирзуну».
— Пришвартовались, — заметила Инга.
