Читаем без скачивания Тактика захвата - Анатолий Сарычев

Малыш, взяв Клима за рукав и отведя в коридор, негромко сообщил:

– Юля деньги спрятала в твой шкаф, где висит форма.

Переодевшись в новый спортивный костюм, Клим с компанией вышли из дома.

На проходной Клим, наклонившись к перегородке охранника, выдал:

– Теперь я живу в семьдесят четвертой квартире.

Охранник ничего не ответил, но одобрения спортивный костюм в его взгляде не вызвал.

32

Едва Малыш поднял руку, как бежевый «Форд Мустанг» лихо затормозил перед ними. На ветровом стекле красовалась горделивая надпись: «Эх, прокачу!»

Внутри машины пахло хорошим дезодорантом, плюшевые чехлы на сиденьях еще не успели поиметь проплешины, а напольные коврики сверкали свежей резиной.

Водитель – молодой двадцатилетний парень, – сверкая голливудской улыбкой во все зубы, предупредительно открыл переднюю и заднюю дверцы.

Не успели они усесться, как Фал спросил:

– Скажите, а бензиновый шланг у вас не протекает?

– Если из Бразилии привезете новый, не откажусь! – в тон ему ответил водитель, обнаружив прекрасное знание бессмертного произведения.

Виталий с Эммой о чем-то негромко беседовали, не обращая внимания на пикировку с водителем.

Через десять минут машина остановилась перед центральными воротами спортивного комплекса в Лужниках.

– Ты, девушка, идешь и выбираешь все, что твоей душе угодно из одежды и обуви, бижутерии, нижнего белья. Мы тебя не стесняем, а идем следом и страхуем, чтобы тебя не обидели, – объявил Клим, жестом фокусника вручая Эмме двадцать пятидесятидолларовых купюр.

– И что, все можно покупать? – удивилась девушка, еще больше открыв свои огромные глаза.

– Да, конечно, только с одним условием: выбери пару платьев или кофточку и брюки для Юли.

– Еще одно дополнение, – подскочил к девушке Виталий, вкалывая ей в воротник куртки небольшую булавку.

– Это что такое? – удивилась девушка.

– Обычный радиомикрофон. Захочешь сказать мне пару ласковых слов, говори, я услышу, – объяснил Виталий.

– Это получается односторонняя связь. Я хочу тебя слышать! – топнула ногой девушка.

– Ноу проблем, – быстро ответил Виталий, протягивая небольшую, размером с рублевую монету, золотую сережку. – Надень на ухо и будешь меня слышать!

– Олег идет с девушкой, а мы потихонечку сзади, не бросаясь в глаза.

Клим не видел, что молодой, прилично одетый худенький парень, засек момент передачи денег и тут же юркнул в толпу, клубящуюся около входа на стадион.

Около ворот кучками стояли разновозрастные женщины, предлагая рубашки, носки, плакаты, календари, и даже стоял стол, на котором в красочных обложках лежала художественная литература.

Взяв в руки детектив Корецкого, Клим рассеянно листал книгу, наблюдая, как Фал с девушкой пробираются через турникет.

Высокая фигура девушки в желтой куртке была хорошо видна издалека.

Отпустив парочку покупателей метров на пятьдесят вперед, Клим, Виталий и Малыш фланирующим шагом, не торопясь, шли следом.

– Дядя! Помогите! – раздался полузадушенный голос Эммы в наушнике у Виталия.

Виталий выхватил из кармана куртки черный приборчик с антенной и начал водить им из стороны в стороны.

Идя по следу, как гончие собаки, они подбежали к наглухо закрытому железному автомобильному фургону, в котором слышались глухие звуки.

– Она здесь! – уверенно сказал Виталий, дергая за ручку двери. – Давайте вызовем милицию, – не очень уверенно произнес он, но, вспомнив вчерашнее приключение, сразу прикусил язык.

– Попробуем по-другому, – предложил Клим и, хозяйски два раза хлопнув по двери, громко закричал: – Ахмед товар прислал! Машина стоит, деньга капает! Долго стоять буду?

В фургоне сразу заскрежетало.

Металлическая дверь приоткрылась, и оттуда выглянула растрепанная голова молодого парня. Желтые волосы, связанные на затылке, напоминали азиатскую дыню в оплетке.

Резкий рывок Малыша выдернул его наружу. Клим подхватил дынеголового и, ухватив за выпирающий кадык, спокойно спросил:

– Девушка в фургоне?

Спокойный тон одетого в спортивный костюм Клима так испугал парня, что он не стал говорить, а только закивал головой.

Резкий удар ладони по шее, и парень упал на грязный, замусоренный асфальт.

Заскочив в фургон, они обнаружили три бездыханных тела и двоих кавказцев с поднятыми руками, стоящих у торцевой стены фургона.

– Забери свой девка! Это шайтан, а не человек! Халид глаз ткнул – кривой будет! Гияз совсем мертвый лежит! – негромко сказал толстый, обросший мужчина в одной рубашке. Он опасливо покосился на Эмму, которая в воинственной позе стояла в метре от него.

Ни трусов ни брюк на толстяке не было. Толстые волосатые ноги его мелко тряслись. От мужчины исходил тухлый запах давно не мытого тела.

На девушке остались одни полупрозрачные трусики. Эмма, наклонившись, стояла, сторожа каждое движение двоих. Рядом стоящий квадратный детина, тоже в одних трусах, держался двумя руками за свое мужское достоинство и по-щенячьи скулил.

– Дернешься, козел немытый, все яйца оторву! – пообещало юное создание. – Они ударили дядю Олега по голове, а когда я наклонилась над ним, накинули шнурок на шею. У меня в голове помутилось. Я не помню, как здесь очутилась. Длинноволосый пошел открывать дверь, и я немного пришла в себя, – спокойно сказала девушка, собирая по полу разодранную в клочья одежду. Грудки у нее были маленькие, но очень аппетитные и задорно торчали в разные стороны.

Девушка горестно вздохнула, рассматривая клочки своей одежды, и без разворота с очень неудобного положения молниеносно ударила коленом квадратного детину по почкам.

Как ни в чем не бывало, она схватила толстого за ухо и негромко спросила:

– Как я, голая, пойду по городу?

– Все дадим самый лучший. Вон коробка, джинсы, кофточка возьми, – заверещал он, дергаясь от невыносимой боли.

– Где Олег? – спросил Клим, обнаружив, что внутри Фала нет.

Малыш выскочил из фургона и через минуту, держа бездыханное тело на плече, вернулся обратно.

Ни на кого не обращая внимания, Фал сполз с Малыша, сел в углу фургона и стал что-то негромко говорить, раскачиваясь из стороны в сторону.

Эмма, вытащив из коробки джинсы, надела их и, взяв клетчатую ковбойку, примерила ее к своим широким плечам.

– Эти деньги все забрали, – с обидой сказала девушка и снова схватила толстяка за ухо. – Я никогда этого не пробовала, но так хотелось! Такие сволочи попадаются, а ничего сделать нельзя! Можно я попробую? – умоляюще спросила девушка, взглянув на Клима.

Поняв его молчание как разрешение, Эмма резко дернула толстяка за ухо и сразу же ударила кулаком в позвоночник.

Не издав ни звука, толстяк рухнул лицом вперед.

– Общая анестезия. Все равно никто не поверит, что они пытались меня изнасиловать. У них все куплено, а так хоть попробовала. Ничего сложного и приятного, – констатировала девушка, протягивая какой-то комок Климу.

Сначала, когда девушка так сбивчиво говорила, Клим думал, что она немного не в себе, но, увидев, что протянула ему девушка, сразу все понял.

На узкой девичьей ладони лежало оторванное человеческое ухо.

33

В пять часов в квартиру Клима позвонили, и Эмма пошла открывать.

В дверь заскочила радостная Юля с двумя большими кожаными сумками в руках.

– Хорошо, шофер оказался настоящим джентльменом, – дотащил эту тяжесть до двери. Сама бы я точно заработала себе грыжу! Здесь женские вещи на сегодняшний выход в кафе! Папенька поднял сводки о пропажах девушек за этот год и выяснил – больше всего исчезло в Бутове. С этого кафе и надо начинать, – скороговоркой объявила Юля и, махнув рукой Эмме, убежала в спальню.

На Клима она старалась не смотреть.

Заскочив на минутку на кухню, крикнула с порога:

– Папенька дает на вечер десять оперативников и два взвода ОМОНа. Они перекроют все дороги и не дадут ни одной машине выскользнуть из кольца.

Только через час девушки вышли показать свой вечерний наряд, или, как говорит современная молодежь, – прикид.

На Эмме была коротенькая, сантиметров в сорок, юбочка, которая при ее росте казалась вовсе фиговым листком. Завязанная узлом на животе кофточка едва закрывала грудь, которая легко просматривалась сквозь невесомую ткань.

Внимательно присмотревшись, Клим не смог обнаружить полоски трусиков на девушке, несмотря на то, что юбка обтягивала ее бедра, как лайковая перчатка.

– Это специальные французские трусики. Называются они «бесстыдница», – разъяснила Юля, входя в комнату.

На ней было длинное, до полу, платье, и, только когда она сделала первый шаг, обнаружилось, что платье имеет шесть разрезов, и такой фасон больше открывает, чем скрывает тело обладательницы.

– Мы поедем на обычном такси, а там уж как кривая вывезет, – объявила Юля, победоносно смотря вокруг.

– Береженого бог бережет, а небереженого конвой стережет, – объявил Виталий, входя в комнату с небольшой коробочкой в руках.