Изабелла не стала задавать вопросы. Сестры избегали разговоров на некоторые темы. Старались, например, не вспоминать о той жизни, что вели до прихода в аббатство.
– Изабелла?
Голос Джордана вернул ее к действительности. Воспоминания разлетелись вдребезги. Изабелла растерянно моргала. Жизнь заставила ее покинуть стены монастыря. Теперь она служит королеве. Она сможет вернуться в уютный мирок аббатства – домой – только после того, как выполнит поручение.
Если сможет вернуться.
– Согните колени, – приказала она.
Нужно сосредоточится на уроке, и печальные мысли уйдут.
– Так?
Она покачала головой и встала рядом.
– Нужно согнуть колени сильнее. Под таким углом, что вам будет уже все равно – сесть или выпрямиться.
– Так? – снова спросил он.
– Еще ниже. – Изабелла нагнулась и подставила ладони под каждое колено. – Опускайтесь ниже, пока не почувствуете мои руки. Готово. А теперь запомните это ощущение.
Она отошла немного назад.
– Сейчас я хочу, чтобы вы попытались повторить вот это. Изабелла встала в стойку. Распрямившись, она вынесла левую ногу вперед, и ребро ее ступни коснулось висящей на заборе кружки. Брызнули осколки.
Изабелла осторожно поставила левую ногу на землю. Не помогло – ступню обожгла боль. Девушка мужественно терпела. Искусство самозащиты подразумевало также умение переносить боль.
– Хотите, чтобы я это повторил? – Джордан грустно покачал головой. – Боюсь, мне потребуется тысяча попыток.
– У меня тоже вышло не сразу! Но именно этим приемом я разбила бейлифу колено. Там не нужно было делать высокий выпад.
– Понятно, почему Гамелл охромел.
– Такая тактика – неплохое оружие, дающее преимущество любому воину.
– Даже женщине-воину?
– Особенно женщине!
Ей очень нравилось, что они держатся как добрые приятели. Жаль, что ей этого мало. Не стоит лгать самой себе – она жаждала, чтобы он научил ее удовольствиям, которые мужчина и женщина дарят друг другу.
Джордан взглядом указал на ее ногу:
– Вам следует соблюдать осторожность.
– Я всегда осторожна.
– Разумеется, но тут этого мало. – Он снял тунику, под которой обнаружилась кольчуга, надетая поверх рубахи. Опустившись на колено, он стащил кольчугу через голову и бросил ее на землю. Металлические звенья тихо зашуршали. Затем он снова надел тунику. – Мы доберемся до Линкольна еще не скоро. Вам нужно беречь силы, чтобы прибыть туда в добром здравии.
– Так и будет. Мой первейший долг – да и ваш тоже – служить королю и королеве.
Джордан поднял тяжелую кольчугу и набросил ее на ограду. Хлипкий забор заскрипел – столь тяжела оказалась броня, которую Джордан носил под одеждой, не выказывая ни малейшего признака усталости.
– Не нужно напоминать – я и сам всё прекрасно помню. Еще ни разу я не подводил моего короля. Если меня вновь призовут на службу, я не стану увиливать и исполню долг.
– Но вы ведь надеялись, что призыва больше не последует – по крайней мере на войну.
– А вы?
– Я тоже.
Он щелкнул пальцами.
– А теперь научите меня, как вам удалось сразить Уиртона. Он выглядел, словно жук, опрокинутый на спину!
Изабелла предупредила Джордана, чтобы поберег швы. Но пощады ему она не дала – показала прием, терпеливо ответила на десятки вопросов, а потом раз за разом бросала его ни землю. Джордан вскакивал и нападал снова, чтобы снова оказаться на земле в роли поверженного.
На десятый раз он остался лежать. Изабелла встала рядом с ним на колени и погладила его волосы, мокрые от пота.
– Думаю, на первый раз хватит.
– Я ни разу не смог сбить вас с ног. – Джордан перевернулся на спину. – Понимаете, как это унизительно для закаленного в боях воина быть побежденным женщиной?
– Для меня было бы столь же унизительно, если бы вы меня победили.
Джордан фыркнул:
– Справедливо. Теперь мне понятно, почему именно вас выбрали для поездки в Линкольн.
Изабелла взглянула вверх, на первые звезды, что вспыхнули на сумеречном небе.
– Когда аббатиса попросила меня отправиться та розыски, она была довольно откровенна.
– Так просьба исходила из уст моей тетки, а не королевы? – Джордан сел, продолжая смотреть ей в лицо.
– Король держит королеву под строжайшим надзором. Ей приходится передавать приказания с помощью посредников.
– Значит, вы никогда не видели королеву?
– Нет.
– Тогда вас ждет настоящий праздник.
– А вы ее видели? Джордан кивнул:
– Я был совсем ребенком, но помню, как волновались из-за каждого пустяка мои отец с мамой, когда королева решила провести ночь в Ла Тур. Я видел ее издалека. Прекраснейшая из женщин, что я встречал на своем веку. – Он подмигнул. – За исключением вас.
– Джордан, поберегите любезности для леди Одетты. Королева – самая восхитительная и поразительная женщина на свете. – Изабелла вдруг схватилась за живот, который угрожающе заворчал. – Кажется, нам давно следовало бы поужинать.
Она протянула руку, чтобы помочь Джордану встать. Он поморщился.
– Больно?
– Кажется, вы слишком увлеклись, швыряя меня оземь.
– Думаете, вам сегодня не заснуть?
Джордан протянул ей руку, вставая и болезненно морщась.
– Чувствую себя так, словно все ваши швы полопались.
– Дайте взглянуть.
Он перехватил ее руку, не дав ей прикоснуться к тунике.
– Нет, Изабелла, это будет неразумно.
Она было начала возражать – ведь она знала, как проверить рану, не тревожа ее больше, – но осеклась. Джордан имел в виду другую опасность. Ей не стоило до него дотрагиваться. Даже осторожного прикосновения пальцев будет достаточно, чтобы разгорелся пожар.
Изабелла пошарила в котомке и нашла кожаный мешочек, на котором синими нитками был вышит кружок.
– Добавьте маленькую щепотку порошка в бокал с вином. – Она протянула ему мешочек на ладони. – Смотрите же, не больше одной щепотки, сколько поместится между пальцами, иначе у вас могут быть странные видения. Боль уйдет, и вы сможете заснуть.
– Чтобы облегчить мою боль, есть способ получше. – Он взял ее лицо в ладони и притянул к себе. – Вы бы прописали мне малую толику самой себя.
– Это невозможно, вы же знаете, – шепнула Изабелла, отчаянно сопротивляясь порыву своего тела уступить, отдаться на милость победителя.
– Все, что вам нужно сделать, – это открыть рот и сказать «да».
– И что тогда?
Он коснулся губами ее губ.
– Вы знаете ответ, Изабелла.
Конечно, она знала. И тем не менее вырвалась из его рук, взвалила на плечо котомку и вышла в калитку. Каждая клеточка ее тела – за исключением разве что самой разумной части, ее рассудка – кричала, что нужно вернуться назад, к нему. Изабелла ускорила шаг. До двери гостиницы она добралась почти бегом. Взлетела вверх по лестнице, ворвалась в комнату, которую предстояло делить с леди Одеттой, и захлопнула за собой дверь.
