— Она с утра в окне уши грела, — хохотнул он. — Триаль, как всегда, о пионах замечтавшись, рассыпал по весне какой-то там редкий сорняк. Все лето доблестно охранял проросшую эту свою зелень, а теперь найти не может, чтобы семена собрать. Помнит, что доска какая-то в земле была. Ну, а наша ледя-сыщик решила — это он там ищет, куда тело этой рыжей трындычихи заныкал.
Вот, как говорится, сдал с потрохами! А еще брат! Надувшись, я послала в сторону Матеуса весьма недобрый взгляд.
— Что? — он развел руками, и с его колбаски капнул жирный соус прямо на штаны. — Вот зараза, а! Только с веревки их снял, — спохватился он.
Я же довольно растянула губы в улыбке. Мгновенная карма, ибо нечего сестер сдавать!
— Ясно, — Дункан покачал головой и свернул карту. — Триаль всегда был повернут на науке. Этот в поисках семян еще и весь сад перекопает палкой. Так что вполне верю, что он там на четвереньках по кустам ползал. А нам с вами нужно посетить одно весьма интересное место. Есть предположения?
Матеус, размазывающий пятно на штанине ладонью, замер и вскинул голову. На его лице в этот момент было столько муки.
— Только не погост при древнем храме! — выдохнул он. — Умоляю, только не кладбище. У меня там часы отработки были, может, я туда... В столовую, в погреба, да куда угодно лишь бы от вас подальше. Вы же притягиваете приключение на одно место с бешеной силой. Я так и помру с вами. Молодым и красивым!
— Не ной! — рявкнула я. — Аристократ должен уметь скрывать эмоции, выглядеть хладнокровным и собранным в любой ситуации.
Он зажмурился, и на мгновение мне показалось, что там в уголках глаз блеснула скупая мужская слеза.
— Не хочу я быть аристократом! Не хочу искать эту язву рыжую! Я хочу жрать и спать! И имею на это право!
— Нет, не имеешь, — легко отмахнулся от его душевных излияний Дункан. — Ты — виконт Матеус Корский-Лакруа, а значит, мой прямой подданный. И раз я сказал — на погост к умертвиям, значит, на погост к умертвиям. В конце-то концов, я должен на что-то изловить там местных призраков. А они, в отличие от тех, что обитают в академии, страх какие голодные. Так что ты там будешь за изысканный деликатес!
Матеуса перекосило. Дрожащей рукой он поднял свою колбаску в тесте и быстро доел ее. Обтер руки салфеткой, поднялся со стула...
— Бежать не рекомендую, молодой Лакруа, — лениво протянул Дункан. — Поймаю — хуже будет. Я же не просто темный, а сильнейший в королевстве некромант. Ну куда тебе против меня идти, мальчишка?
Матеус затравленно взглянул на огромную арочную дверь, ведущую из библиотеки. Как-то мне его в этот момент жалко стало. Не чужой ведь. Свой!
— Если для Матеуса там опасно, то никуда я его не отпущу, — упрямо выдвинув подбородок, взглянула на Дункана. — Мой брат — это не червь для рыболовной удочки.
— Для крючка, — буркнула эта жертва королевского произвола.
— Ладно крючка, — согласилась я. — И молодец! Аристократы должны разбираться в рыбалке. Это их общепринятое хобби.
— Так, — Дункан деловито стряхнул несуществующую пыль с сюртука — здесь я решаю, кто куда идет и кто кого ест!
Матеус издал обреченный вздох.
— А я всегда говорил: нет ничего прекраснее, чем родиться темным! — гаденько так хмыкнул Его Высочество и двинулся в сторону дверей...
... Через несколько минут мы обреченно поплелись по тропинке в сторону небольшого древнего храма, что располагался за северными вратами замка. Место-то было заброшенное и мало популярное у студентов. Редко профессора некромантии и проклятийники проводили там практические занятия, но местных умертвий не трогали.
Потому как родной неупокоенный все же лучше чужого и пришлого.Ходили слухи, что студенты-старшекурсники специально подкармливали местных умертвий, чтобы те им охотнее поддавались на зачетах по дисциплинам темного искусства.
Правда это или нет, никто из первокурсников точно не знал. Но отчего-то казалось, что именно сегодня мы это и выясним.
Повернув голову, взглянула на несчастного Матеуса. Вот уж кого угораздило родиться магом жизни. Видят боги, такого дара и врагу не пожелаешь. Брат шаркал ногами и смотрел в никуда. И даже выданный Дунканом пакет со свежими мясными пирожками настроение ему никак не поднимал.
Одно утешало — мы искали бедную Майку и если нам улыбнется удача, то этой ночью Матеус хотя бы выспится.
— Выше нос будущие лорды и леди-сыщики! — радостно подбадривал нас Его Высочество. — Мало кому на первом году обучения удается попасть на настоящее древнее кладбище, под завязку заселенное разного рода свежести и размеров нежити. Чтобы вы знали, каждый год сердобольные первокурсники факультета Черной магии стаскивают сюда свои первые творения и выпускают в надежде, что те выживут. Кто-то из них идет на корм местным обитателем, ну а кое-кто действительно вклинивается в пищевую цепочку и остается целым и невредимым.
Услышав такое, Матеус и вовсе побледнел и пошатнулся.
Глава 54
Пустырь! Трава по пояс. Колючки цеплялись за руки, царапая до крови. От пыльцы чесалось лицо. Глаза слезились. Нос потек!
Ужас! Несмотря на то что на улице было прохладно, я потела. Обливалась потом и чувствовала, как пыль налипает слоем на кожу. Но нет, все это можно было еще потерпеть. И вовсе не раскрасневшийся нос сейчас занимал все мои мысли.
Умертвия? Нет!
Просевшие могилы? Ха, глупость!
Нет! Нет! И еще раз — нет!
Вцепившись в руку Дункана, я медленно брела вперед, оплакивая свою чудесную синюю шерстяную юбку. Удобную, мягкую, такой приятной расцветки. Единственно приличную. Ту самую, в которой я щеголяла в аудиториях.
Растирая слезящиеся глаза, понимала, что ее больше нет!
Спотыкаясь о доски и камни, торчащие из земли, медленно вскипала аки чайник. Хотелось выть. Насекомые, пыльца, травинки, палочки и, демоны его знает, что еще налипшее на подол, бесило так, что я готова была убивать! Это не отчистить! С этим даже бытовики не справятся!
Моя чудесная юбка! Ну почему я не зашла в комнату и не переоделась? Я уничтожила ее собственными руками!
— Бель, ты сопишь, — тихонько произнес Его Высочество. — Хотелось бы узнать причину столь яростного недовольства.
— Молчи лучше! — Мои глаза натурально полыхнули огнем. — В чем я завтра на лекции пойду? У меня всего две юбки! Две! Хотя нет, уже одна! И та невыносимо неприлично бордовая! Здесь что совсем тропинок нет? Зачем мы залезли по самые уши в бурьян?
За спиной гаденько засмеялся Матеус. Я резко обернулась, и он умолк. Понятливый оказался.
— Мы ищем разумных умертвий, — попытался что-то мне объяснить профессор Рамирье, — а они держатся подальше от...
— Дункан! — оборвала его на полуслове. — Я, конечно, первокурсница, но не дура ведь!
— Манеры, сестренка, — снова прилетело мне в спину. — Аристократы так не выражаются. Как можно!
Я опять обернулась, полыхая праведным гневом. Рановато я этого виконта в умники записала.
— Я тебе сейчас расскажу о манерах, молодой Лакруа, — процедила сквозь зубы. — Тащить леди в заросли к мертвякам — это неприлично! Портить ее лучшие вещи — неприлично! Ты прав, я аристократка, а не пугало огородное!
На мой нос уселся здоровый комар. Фыркнув, я испепелила его взглядом. И пискнуть не успел, кровосос крылатый.
— И еще, — от моего тона повеяло льдом, — говорить леди, что прилично, а что нет — неприлично! Я ясно объясняю!
Матеус сглотнул и закивал.
— Бель, я куплю тебе с десяток этих юбок, сгоню сюда портних и... — я вскинула голову, зыркнув на Дункана.
Его Высочество приподнял бровь, кажется, пожалев, что снова открыл рот.
— Если тело Майи было бы здесь — его уже сожрали! — Я не могла совладать со своими эмоциями и, фыркнув, пошла вперед. — Я не понимаю, что мы здесь ищем! Цветы Триаля, что ли? Ой...
Споткнувшись в очередной раз обо что-то там в гуще травы, зашипела, чувствуя, что отбила большой палец.
