настойчивым. Иногда — слишком. Но достаточно сказать «нет», и я заторможу.
— Мои отказы ты игнорируешь.
— Разве? Я не слышал «нет». Ты чуть флиртовала, чуть отталкивала. Чего всего — кусалась, защищаясь. Но если ты действительно не заинтересована ни в чём со мной, то просто скажи. Обещаю, что оставлю тебя в покое.
— Ты напоминаешь мне моего мужа, — произношу то, что сама только замечаю. — Знаешь, у вас довольно похожий темперамент. Напористость. Упрямство. Всё такое.
— И тебя это пугает? Отталкивает?
— Всё вместе. Я тебя не понимаю, Саш. Совершенно. И это скорее пугает, чем привлекает. То, как упорно ты ухаживаешь за замужней женщиной.
Саша не выглядит ни оскорблённым моим намёком, ни задетым. Переводит на меня взгляд, смотрит серьёзно.
— У меня нет какого-то заскока на замужних, — улыбается уголком губ. — Ни в каком из возможных вариантов.
— А их много?
— Ну, я думаю. Кто-то использует это как гарант, что девушка не будет настаивать на чём-то серьёзном. Кто с проблемами с самооценкой, доказать что-то. Наверное, что-то ещё. У меня ни с чем из этого нет проблем. Знаешь поговорку?
— Какую?
— Или афоризм. Не уверен как это называется. Можно соблазнить мужчину, у которого есть любовница. Можно — женатого. Но нельзя соблазнить того, у кого есть любимая в сердце. Такое что-то. Это в две стороны работает. Меня привлекла девушка, а не её статус. И если ты была бы счастливой… Я бы никогда не стал навязываться. Я умею отступать.
Я поджимаю губы, не зная, что это на это сказать. Как правильно объяснить… У нас с Ромой всё кончено. И любить его после предательств просто невозможно.
Но…
— Ты не казалась счастливой, Юль, — продолжает Саша. — Сидела за тем столиком. Жутко красивая, но глаза потухшие. Наверное, мне просто захотелось, чтобы ты улыбнулась.
— Ты романтик, — усмехаюсь, не найдя другого ответа.
— Нет нужды бросаться на меня. Мне кажется, ты изначально как-то неправильно восприняла меня. Словно противника.
— Ты занял моё место на парковке!
— И мне действительно жаль. Ладно, не очень. Тем более, раз это стало поводом для знакомства с тобой. Но я не посягаю на твоё личное пространство. Не пытаюсь куда-то ворваться. Или как-то тебя обидеть. Я просто хочу узнать тебя лучше. Это плохо?
Нет. В других обстоятельствах — совершенно нет. Может, встреться Саша мне через несколько лет, то всё было бы по-другому.
Легче. Проще. Естественнее.
Сейчас всё лишь натягивает мои нервы, заставляя чувствовать себя неправильно. Не перед кем-то, а перед самой собой.
Не могу объяснить, чего вообще хочу.
— Я развожусь, — произношу, когда мужчина упирается руками в ограждение. — Я развожусь, и не думаю, что сейчас заинтересована в каких-либо отношениях. Твоё внимание, безусловно, мне приятно. Но это не того, чего я хочу в данный момент.
— Справедливо. Я тебя услышал.
— Спасибо, что пригласил. Но, наверное, мне лучше уехать.
— Не глупи. Тебе ведь тут нравится? Честно, я надеялся на другой исход вечера. Но если тебе хорошо и без меня — я всё равно рад. Развлекайся. Как я и говорил, Юль. Улыбка у тебя красивая.
Глава 29
Время летит незаметно. Пока я готовилась к разводу — тянулось мучительно медленно. Сейчас мчит со скоростью света.
За неделю я успеваю много. Встречаюсь с Ксюшей вечером вторника, когда дочь проводит время с отцом. Мы находим новые точки соприкосновения.
После отдаю Киру в секцию, про которую мне рассказывали девушки. Выпиваю с Олей кофе в обеденный перерыв. Оказывается, офис бухгалтерии не так далеко от меня.
И пока малышка занимается, выплёскивая энергию, я себе тоже нахожу увлечение. Занимаюсь в соседней группе зумбой.
Это такая танцевальная фитнес-программа. Весело, ритмично, совсем не сложно. Больше развлечение, чем серьёзные занятия. Хотя из зала я выползаю вся мокрая, и по фигуре вижу изменения.
Мышцы подтянулись за два занятия, злополучный животик медленно уходит. Это заряжает уверенностью.
Я заполняю свою жизнь яркими событиями и не понимаю — почему раньше этого не делала.
Может, перебарщиваю. Беру сразу всё.
Может, именно это помогает держаться дальше.
Я очень боюсь срыва. Когда накатит окончательным осознанием, когда эмоции прорвутся и затопят. Невозможно всю жизнь оставаться холодной.
Это как шоковое состояние. Или заморозка для спортсменов. Я продержалась несколько недель. Отодвинула чувства подальше, сосредоточилась на важно.
Так легко было двигаться вперёд! Надо развестись, надо подготовиться, надо где-то мужа проучить. Где-то сильной быть.
Сплошное надо.
А теперь я жду, когда анестезия закончится. Когда ударит в полную силу. И треснувшее сердце снова начнёт кровить.
— На обед не иду, — улыбаюсь, когда дверь в архив открывается.
Иногда я выскакиваю с коллегами. Но сегодня хочу закончить всё быстрее. Пораньше забрать Киру.
Провести классные выходные с малышкой.
— Мне уже сказали, — я вздрагиваю, слыша мужской голос.
Знакомый.
До боли родной.
Щурюсь, рассматривая мужа в тусклом освещении. Рома выглядит… Не очень. Заметно уставший. Волосы в беспорядке.
Рома подходит ближе. Я пытаюсь убрать тяжёлые папки с колен, подняться с пола. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, мужчина сам опускается на пол.
Садится напротив, облокотившись на стену. Теперь мы на одном уровне, смотрим друг другу в глаза.
Что он тут забыл? Пришёл дальше терзать чувства?
— Привет, — произносит тихо. — Как ты?
— Ром, ты…
— Я ненадолго. Хотя надеюсь на разговор. Я хочу, чтобы ты кое-что посмотрела в начале. Проверишь для меня парочку документов?
Рома протягивает мне чёрную папку. На губах — кривая грустная усмешка. Принимаю с опаской.
Открываю, медленно прогибаюсь по бегам. Белые листы исписаны ручкой. Разобрать почерк мужа очень сложно.
Он у него ужасный.
Записочки, которые в университете подбрасывал муж, были бы милыми. Если бы я хоть что-то поняла.
Вот и сейчас — с трудом. В основном благодаря тому, что узнаю документ. Который я сама отдала Рома.
— На самом деле, я вообще не гребу, как это заполнять, — Рома смеётся, но хрипло, совсем не весело. — Я пока не консультировался с юристом.
— Ну, Никита бы тебе подсказал, — язвлю, сжимая пальцами пластик. — Ты… Ты серьёзно? Ты согласен на развод?
— Да. Наверное. Не знаю. Просто понял, что так дальше продолжаться не может. Я словно воюю с тобой. А я этого не хочу.
— И ты не передумаешь завтра? Не придумаешь новые условия?
— Я надеюсь, что передумаешь ты. Но… Мечтать никто не запрещает, да?
Я вздыхаю. Рома продолжает давить, но это шаг навстречу. Попытка закончить всё нейтрально, без ненависти друг к другу.
Я не чувствую радости от этой победы. Полное опустошение. И жалость,
