Читаем без скачивания Дорога к вратам - Михаил Сенин

С платиной я угадала как нельзя лучше. Этот металл очень редок на Милаакке, даже более редок, чем на Земле и ценится высоко. В тоже время, по расценкам галактического союза он гораздо дешевле, так что я пробила немалую брешь в экономике заклятых друзей. Конечно, это не оплачивает жизни тех, кто покончил с собой возле чёрной дыры, но хоть что-то… И ещё мне было стыдно, что я велела бросить их тела там. Всё-таки они того не заслуживали.

Снова заседание Совета. Право же, это становится скучным. Хорошо хоть от пресс-конференции удалось отвертеться. Каюсь, довольно грубо, но я просто послала журналистов подальше. Ещё не хватало, чтобы они делали деньги на гибели моих, да и реклама ни к чему, я не кинозвезда какая-нибудь. А проблемы серьёзные. Решается вопрос о передаче меня суду. Если признают, что я совершила что-то противозаконное, суд будет выбирать способ наказания. Чистая формальность в данном случае, суд не станет опровергать мнение совета. Посмотрим, как мне удастся выкрутится.

Как в тот раз, стою посредине зала, в окружении представителей разных миров. Два пустых кресла смотрятся как дырки между зубами. Милакканца и ещё одно. Спросила представителя Та’Корн по безмолвной речи. Оказалось, представитель от Рыырс. Сказался больным. Странно, эти существа всегда вели себя лояльно по отношению к Союзу. Впрочем, к Милаакку тоже. Взяла на заметку, хотя, право же, меня это не касается.

Тра-ля-ля, зачитывается список обвинений. Это Суэнк постарался, сидит лыбится. Лыбься-лыбься, посмотрим ещё кто кого. Несанкционированное использование главного калибра, самовольный захват власти, доведение подчинённых до самоубийства, дипломатический конфликт с независимым миром. Дурь, из пальца высосанная. Главный калибр сходу отметается, без вариантов. Захват власти и прочее… несерьёзно. Я была обязана принять командование флотом, я его приняла. Что касается независимого мира… Посмотрим. Принято считать, что независимым считается мир, не входящий в состав Союза, и даже не имеющий о том представление. Конфликт с таким миром был бы для меня очень опасен. Но Милаакк добровольно вышел из состава Союза и даже сохранил какие-то экономические связи. То есть, насколько он независим — большой-пребольшой вопрос. При его обсуждении неизбежно начнётся путаница. Возможно, на это и рассчитывает Суэнк, пытаясь меня утопить. Ладно. Путаница и на меня сыграет, если получится. Юрист я или не юрист, чёрт возьми?

—  Адмирал, — Председатель совета, красивая седовласая Фаарзи строго смотрит в мою сторону. Настолько красивая, что сразу понятно — скоро войдёт в мужскую фазу. — Чем было вызвано использование главного калибра и почему не был отправлен запрос в штаб командования?

Всё понятно. Прелюдия. Ей самой известно, что я не могла сделать запрос. Но правила игры есть правила игры.

—  Из разговора с вольнонаёмным, Кириллом т’корабль, я узнала о возможности уничтожения чёрных дыр путём обстрела их антивеществом. Для того и организовала обстрел. Подать же сигнал через гиперпространство не имела возможности по причине гравитационного напряжения чёрной дыры.

Председатель величественно кивнула. Она и сама знает всё это.

—  Почему запрос не был отправлен позже?

—  Не было смысла. Обстрел объекта начался, происходил успешно, тратить энергию на просьбу разрешить то, что уже делается, я сочла нецелесообразным. (Легче получить прощение, чем разрешение. Это она тоже знает).

—  Очень хорошо, адмирал. Ставлю перед Советом вопрос о снятии с вас этого обвинения. Есть ли кто-нибудь не согласный?

Я бы удивилась, если бы хоть кто-то был против. В конце-концов, у меня был только один способ спасти флот, и я им воспользовалась. А победителей, как говорится не судят.

—  Я против!

Ничего удивительного, Суэнк. Какого чёрта? Интересно, чтобы он сделал на моём месте? Да покончил бы с собой, ясное дело. Честь сохранить, чёрт бы его побрал.

—  Вот как? — Председатель тоже удивилась. — У вас есть что заявить?

—  Потребовать. Я хочу, чтобы рассказ ад-ми-рала (это он произнёс с явной издёвкой, нарочито растягивая слова, надеясь меня тем оскорбить. Он и оскорбил бы, будь я мужчиной) был проверен на детекторе лжи.

—  Законное требование, — сказала красавица фаарзи. — Но к сожалению, использование данных средств невозможно здесь. Может быть, уважаемый Ру’Бэн т’та-корн согласится?

Ру’Бэн молча кивнул.

Я рассказала ему всё. А что оставалось делать? В любом случае, ничего незаконного я не совершала. А то, что стрельбу открыла больше для развлечения… ну что ж, буду выглядеть дурой, но это не смертельно.

—  Она рассказала правду! — произнёс Ру’Бэн, своим высоким голосом. Второй раз в жизни я слышу голос та’корн. Но зачем ему понадобилась меня прикрывать, да ещё в таком мелком вопросе? Председатель удивлённо взглянула на него. Она тоже владеет безмолвной речью, это я знала. Наверняка спрашивала его о чём-то. Затем посмотрела в мою сторону. Я молча пожала плечами, фаарзи знают этот жест.

—  Хорошо. Первое обвинение снято. Адмирал Ирина т’человек, Совет собирается рассмотреть обвинение вас в попытке захватить власть во вверенном вам флоте.

У меня сразу от сердца отлегло. Раз флот мне вверенный, значит, это обвинение она собирается снять.

—  В момент сердечного приступа, случившегося с адмиралом Киорком т’кирн, я оказалась ближайшим к нему офицером соответствующего ранга. Согласно закону, тут же приняла командование. Ничего незаконного в своих действиях не вижу.

—  Всё правильно. Тем не менее, речь идёт о нарушении вами полномочий. Использование главного калибра, нарушение плана операции, несанкционированный полёт к независимому миру. Что вы можете на это сказать?

—  Насколько я поняла, обвинение касательного главного калибра с меня снято. Поэтому не считаю себя обязанной отчитываться в этом вопросе. Что касается плана операции, то до меня он не был доведён, и я даже сомневаюсь, что он вообще существовал. Я не знаю, каким образом флот оказался запертым в опасной зоне, и что предшествовало этим событиям. Приказы адмирал Киорк т’кирн получал непосредственно от адмирала Суэнка т’кирн, здесь присутствующего. Думаю, он смог бы ответить на многие вопросы.

—  Совет подробно разберёт эти события, когда сочтёт возможным. Сейчас речь идёт о вас, адмирал. Поскольку вы не могли нарушить план, о котором не знали… Возможно, Совет снимет с вас и это обвинение. Но тут говорится о доведении ваших подчинённых до самоубийства.

—  Председатель, я прошу уточнить, в чём меня обвиняют? Если я незаконно захватила власть над флотом, то о каких подчинённых может идти речь? Если же у меня были подчинённые, то командование я приняла законно?

Фаарзи надолго задумалась. Такой вариант явно не приходил ей в голову. Я непроизвольно улыбнулась Суэнку. Он также обнажил клыки и вежливо кивнул. У кирнов этот жест носит несколько иной характер, чем у людей. Что он имел в виду? И на что рассчитывал?

—  Поскольку адмирал приняла командование на законном основании, считаю возможным снять с неё это обвинение, включая те, которые входят в этот пункт. Есть возражения?

—  Да. — Снова Суэнк. — Я хочу услышать слова адмирала по поводу доведения её подчинённых до самоубийства.

Я промолчала, чтобы соблюсти официальность и субординацию. Но не дай тебе бог, Суэнк, встретиться со мной на узкой дорожке! Лучше с Каэльдом, я смогу его удержать. Чтобы убить тебя лично. Или раскрасить твоё милое личико в красивые фиолетовые цвета.

—  Адмирал, что вы на это скажите? — спросила председатель.

—  Я не общалась ни с кем из тех, кто покончил с собой. Я не посылала им писем. Только служебные распоряжения, не более того.

—  То есть, вы не считаете себя ответственной за действия ваших подчинённых? — вкрадчиво спросил Суэнк. Давай, подлавливай кого-нибудь другого.

—  Как командующий флотом я несу ответственность за все действия моих людей, совершённых по моему приказанию во время несения службы. Если хоть кто-то из тех, кто покончил с собой, находился в момент совершения этого деяния при исполнении обязанностей или исполнял мой приказ, я готова понести наказание.

Этот момент я специально проверила. Тут всё было чисто.

—  Справедливое замечание. Обвинение в незаконном захвате власти снято. Вопрос о самоубийствах будет отложен на время проверки статуса погибших на момент гибели. Прошу направить запрос в штаб флота. — Председатель опять выдала разумное и законное решение. Осталось главное.

Внезапно в помещении раздался резкий звук. Это представитель Гхума сообщил о том, что он собирается вставить слово. Он включил свой коммуникатор и в воздухе появились ярко-красные буквы: «Протестую. Обвинение состоит в том, что адмирал принуждала людей к самоубийству. Она это опровергла. Этого достаточно».