буркнул Алан.
Я мысленно застонала. Ну вот зачем на провокацию поддался? Несдержанный пепельник!
— Слишком? — в отличие от меня Дилан, напротив, улыбнулся еще шире. — В отличие от тебя, привыкшего думать только о себе, я забочусь о тех, кто действительно дорог. И в этом никаких «слишком» быть не может. По крайней мере я бы точно не допустил, чтобы моя невеста, едва успев отойти от магического истощения, подвергала себя риску схватить новое.
— Знаешь, что делать, а что нет — я сама привыкла решать. И не позволяю собой командовать, — понимая, что если не вмешаюсь, Алан точно не сдержится, холодно сообщила я. — В этом и есть твоя основная проблема, Дилан. Груб и заносчив сверх меры.
— Ну тут уж извини, крошка. Я — воин, не привык делать реверансы и лить в уши романтическую чепуху как мой младший братишка. Свое отношение показываю не словом, а делом. Зато со мной тебя хотя бы не похитили, уж защитить я могу, в отличие от него, — Дилан пренебрежительно посмотрел на багрового от злости Алана. — Чтобы невесту будущего главы сильнейшего Домена разрушения спасал какой-то тленник! Позор!
Из груди Алана вырвался глухой рык. Он начал было подниматься, но я вскочила раньше, скользнув между ними и, в упор глядя на Дилана, тихо зашипела:
— Ты что творишь? Опять обостряешь?
— Ни в коем случае, крошка. Просто показываю, что в твою игру мы можем играть вдвоем. Я, знаешь ли, очень быстро учусь, — так же тихо ответил он, а затем торжественно провозгласил: — Кстати, мне тут сказали, что твой жених опять не удостоил тебя вниманием после выписки из медблока. Позволь хотя бы мне это исправить.
Неуловимо воздушное заклинание, и вокруг меня вспыхнули, распускаясь, потрясающие огненные розы.
— Извини, что магические, настоящих тут за такой короткий срок не найти, — мурлыкнул Дилан. — Но надеюсь, хотя бы они поднимут тебе настроение. И заодно заставят задуматься, что важнее — статус и равнодушие или защита и внимание.
И, оставив ошарашенную меня, довольно насвистывая отправился к стойке раздачи.
— Обалдеть. Это что сейчас такое было? — Иланна удивленно глядела ему вслед.
— Это меня сейчас сделали. Полностью и абсолютно, — признала поражение я, с легкой растерянностью наблюдая, как медленно тает сверкающее цветочное великолепие.
Алан ругнулся.
— Я ему не магический, а настоящий веник в жопу засуну!
— Даже не думай! Репутация! — цыкнули ребята одновременно.
Пепельник скрипнул зубами, но замолчал. Только вилку отшвырнул.
Мне, если честно, после общения с Диланом тоже есть расхотелось. Столовыми приборами я, правда, бросаться не стала, просто отложила и до окончания завтрака маленькими глотками цедила као.
— Знаешь, а этот Дилан все-таки неплохо соображает, — тихо поделилась на выходе из столовой Иланна. — Это ж надо додуматься, как выводить всех из себя, просто изображая беспокойство. И ведь не придерешься! Наоборот, со стороны посмотреть — похвалить за заботливость надо.
— Угу. Ты только при Алане его не хвали, а то окончательно распсихуется, — буркнула я. — Хорошо, что сейчас медитация. Хоть там отдохнет.
Вот только зря я на это понадеялась. В отличие от старика Дангара, к накопительной медитации военный магистр Нибор относился куда строже. О том, чтобы на его занятии хоть кто-то посмел задремать, не могло быть и речи. В первые же минуты Нибор рявкнул на наших ребят, требуя, чтобы те соблюдали концентрацию, и все два часа занятия не ослаблял внимания.
Впрочем, увидев, что потоки восполнения энергии у местных кадетов значительно мощнее наших, я не могла не признать, что метод магистра куда эффективнее. И в итоге цель отвлечь Алана от утренней стычки все равно была достигнута. Хмурый пепельник, за которым магистр Нибор следил особенно тщательно, теперь был занят исключительно собственной больной головой.
Следующим занятием в расписании значились «Основы маскировки» — очередной предмет, которого у нас в академии не было. Причем, в графе рядом указывался номер аудитории, а это значило, что, прежде чем мучить практикой, нам все-таки дадут хотя бы какую-то теорию.
Правда, когда мы пришли в нужную аудиторию, оказалось, что теорию будут читать исключительно тем, кто перевелся из академии Гастана Саррийского. Как сообщил хмурый магистр Трент, тоже больше похожий на вояку, чем на преподавателя, все остальные «нормальные курсанты» уже первое задание получили и теперь занимаются исключительно практикой.
— В вашем предыдущем учебном заведении традиционно не уделяют должного внимания заклинаниям маскировки. У нас же эту дисциплину осваивают с первого месяца. Это, — магистр щелкнул пальцами, и на огромной доске вспыхнула громадная схема из переплетенных звезд, — одно из эффективнейших заклинаний. Скрывает вас от посторонних глаз, ушей, носов и даже стирает эфирный след вашего пребывания. И я не понял почему вы до сих пор не начали его копировать.
Намек был понят и принят к исполнению, и мы тотчас углубились в кейлоры.
— Заклинание, как можно увидеть, легко бьется на отдельные составляющие. Внутренний малый круг — это внешнее отражение, которое скрывает вас как предмет на фоне всего остального пространства, второй круг…
Магистр Трент рассказывал, а мы старались успеть отсканировать и пометить последовательность всех линий, попутно делая поясняющие пометки.
— Ближайшие несколько занятий мы будем учиться выстраивать первый внутренний круг, — заключил под конец он.
И к общему счастью, необходимую часть заклинания угадывать не пришлось — ее подсветило на доске зеленым.
— Расчет прилагаемых в узлах сил для каждого рассчитывается персонально, но сегодня тратить время на него не станем, это будет ваше домашнее задание. Сейчас же займемся практикой на усредненных значениях.
Появившиеся цифры быстро занесла в кейлор, а после изображение исчезло, не оставив шанса дополнить конспект хоть какой-то закорючкой.
— А теперь за мной на полигон к остальным для отработки практики ша-а-агом марш! — раздался очередной приказ.
Спешно подскочив, мы сорвались с места, построились в колонну по двое и, браво маршируя, последовали за магистром.
На тренировочном поле, присыпанном легким
