– Разве мы ожидали другого? УправлГя имиджем, управляешь высокими сферами. Жаль, мы не можем высечь портрет губернатора на склоне горы Бланшар.
Бентхофф с удовольствием сообщила:
– Что ж, возможно, мы сделаем и это. Взгляни-ка сюда. Хм-м. Плакат с изображением горы Бланшар, а при ближайшем рассмотрении здесь можно различить лицо губернатора, умело замаскированное в очертаниях расселин, ледников и трещин. Надпись под картинкой гласила: «Слэйтер – окружающая среда».
Дэвин простонал в комичном разочаровании:
– О-о-о... а я-то думал поразить вас оригинальной идеей! Вилма вытащила несколько пробных фотографий.
– А теперь, чтобы сделать акцент на семейных ценностях жизни...
Дэвин взял у Вилмы снимки. Семейные фотографии. Губернатор со своей седовласой женой Эшли и двумя младшими детьми, Хэйли и Хайяттом.
– Ну как, разве не типичная американская семья?! Слэйтер криво усмехнулся:
– Картонная семейка, если хотите знать мое мнение! Хэйли ни когда так не одевается... а посмотрите на Хайятта! Он так причесан! Его даже не узнать!
Вилма шутливо похлопала губернатора по руке.
– Ну-ну! Все вы выглядите премило! Это пойдет на «ура»,поверьте!
– Что ж, по крайней мере, мы в кои-то веки выглядим счастливыми... Слэйтер потряс головой. – Иногда это хуже зубной боли, но они делают это для меня.
– Имидж – это все, господин губернатор, – напомнил Дэвин.
– Имидж – это все, – согласился губернатор, откидываясь на спинку кресла и переключаясь на мысли о будущем успехе _ результаты опроса обнадеживают. Количество наших сторонников возросло на пятнадцать процентов с тех пор, как мы начали рекламную кампанию, – так что не говорите мне, что люди ничему не учатся, уставившись в телевизор!
Дэвин хихикнул.
– Не беспокойтесь, сэр, я этого не скажу. Губернатор посмотрел на Бентхофф.
– Итак, давайте ознакомимся с последней информацией, касающейся предвыборного митинга в Сперри.
Бентхофф вручила копии документов Слэйтеру и Дэвину.
– Они готовы принять вас, сэр, через две недели. Думаю, там будет полно народу и, конечно, представители прессы. После митинга состоится пресс-конференция, я получила подтверждение от местной телестудии в Сперри плюс от четырех крупных информационных агентств из нашего города. Я вылетаю туда завтра, чтобы провести предварительную работу среди бизнесменов. Местные организаторы митинга не получают от них достаточной поддержки.
Губернатор нахмурил лоб и кивнул.
– Да, надавай им по заднице, будь добра! Восточная часть штата – не другой мир, что бы они там ни говорили; я по-прежнему являюсь их губернатором, и им надо действовать совместно со всеми нами. – Губернатор пробежал глазами письмо из Сперри, с расписанием перелетов и графиком выступлений. – Ладно, по крайней мере, там не будет никаких сумасшедших пророков.
Хирам Слэйтер порылся в бумагах на столе.
– Так, сейчас начало шестого. Рабочий день можно считать законченным. Потом он остановился и на миг задумался. – Но странно, что мы до сих пор так ничего и не узнали о смерти пророка, несмотря на связь его сына со средствами массовой информации...
– И никто не узнал. Полагаю, большинство граждан нашего штата не знает об этом... и никогда не узнает.
– Вот и замечательно. Нам надо, чтобы люди думали обо мне и только обо мне, верно?
– Я прилагаю к этому все усилия, – сказала Бентхофф.
– Я рад, что мой маленький посланник Божий не получил больше внимания, чем получил.
Дэвин на миг отвел взгляд в сторону.
– И я тоже, сэр. Я тоже рад.
Карл пообедал с Мамой Барретт сразу после пятичасового выпуска новостей и вернулся в мастерскую Папы Барретта как раз вовремя, чтобы успеть к семичасовой программе. Теперь он набросился на холст, на этот портрет с возрастающим раздражением. Где, черт побери, прячется этот человек? Кто он такой?
Лицо на холсте оставалось безжизненным. Оно было красивым, внушительным, выразительным... но безжизненным – безжизненным, как экран выключенного телевизора, «А чего я, собственно, ожидал? – подумал Карл. – Я смотрю не на отца – я смотрю на бездушный аппарат. И отец тоже не смотрит на меня. Между нами стоит аппарат, всегда стоит. Даже когда мы сидим в одной комнате, за одним столом, он всегда стоит между нами. Отец разговаривает со мной так, словно говорит в камеру. Он считывает слова с телесуфлера в своей голове. Мой отец – телевизор. Да, автомат, который выражает любовь шаблонными словами из телесценария, а участие – или отсутствие оного – обтекаемыми фразами или извинениями».
У Карла был билет на рок-концерт в тот вечер, и он уже решил пойти на него. Решил уйти из мастерской и бездумно потрястись под музыку. Может быть, завтра, когда он сядет перед холстом, все будет выглядеть по-другому. Вероятно, что-нибудь вытанцуется.
Карл вымыл кисточки, выключил свет и вышел из мастерской.
Скорее повинуясь какому-то капризу, нежели осознанному желанию, Джон поехал на большую торговую улицу в северном конце города и бесцельно побрел мимо витрин, разглядывая одежду, подарки, часы, игрушки, фотоаппараты – лишь бы отвлечься от мыслей, о... да обо всем. О Папе. Об Энни Брювер. О работе. О новостях и достойных освещения событиях. Как это назвала Лесли Олбрайт? Акула или кит, или что-то вроде – некое огромное чудовище, проглотившее всех незаметно для них самих и теперь плывущее с ними в брюхе куда ему заблагорассудится.
«Ну что ж, – рассуждал Джон, – прежде чем меня унесет неизвестно куда, возможно, перемена декораций поможет мне увидеть прошлое в истинном свете. Когда размышляешь о таких вещах слишком долго, все начинает представляться в мрачных тонах».
Он прошел мимо магазина компьютеров. Да, компьютеры. Может, он найдет там интересную новинку, какую-нибудь новую программу или игрушку. Он зашел в магазин, прошел мимо витрин с последними моделями настольных компьютеров и ноутбуков, на мониторах которых крутились яркие рекламные ролики, словно призывая его: «Купи меня! Купи меня!» Джон любил эту технику. Ага, а вот новые компьютеры-ноутбуки.
– Здравствуйте, – сказал продавец, – Я могу чем-нибудь помочь вам?
– Конечно. Я хотел бы посмотреть вот эти ноутбуки. Что-то в этом продавце показалось Джону очень знакомым. Вот он спокойно стоит в рубашке и галстуке, а за его спиной мигают мониторы и на них с деловым видом ходят взад и вперед люди – и такое ощущение, словно он...
– С вами Тим Миллер из выставочного зала компании«Тайд Бразерс Компьютер». На этой неделе в торговую сеть«Тайд Бразерс» поступило последнее достижение техники, новый ноутбук «Мартин-Эндроу-486» весом всего 4,4 фунта. Кроме того, на этой неделе в продаже снова появилась система «Буккипер II», но пойдет ли она? Посмотрим, что скажут покупатели». – Раздалась электронная трель телефона. – Я вернусь к вам чуть позже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
