Варианты
Коммунальные сферы западных стран разнообразны. Англия, Голландия, Бельгия, Дания, Швеция, Норвегия и Испания суть монархии, а Франция, Германия, Италия и Австрия суть республики. США, Германия и Австрия суть федерации, а Франция и Италия – нет. В США и Франции – «сильный» президент, а в Германии и Австрии – «слабый». В монархиях глава государства не президент, а монарх. В Англии первым лицом в системе политической власти является премьер-министр, в Германии и в Австрии – канцлер, в США и Франции – президент. В США большую роль играет Верховный суд, а в Западной Европе об этом третьем ингредиенте государства почти не слышно совсем.
Легко видеть и различия в конституциях. В Англии вообще нет конституции в собственном смысле слова. Ее заменяют законодательные документы, принятые в разное время [132] , и традиционная «политическая культура». Конституция США вступила в действие в 1789 году, а в 1790 году ее ратифицировали все 13 штатов. Конституция Бельгии была принята в 1831 году и изменена в 1988-м, Дании – в 1949-м и изменена в 1983-м, Франции – в 1958-м и изменена в 1976-м, Италии – в 1947-м и изменена в 1967-м и т. д. Одни конституции, как видим, менялись со временем, другие – нет.
В Италии премьер-министры менялись чаще, чем в Англии. Но это не означает, будто итальянская политическая система была менее стабильной, чем в Англии. В национальных выборах в Италии участвовало 90 % избирателей, а в США обычно менее 50 % участвовало в выборах президента. В 1992 году в выборах президента приняло участие 54 % избирателей, что было оценено как беспрецедентная политическая активность населения. Но это еще ничего не говорит о достоинствах и недостатках как итальянской, так и американской политической сферы. Судить о том, что тут есть норма и что отклонение от нормы, по отдельным показателям нельзя.
Тип коммунальности
Несмотря на упомянутые различия, в западных странах имеется нечто общее, что позволяет говорить об особом типе коммунальности, – о коммунальности западнизма. Этот тип характеризуется тем, какие именно функции коммунальная сфера выполняет в обществе, каковы взаимоотношения этих функций, как воспроизводится система коммунальности, какова ее структура и т. д. Например, не является существенным то, как называется тот или иной пост и занимающий его человек – король, президент, премьер-министр или канцлер. Важно то, что такой пост существует и имеет определенные функции, а занимающий его человек исполняет эти функции по правилам государственности.
Субъективный и объективный подход
В понимании сферы коммунальности преобладает субъективный подход. Это и понятно: в этой сфере сознательный и волевой характер поведения людей особенно отчетливо выражен и даже преувеличен. Субъективность подхода проявляется, в частности, в том, что источники дефектов государственности видят в личных качествах должностных лиц, возлагают надежды на то, что новые правители радикально улучшат положение, и выдвигают планы улучшения этой сферы, не считаясь с ее объективными законами. Лишь немногие авторы стремятся следовать объективному подходу и рассматривать коммунальность такой, какой она вынуждается быть в силу закономерностей ее структурирования и функционирования, а также такой, какой ей позволяют стать обстоятельства в качестве совокупности людей, имеющих свои эгоистические интересы [133] .
Само собой разумеется, теории, выдвигаемые с целью улучшения сферы коммунальности, и действия по их реализации оказывают влияние на положение в обществе. Но не стоит преувеличивать это влияние. Оно касается внешних форм, а не сущности коммунальности. И, как правило, оно лишь закрепляет то, что уже делается фактически.
Деятельность людей в сфере коммунальности есть особого рода профессиональная деятельность, имеющая в качестве основы специфические закономерности этой сферы. Когда западные политики и идеологи (особенно американские и немецкие) утверждают, будто в политике нужно руководствоваться правилами морали, они говорят просто чушь, рассчитанную на оболваненных обывателей. Правила поведения людей как профессионалов в сфере коммунальности не имеют ничего общего с правилами морали. И одно из этих правил как раз заключается в том, чтобы придавать своему неморальному поведению видимость моральности.
В активную деятельность в сфере коммунальности вовлекаются и дилетанты, а время от времени – широкие слои населения. Дилетанты обычно играют роли второстепенные или марионеточные, а массы манипулируются профессионалами.
Коммунальные клеточки
Коммунальная сфера, как и деловая, в основной ее части имеет клеточную структуру. Коммунальные клеточки создаются решениями властей, то есть сверху. Их функции строго определены. Они не обладают автономией и суверенитетом. Они существуют за счет тех средств, которые им выделяются государством. Они не производят ничего для продажи. Это учреждения власти всех уровней, полиция, армия и другие учреждения, выполняющие общественные (коммунальные) функции. Я называю их коммунальными клеточками.
Коммунальные клеточки не являются частной собственностью. Но они и не собственность государства и общин. Ими кто-то распоряжается, но это есть отношение иного рода, чем собственность. В них все сотрудники суть наемные. Сейчас, как правило, они нанимаются на постоянную работу. Какая-то часть нанимается на ограниченный срок по контракту.
В деловых клеточках сотрудники обычно нанимаются по контракту на определенный срок. Найм на постоянную работу является исключением. Однако, как утверждают некоторые специалисты, практически не так-то просто уволить уже работающих людей (в обычных условиях, конечно, а не в условиях сокращения производства и массовых увольнений). Согласно П. Дракеру в США зачастую практически невозможно уволить работающего человека, поскольку суды, как правило, принимают решение в пользу нанимаемых, а не нанимателей. Не берусь судить о том, насколько это верно. Но о тенденции закреплять рабочее место за работающим человеком мне приходилось читать в сочинениях и других специалистов.
П. Дракер утверждает даже, что можно говорить о собственности на рабочее место. Слово «собственность» здесь, конечно, неуместно, поскольку человек, занимающий рабочее место, не может по своему произволу передать его другому или продать. Тут имеет место явление иного рода. Оно, кстати сказать, характерно для общества коммунистического, в котором все граждане принимаются на работу в принципе бессрочно. Такое право на рабочее место имеет обратную сторону – прикрепление людей к каким-то первичным коллективам, то есть к местам работы.
В коммунальных клеточках есть возможности увольнять людей в случае надобности, несмотря на то, что они нанимаются бессрочно. Так что разница в отношениях нанимателей и нанимаемых в деловых и коммунальных клеточках не абсолютна. Сейчас трудно предсказать, как будут эволюционировать эти отношения. Не исключено, что в коммунальных клеточках все более серьезную роль будет играть система контрактов на определенный срок. Но не исключено также и то, что в деловых клеточках система найма будет эволюционировать в сторону постоянной должности, как это было до последнего времени в Японии. Во всяком случае, люди стремятся к этому. Если они добьются того, что это станет нормой для всех, то западное общество сделает самый решительный шаг в сторону осмеянного реального коммунизма. Природе западнизма соответствует такая система отношения нанимателей и нанимаемых, в которой первые зависят от вторых в минимальной степени, а вторые от первых – в максимальной.
Демократия
Прежде чем приступить к рассмотрению конкретных элементов коммунальности западнизма, я должен отделаться от идеологического наваждения, навязываемого со словом «демократия».
Согласно К. Попперу [134] , демократия есть открытое и плюралистическое общество, в котором можно выражать несовместимые взгляды и бороться за достижение конфликтующих целей. Здесь каждый свободен исследовать проблемную ситуацию и предлагать свое решение. Каждый свободен критиковать предложения других. Политика правительства меняется под влиянием критики. Возможно смещать людей у власти в течение разумного времени и без насилия заменять их другими. Возможно альтернативное правительство, причем путем свободных выборов. Имеется возможность повышать жизненный уровень населения, минимизировать страдания и недостатки, максимализировать счастье.
Вместе с таким явно апологетическим и чрезмерно широким пониманием демократии как целого общественного устройства у Поппера можно найти и понимание ее как средства помешать кому-либо приобрести слишком большую власть – как ограничения власти. Замечу кстати, что благодаря демократии к власти в Германии пришел Гитлер, а слово «слишком» явно не есть критерий оценки типа власти.
