обивку на них менять, то под ней нашлись драгоценности, которые были надеты на Татьяне в день ее свадьбы с вашим братом. Вы тоже присутствовали на торжестве, должны были помнить украшения. Эти брильянты ваш брат подарил своей жене?
– Они самые… – едва дыша, пробормотала Марина. – И что же? Получается, ты их нашла?
– Получается, что нашла. Видимо, ваш брат испытывал угрызения совести после вашего с ним последнего разговора. Наверное, он также чувствовал, что добром для него эта история с братвой, которую он повадился обманывать, не кончится, что скоро его порешат, и тайком от жены спрятал брильянты в один из пуфиков. А в завещании распорядился пуфики отдать вам. Знал, что Татьяна из-за копеечных пуфиков против его воли в глазах общественности и родни не пойдет. Знай она, что там брильянты спрятаны, дело другое. Но ей это и в голову не пришло.
– И я сама отказалась от них!
– И все эти годы брильянты пролежали там, куда их спрятал ваш брат, в ожидании того момента, когда они вернутся к своей законной хозяйке.
– Дай! Отдай их мне!
– Всему свое время.
– Немедленно!
– С собой их у меня нет. А если бы и были, зачем они вам? В тюрьме в брильянтах особо не пощеголяешь.
– Кто сказал, что я в тюрьму собираюсь?
– Рано или поздно вас все равно вычислят и поймают.
– Даже не думай, что я туда пойду. Я поеду отдыхать, я отправлюсь путешествовать! Теперь я буду счастлива! – Марина сияла: – Спасибо тебе, деточка! Благодаря тебе, я теперь знаю, что брат все-таки любил меня. Как только увидела тебя, сразу почувствовала, мне будет от тебя радость!
Марину совершенно не смущало, что ровно полчаса назад она говорила в точности наоборот. Все-таки они с Татьяной были здорово похожи, ни та ни другая не желали говорить одну правду, обязательно надо было им приврать. Вряд ли Анатолий Петрович был бы счастлив, сделай он выбор в другую сторону и женись он на Марине. Судя по тому, как легко Марина убила этого мужчину, никаких особо теплых чувств у нее к нему не водилось. Просто хотелось стабильности и сытой замужней жизни.
Но сейчас Марина ликовала:
– Не ошиблась я в тебе! Спасибо! Мамины драгоценности мне нашла! За такую находку мне не грех и деньгами с тобой поделиться.
– Поделитесь.
– Сколько же ты хочешь?
– Да уж торговаться не стану. Что дадите, за то и спасибо.
– Ах, какая же ты милая! – пуще прежнего обрадовалась Марина, когда выяснилось, что и возврат ей брильянтов пройдет без особых расходов с ее стороны.
Что касается Фимы, то она была в растерянности. Она не представляла, что ей делать дальше. Вроде бы с Мариной они уже обо всем поговорили, во всех злодеяниях Марина призналась, но, парадоксальным образом, она не только не питала зла к Фиме, но даже собиралась поделиться с ней своим злодейским наваром.
– Пожалуй, я совсем ничего у вас не возьму. Это грязные деньги, и лучше бы им оставаться там, где они и лежали.
Это нисколько не огорчило Марину.
– Ну, а брильянты? Брильянты-то ты мне отдашь?
– Отдам.
– Когда? Они у тебя дома? Давай, поехали к тебе прямо сейчас!
– Прямо сейчас? Но уже поздно. Ночь на дворе.
– И чего? – надулась Марина. – Или ты надумала меня обмануть? Решила брильянты моей мамочки себе присвоить? Так вот, не бывать этому! Таньке я еще могла позволить, а тебе – мелкой шалашовке никогда!
От мнимой любезности Марины не осталось и следа. И теперь Фима видела перед собой ее истинное обличие. И у Фимы не оставалось сомнений в том, что случится с ней после того, как вожделенные брильянты перекочуют из ее рук в цепкие лапки Марины. Как только Марина получит свои брильянты, она любым путем попытается избавиться от ненужной ей свидетельницы.
Время шло, а Арсения все не было. Нужно было что-то делать. Нужно было отвлечь внимание Марины и потянуть время.
И Фима произнесла:
– Вы мне не все рассказали.
– Чего тебе еще надо?
– У вас должен был быть сообщник. Сами вы не могли убить Татьяну. Ни ростом, ни комплекцией вы на роль ее убийцы не годитесь.
– У меня был помощник, – рассеянно отозвалась Марина. – Я этого и не скрываю.
– И кто он?
– А все-таки где мои брильянты? Ты надежно их спрятала? Не получится так, что, едва обретя надежду получить их назад, я снова ее потеряю? Потому что, если это случится… я тебе не завидую! Умирать ты будешь долго и мучительно!
– Как Татьяна, которую вы пытали перед смертью? Или как ее муж Анатолий, который загибался у вас на глазах трое суток, а вы обе спокойно наблюдали за его агонией?
– Дались тебе эти двое! – с досадой воскликнула Марина. – Я же тебе уже все объяснила, почему я должна была их убить! Эти двое всю жизнь мне своим присутствием отравили! Ненавижу их! Не было бы мне покоя, покуда они были бы живы! А теперь я прямо чувствую, что могу вновь дышать полной грудью! Воздух такой сладкий! Дыхание Таньки с Толькой прекратило отравлять все вокруг своим смрадом! Жизнь прекрасна! Враги мои сдохли! А я свободна!
Фиму так и подмывало сказать, что это ненадолго, но она благоразумно воздержалась.
– А что все-таки с вашим сообщником? Кто он?
– Вот тоже дался он тебе!
– Такая уж я любопытная.
– Я его тоже уже грибочками угостила, хочешь взглянуть на него?
И, не спрашивая согласия Фимы, потащила ее за собой.
Далеко идти не пришлось. В соседней комнате, свернувшись калачиком, жалобно стонал бородатый грязный мужик, чья внешность показалась Фиме знакомой.
Ба! А ведь это же тот сосед, который дал Фиме видеокассету с порнушкой с участием не только Татьяны, но и Марины.
Да уж, весело проводили девушки свою молодость. И вот чем это все закончилось.
Фима попыталась вспомнить, как же звали соседа.
– Стас!
Мужчина простонал.
– Ему же плохо.
– Кончается, – равнодушно произнесла Марина. – Недолго ему уже осталось. Если врачи не приедут, а они не приедут, потому что кто же их вызовет, то часа через два-три скопытится.
– Бледная поганка?
– Она самая.
– Как же вам удалось столько времени продержать его у себя? Бледная поганка не сразу насмерть травит.
– А я его все эти дни водкой поила. Он и не уходил от меня никуда. А теперь уж и не уйдет. Не сможет.
Фиме было искренне жаль этого человека, но что она могла поделать? Арсений все еще никак себя не появлял. И друзья его, на помощь которых
