в тебе есть ее жизненная сила, поэтому я сразу нашла ее в зеркале судьбы.
Денис молчал, он не верил, что такое вообще возможно, но тогда ему не нужно верить в то, что он видел своими глазами. Старуха продолжила:
— Если бы в этот момент вернулась моя госпожа, то и ты, и Валькирия были бы ее добычей. Теперь ты понимаешь, что для тебя сделала Дочь Света. Она отдала тебе часть себя, своей жизни, а теперь ты понимаешь, почему она использовала черную магию, лишила тебя воспоминаний о ней!
Денис, понизив голос, робко спросил:
— Но это нечестно! Она лишила меня того, что принадлежало мне — моих воспоминаний! Это жестоко!
— Ты не вправе обвинять ее! Ты узнал ее тайну, которую Валькирия оберегает все свою жизнь. Только избранные могут знать о Дочери Света, — тихо произнесла она.
— Скажи, я могу все вспомнить? — торопливо спросил Денис.
Старуха посмотрела куда-то вдаль, прикрыв глаза от солнца своей сморщенной ладонью и отрешенно произнесла:
— Не знаю! Валькирия непредсказуемая и импульсивная, но откровенная и самоотверженная. Я не знаю, какое забвение наложено на тебя, полное или частичное. Знаю только одно, если ты ее не найдешь, ты не сможешь быть счастлив с другими женщинами. Такая любовь безвозвратно не уходит, чтобы не потерять себя не обращайся больше к магии. Найди ее! И тогда ты обретешь и счастье, и покой!
Старуха посмотрела на Дениса и, сощурив глаза, язвительным голосом сказала:
— Это все! Больше я ничем тебе помочь не смогу. Общаясь с женщинами, слушай свое сердце, оно тебя не обманет, оно сможет распознать настоящие чувства. А теперь уходи, мне еще нужно осколки старого «зеркала судьбы» похоронить. Оно мне долго служило!
Старуха тяжело вздохнула и, не прощаясь с мужчиной, поплелась в дом. Денис потоптался на крыльце, хотел еще что-то спросить, но понял, что сегодня уже больше ответов он не получит, сел в машину и уехал. Дома он еще раз достал красный капроновый шарф и поднес его к губам, теперь образ женщины из зеркала не давал ему покоя, вдруг он вспомнил, что у него в кармане лежит ее блокнот. Денис быстро достал его и прочитал, написанные мелким аккуратным почерком строчки:
— Я хочу стать для тебя путеводной звездой, чтобы светить тебе, когда будет темно, и ты не будешь знать, куда идти. Ты вспомнишь мое имя и «золотая звезда» всегда придет к тебе на помощь.
Я хочу стать для тебя прозрачной водой, когда ты устанешь от засухи, то припадешь к моим губам, и я утолю твою жажду.
Я хочу стать для тебя воздухом, когда жизненные неприятности одолеют тебя, и ты будешь задыхаться от предательства, от невыносимой подлости, от чрезмерной тупости, от грязи и обмана, вспомни аромат моих духов, и я наполню твою жизнь свежим воздухом.
Денис оторвал глаза от строчек и посмотрел на шарф.
— Да, мне знаком этот аромат. Но как же я ее найду? В мире столько женщин! Где же эта одна! Единственная!
*****
Стелла открыла глаза, в лобовое стекло ее «камри» стучал высокий, немолодой мужчина. Он нервно размахивал руками и что-то у нее спрашивал. Она приоткрыла стекло бокового окна и, едва шевеля губами, спросила:
— Что?
Мужчина обрадованно закричал:
— Живая! Слава Богу!
Стелла разблокировала автомобиль и, шатаясь, вышла на морозный воздух, в голове стоял неопределенный шум, во всем теле чувствовалась легкая слабость, руки и ноги начали замерзать. Солнце ярко светило, снег искрился всеми цветами радуги. Было морозно и безветренно. Снежинки скрипели под ногами, а мерзлая трасса серой лентой петляла между заснеженных полей и небольших березовых колков.
— Я увидел тебя в работающей машине, ты безжизненно лежала в кресле, с закрытыми глазами и синими губами. Я подумал, что у тебя случился сердечный приступ. Ты жива! Это же здорово!
Мужчина широко улыбнулся и продолжил свой монолог:
— У меня есть горячий чай. Хочешь, я принесу тебе?
Стелла ничего ему не ответила, она напрягла свою память, стараясь вспомнить, что с ней произошло. Вспомнила и мурашки пробежали по ее спине, а слезы потекли из глаз. Подошел мужчина с термосом в руке и предложил ей чаю, женщина быстро открыла дверцу своего авто и предложила ему сесть на пассажирское сидение. Горячий чай согрел ее, а словоохотливый мужчина отвлек от мрачных мыслей.
— Я возвращаюсь домой из Новосибирска, был в клинике, проверял зрение. Своей семье не сказал, что у меня один глаз совсем ослеп, иначе жена не отпустила бы меня одного. Дорога дальняя, страна для меня чужая, я же с семьей живу в Казахстане вот уже пятьдесят лет. Воспитал двоих сыновей, оба красавцы и институты окончили. Младший живет с нами с женой и воспитывает дочь, а вот старшему сыну с женщинами не везет. Дважды был женат, трое сыновей от разных жен, а сейчас болтается без жены и без семьи. Наслаждается своей свободой. И ничего не хочет слышать о новой семье!
Сердце у Стеллы нервно екнуло в груди, а кончики пальцев похолодели. Мужчина посмотрел на ее бледное лицо и робко спросил:
— С тобой точно все хорошо? Ты какая-то бледная! За рулем давно?
Стелла, смущенно опустила ресницы, и, улыбаясь, сказала:
— Я уже одиннадцать лет за рулем, а до моего дома осталось всего сто шестьдесят восемь километров. Я убегаю от любви, поэтому и бледная.
— Аааа, тебя обидел мужчина? — сдерживая гнев, спросил он.
— Нет, не обидел, скорее всего, мы встретились с ним тогда, когда он не готов был расстаться со своей свободой. Вот поэтому я и убегаю от него, чтобы не обременять его своими чувствами. Хочу дать ему время, чтобы он разобрался и в себе, и в своих чувствах ко мне! Вот так!
Мужчина похлопал ее по коленке и ласково сказал:
— Ты молодая и красивая женщина и у тебя все будет замечательно. Будь я моложе, я бы увлекся тобой.
Стелла быстро заморгала ресницами и хотела ему возразить, но он дружелюбно посмотрел на нее и ласковым голосом сказал:
— Я поеду, мне еще далеко до дома. Вот возьми мою визитку, будешь в Казахстане, позвони. Я познакомлю тебя с моей женой и сыновьями. Имени твоего не спрашиваю, потому что хочу называть тебя «жетекши жулдыз» — это «золотая звезда» по- нашему. Ты действительно, как звезда! Яркая и необыкновенная! Прощай и не грусти, Жулдыз!
Он открыл дверцу и вышел из автомобиля. Стелла помахала ему на прощание рукой.
— А с именем ты угадал! — подумала она, — Какой приятный и открытый мужчина, а
