Из высказываний Ванги можно заключить, что она была близка к таким теософам, как Елена Блаватская и Николай Рерих. К. Стоянова так рассказала о приезде к Ванге писателя Леонида Леонова в январе 1988 года: "У Ванги было тогда вдохновение, и она говорила о судьбоносных для его страны событиях. Осуществила связь с давно умершей ясновидящей русского происхождения — Еленой Блаватской. Мы действительно услышали удивительные вещи.
Мы являемся свидетелями судьбоносных событий. Два крупнейших руководителя мира пожали друг другу руки. Но пройдет еще много времени, много воды утечет, пока придет Восьмой — он подпишет окончательный мир на планете".
В то же время нет никаких данных, что Ванга когда-либо читала труды Рериха и Блаватской. Но, конечно, об их содержании ей могла подробно рассказать та же Людмила Живкова, с ними безусловно знакомая.
А сестра Ванги Любка вспоминала о Людмиле Живковой: "Людмила стала поклонницей одного духовного учения, которое проповедовало развитие человека через культуру. Намного позже я прочитала, что это учение называется "Агни-Йогой". Людмила звала Вангу в Софию, когда к ней приходили высокопоставленные гости, тоже исповедующие это учение".
К. Стоянова приводит еще одно пророчество Ванги, из которого следует, что свой дар ясновидящая (или ее мудрые помощники) сравнивала с наукой: "Придет время чудес, наука сделает крупные открытия в области нематериального. В 1990 году мы станем свидетелями изумительных археологических открытий, коренным образом изменяющих наши представления о древних мирах. Все спрятанное золото выйдет на поверхность земли, но вода скроется".
И еще Ванга предупреждала: "Скоро придет в мир древнейшее учение. Меня спрашивают: "Скоро ли придет это время?" Нет, не скоро. Еще Сирия не пала!" Позднее это истолковали как предсказание нынешней гражданской войны в Сирии между режимом президента Башара Асада и его противниками.
Как она "работала"? Об этом сама Ванга говорила так: "Когда передо мной стоит человек, вокруг него собираются все умершие близкие. Они сами задают мне вопросы и охотно отвечают на мои. То, что я услышу от них, я и передаю живым…"
Голоса из запредельного мира слышали и люди, которые бывали у нее: тоненький или глухой шепоток. Говорят, некоторым матерям становилось плохо, когда они узнавали голоса своих умерших сыновей.
Что ж, тут нет ничего удивительного. Уверовавшим в ее дар людям начинало казаться, что в присутствии Ванги они слышат голоса своих давно умерших родных и близких, принимая за них малейший шорох.
"Называя себя православной верующей, Ванга на самом деле таковой вовсе не была, — не без оснований считают представители Русской православной церкви. — Она признавала реинкарнацию, а значит, являлась язычницей". Разумеется, ортодоксальной православной Ванга не была. Ес верования не соответствовали канонам ни одной из христианских конфессий. Скорее ее учение, если вообще можно говорить о сколько-нибудь цельном и разработанном учении, представляло собой синтез различных ветвей христианства с восточными религиями, в том числе буддизмом и индуизмом, а также с учениями Блаватской и Рериха.
Тем не менее, несмотря на свою явную неканоничность, а может быть, именно благодаря ей, Ванга была исключительно религиозной — отмечала все церковные праздники, соблюдала посты. Напротив своего дома в Рупите, на собственные сбережения и пожертвования людей Ванга в 1994 году построила православный храм Святой Параскевы (Петки), названный так в честь ее матери. Своды белоснежного храма расписал известный болгарский художник Светлин Русев. Но отношения ее с церковью оставались натянутыми, ибо церковь не признавала самозваных пророков. Поэтому представители Болгарской православной церкви отказались освящать храм Святой Петки, мотивируя это неканоничностью как архитектуры здания, так и настенных изображений. Местные жители просто называют церковь "храмом", не уточняя его церковной принадлежности. По словам настоятеля храма Св. Архангела Михаила в Варне, Ванга "действительно построила на свои средства храм, который расписан одним из известных болгарских художников. Но он явно впервые пробовал себя в церковной живописи, отчего получилось нечто ужасное, в прямом смысле этого слова".
Часовня Святой Праскевы
Иной точки зрения придерживается давняя последовательница Ванги Надежда Димова. Она утверждала: "Вангу очень ранило то, что люди не верят в Бога, живут не по совести, вершат небогоугодиые, неправедные дела. Она с болью в душе восприняла раскол болгарской церкви. Поэтому мечтой всей ее жизни была постройка храма, который сплотил бы верующих; а вынашивала она эту мечту более двадцати лет. Ванга говорила, что строить храм будет не она, не правительство, не фонд ее имени, а сам народ. Вспомним, что приходящие к пен за советом обращали внимание на копилку, стоящую на столе. Туда она бросала деньги "на храм", так что строительство осуществлялось на ее собственные средства. "Я строю не церковь, а путь к Богу", — любила она повторять.
Наконец 17 октября 1991 года началась постройка храма. Красимира Стоянова рассказывает, с каким энтузиазмом тетя приступила к осуществлению заветной мечты: сама выбрала место, участвовала в закладке фундамента. Но фонд Ванги решил перенести строительство на другое место. Когда строительство было завершено, церковные власти отказались освящать храм, и при известии об этом из незрячих глаз провидицы градом хлынули слезы. Местные жители начали грозить, что разломают сооружение, и тогда церковники пошли на уступки: в 1994 году они освятили алтарь, где покоятся мощи святого Харлампия. Освящение проводил канонический Неврокопский митрополит Нафанаил.
Интересен вопрос: а почему они отказывались освящать храм? Дело в том, что построен он был не по христианским канонам. Действительно, архитектура сооружения нетрадиционна: зодчие решили, что настали новые времена, где средневековым храмам уже не место. Правители фонда утверждали, что строится "общечеловеческая европейская церковь". Внешний вид сооружения вызывал недоумение: белое здание, белая плоская крыша… В этом Красимира усматривает насмешку над тетей, полагая, что совсем не таким она представляла свое детище. Чтобы хоть как-то придать церкви канонически-православный облик, местные жители принесли множество икон, которые и сейчас украшают и освящают внутренние помещения. Назван храм именем святой Петки Болгарской — это имя по-русски звучит как Параскева. Именно так, как мы знаем, звали мать Ванги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
