головой и спустить курок прямо в красный огонек, гуляющий под капюшоном ниндзя-робота.
А потом пришла боль. И не просто боль, а боль такая, словно меня жарили изнутри! Будто бы всаженный в меня клинок раскалился до тысячи градусов, и сжигал в золу и пепел все внутренности!
Я действовал по наитию — подтянул к себе Коррапт, практически вытянув его над головой, кое-как навел на торчащий из груди меч и выстрелил. Он моментально перестал существовать, и вместе с ним перестала существовать обжигающая боль.
Конечно, он бы так и так пропал вместе с телом своего хозяина, но я просто не мог ждать столько времени. Хоть и говорят, что болевого шока не существует, и умереть от него нельзя, но проверять это на своей шкуре вот прямо вообще не хочется.
Зажимая рукой грудь, которая уже не болела, а скорее саднила, будто я кожу содрал, держа Коррапт в другой руке, я поднялся и осмотрелся в поисках последнего оставшегося киборга. Его нигде не было видно, но я отлично помню, как хорошо он умеет прятаться, поэтому не клюну на эту уловку.
Черт, я все-таки переоценил себя. Не надо было сюда заявляться, это оказалось плохой идеей. Да, я раздобыл себе пушку-ваншотку, которая справляется с любым противником, но даже она не лишена главного недостатка любого огнестрельного оружия — в любой момент времени ты можешь стрелять только в одного противника.
А остальные противники в это время стреляют в тебя.
Или мечом машут, но тоже — в тебя.
С Корраптом в руках я превратился в архетип «стеклянной пушки» — персонажа, который наносит гигантский урон за короткое время, но при этом практически лишен защиты и складывается от одного дуновения инопланетного ветра. Конечно, не настолько все плохо, и за себя постоять я все еще могу…
Но лезть на укрепленную базу противников — все еще плохая идея. Они тупо возьмут числом, мясом, если понадобится. Они-то бессмертны.
Я — нет.
На границе зрения мелькнул размытый красный силуэт, и я едва заметно (а под маской вообще незаметно) ухмыльнулся — киборг все же показал себя. Сначала он опасливо скользнул в стороне, потом подошел поближе, а, когда он появился в третий раз, очевидно занося руку для удара — я выстрелил.
Я специально ждал этого момента. Я не мог отвлечься на использование бустера, потому что тогда киборг атаковал бы моментально. Все, что я мог — это зажимать рану одной рукой и кое-как удерживать Коррапт другой, надеясь на то, что инопланетным киборгам тоже свойственна нетерпеливость. У меня был только один выстрел, один шанс попасть по нему — если я вкачу ствол прямо в его стальную башку. Или хотя бы в грудь.
И я это сделал. Киборг, подсвеченный «взором» наткнулся на ствол, налетел на него, как разогнавшийся грузовик — на столб, и в этот момент я выстрелил.
Верхняя половина киборга разлетелась на фрагменты, а нижняя все еще продолжала двигаться, и упала лишь пробежав еще добрых пять метров.
Следя за ней краем глаза, я уже открывал инвентарь, чтобы достать бустер регенерации и вкатить его себе, пока не истек кровью напрочь. Ее, может, не было снаружи, но это не значит, что ее нет вообще — она вполне может течь внутрь… А даже если меч действительно пережег все кровеносные сосуды, это не повод ходить с дырой в груди. Я бы даже сказал — «тем более не повод».
Короткая вспышка боли, по сравнению с которой ранение мечом показалось поглаживанием мягким перышком — и я снова в порядке. Я, но не мое снаряжение.
У меня остался один или два заряда в модулях защиты, и я окажусь уязвим. Не говоря уже о том, что сейчас мне противостояли известные противники, а что будет, когда они подтянут снайперов например? Один раз я уже убедился в том, что тяжелым пулям моя защита ничего не может противопоставить, и повторять не хочется.
А против мечников и рукопашников у меня вообще защиты никакой нет. Да и против псиоников, считай, тоже… Что будет, когда они окажутся тут?
А они окажутся! Я уже сейчас слышу, как где-то за изгибом телевышки вопят на десяток голосов основанцы, и, судя по громкости их воплей — они приближаются сюда!
Не знаю уж, почему они решили атаковать меня такими волнами — скорее всего, просто так получилось, что группы разных размеров были на разном расстоянии от меня, и они решили не перегруппировываться, а нападать как есть… В любом случае, мне это на руку. Если бы они напала все разом — боюсь, я бы не вывез вообще. Я и сейчас не то чтобы вывез, в какой-то степени мне просто повезло. Если бы меч робота угодил мне в сердце, например, то все — аля-улю, как говорится. Фаст стал слоу.
Но и сказать, что я ничего не добился, тоже нельзя. Теперь я по крайней мере знаю, что имея в руках имба-пушку, я не становлюсь имбой сам по себе. Система готовит подготовленных, сильных и защищенных бойцов, но ни одна из этих характеристик не упирается в идеал. Если бы это было так, Основа обошлась бы одним ультрамегазордом вместо того, чтобы делать армию. И это тот фундаментальный принцип, пошатнуть который не в силах даже компиляция всех ошибок и багов системы.
А чтобы победить армию, мне самому понадобится армия.
Поэтому я бросил последний взгляд на телевышку, затянутую голубым вьюном, накинул на голову капюшон клобука и побежал прочь с территории узла связи.
Глава 20
Основанцы изо всех сил пытались не дать мне уйти. Даже несмотря на то, что я принял решение пока что остановить свою самоубийственную атаку, они все равно пытались меня преследовать.
Конечно же, у них ни хрена не вышло. Как только я вышел из зоны магического освещения, которое раскрывало мою невидимость для противников, они моментально потеряли меня из виду. Они пытались найти меня при помощи своей волшебной пыли, с которой я уже сталкивался, и, скорее всего, кто-то из них, владеющий Тактикой, тоже прикладывал все усилия к тому, чтобы найти меня…
Но я к тому моменту уже находился на крыше ближайшего здания, на которую попал сначала «Скачком» прыгнув на балкон, а потом с него дотянувшись до пожарной лестницы. Вверх основанцы не смотрели, поэтому и меня не видели, а вот мне сверху было отлично видно, как пара десятков пришельцев всех форма и расцветок шныряет по
