Только Костлявая руки протянет,
К падшим душам, что жаждут уйти.
Бремя страстей их навеки покинет.
Дорога к Забвенью их ждет впереди.
Фиолетовое древо раскололось пополам на глазах у двух дриад, которые усеивали землю новыми растениями. Лесные девы, закричав, побежали в сторону Джомсона, где спустя десять минут царил хаос – жители сновали туда-сюда, наводя панику. Все так были взволнованы падением древа, что не заметили, что в поселении не было одного жителя.
Глава 28
Мулцибер
Вымести злость, накопившуюся в душе,
И скинь оковы, терзающие нутро.
Турнир уже вовсю шел – джинны, оборотни, даже сирен, решили проверить свои силы и поучаствовать в магических боях. Поляну обложили серебряными железными цепями, чтобы запах крови, исходивший от соперников, не привлекал нечисть из леса, которая могла прийти полакомиться плотью проигравшего. Народ стоял вокруг ограждения и радостно выкрикивал, когда одному из бойцов удавалось одержать победу.
Я встал рядом с маленькой девочкой, гарпией, ее крылья подрагивали при движении бойцов. Она прижимала к телу маленькие руки, но даже сквозь сжатые кулаки я видел, как остры когти, которыми она могла вспороть брюхо каждому, кто посмеет нарушить дозволенные границы.
– Кто выигрывает?
– Кентавр, правитель, – звонко отозвалась гарпия, не отрывая взгляда от боя.
Понтересовался я больше из уважения – на арене сражались джинн и кентавр. Последний яростно хлестал копытами по земле, вырывая из нее комья грязи. Джинн, стоявший напротив соперника, был весь в кровавых подтеках, лицо превратилось в месиво из синяков, но на губах играла улыбка, не предвещавшая ничего хорошего. Массивное, обросшее шерстью тело кентавра было покрыто какими-то рунами, которые виднелись сквозь выбритые участки кожи. Джинн с ярко-красной кожей и вторившим оттенком хвоста выпрямился, развел руки в стороны, образуя подобие шара, и стремглав направил его в сторону противника. Кентавр, выругавшись, не успел отбежать в сторону и впечатался левым боком в железное ограждение. Отшатнувшись, он кинул беглый взгляд на тело, на котором красовался ожог – металл был заколдован, и если боец прикоснулся к нему, значит, проиграл.
Джинн издал победоносный крик, который моментально подхватила толпа. Кентавр подбежал, встав на задние ноги, лягнул копытом победителя в грудь, отчего тот рухнул на землю, силясь сделать хоть вздох. Побежденный замахнулся для очередного удара, но я взмахнул рукой и заковал его в кандалы, заставляя замереть на месте. Магические силки обвили копыта кентавра, который издал оглушительный крик, но, кинув беглый взгляд в мою сторону, замолчал. Его глаза были полны испуга, когда я, подняв одну из цепей, зашел на арену и встал напротив него.
– Ты проиграл. И поступил подло, напав исподтишка.
– Правитель…
Кентавр сглотнул и мотнул головой, будто заранее не соглашался с вынесенным вердиктом. Я распахнул крылья и размял голову, упиваясь страхом существа, который множил собственные силы. Правой рукой освободил кентавра от кандалов, позволяя двигаться, левой – расширил арену, отодвигая железное ограждение на окраину леса, освобождая место. Жители недовольно пробормотали что-то, напоминающее «вот, мы теперь ничего не увидим, зачем так делать», но я был непреклонен.
– Может, сразишься со мной? На кулаках.
Джинн, который за спиной пришел в себя, пытался отговорить от безумной задумки, но я при помощи магии перенес его за поле и оставил на попечение местным лекарям, которые, словно наседки, начали кружить около потерпевшего.
– Правитель, это такая честь, но… я вынужден отказать.
Кентавр растерянно поглядывал по сторонам, пытаясь найти поддержку. Но почти каждый житель отворачивал лицо, сморщившись, помня подлый поступок существа. Кентавр топнул копытом, нервно заржал и начал отходить спиной к железным прутьям, чтобы покинуть арену. Его раненый бок давал о себе знать – существо морщилось при каждом шаге и судорожно выдыхало, когда наступало на левую сторону.
– Ну же, куда ты так позорно бежишь… – сладострастно произнес я, не нападая, выжидая, когда это сделает противник. Кентавр все пятился назад, пока не получил очередной ожог, раздраженно фыркнув, пытаясь скрыть боль.
– Оставь его в покое. Я сражусь с тобой.
Я замер, надеясь, что мне это все послышалось. Обернувшись, увидел Касандру, которая стояла в паре метров от железных цепей, выпрямив спину и скрестив руки на груди. Темные кожаные штаны облегали бедра, незаправленная белая рубашка колыхалась от ветра. Босые ноги тонули в зеленом настиле. Я медленно изучал взглядом фею – от кончиков пальцев до белокурых волос, забранных в высокий хвост. Когда мы встретились взглядом, она неоднозначно повела плечами, будто пыталась скинуть наваждение от моей магии, которая щупальцами устремилась на девушку, желая повторить то, что было на совете. Касандра подумала то же самое – уголки ее губ дрогнули, несмотря на холодную маску, которая плотно запечаталась на красивом лице.
– Я не дерусь с девушками, – хрипло произнес я и сложил крылья за спиной, ставя точку в разговоре.
– Сейчас я боец, который хочет проверить свои силы. Это противоречит законам континента?
Жители радостно заулюлюкали, предчувствуя бой. Поляна утопала в криках и возгласах, которые выказывали желание поскорее начать сражение. Я смотрел на Касандру, пытаясь достучаться до ее разума, чтобы отказалась от этой затеи, но в ответ она сделала шаг навстречу железному ограждению. Длинные золотисто-бирюзовые крылья распахнулись за спиной, разрывая рубашку на лопатках. На фее не было ожерелья из рубинов, которые множили силы, отчего я непроизвольно улыбнулся – значит, усилитель больше не нужен. Либо же Касандра всю ночь спала с ним, чтобы выстоять этот бой.
– Касандра, стой. Это приказ правителя, – холодно произнес я, наблюдая за тем, как фея, взмахнув крыльями, приподнялась над землей и перелетела ограждение, приземлившись в нескольких метрах от меня. Кентавр издал нервное ржание. Касандра обернулась через плечо и коротко кинула:
– Уйди.
От ее тона по коже пробежалась волна мурашек, разжигая огонь внутри.
Хрусталь снаружи, сталь внутри.
Магия безвольно устремилась к Касандре, но я сжал кулаки, призывая ее остановиться. Она зашипела, заискрилась, обжигала своим недовольством, но подчинилась.
– Касандра.
Фея приложила палец к губам, призывая к молчанию. Я удивленно выгнул бровь и опустил руки вдоль тела, ожидая дальнейших действий Касандры.
– Как правитель континента ты должен сразиться с каждым, кто выскажет подобное желание, – фея медленно подходила ко мне, чуть склонив голову набок, – и ты не можешь отказать. Неподчинение правилам боя приравнивается к позорному проигрышу.
– Где ты вычитала такие умные слова?
– Сейчас это единственное, что тебя интересует, правитель?
Касандра встала около
