быть. Тем не менее этот ураган стал самым ранним за всю историю наблюдений, что свидетельствует о новых метеорологических изменениях в регионе.
Флоренс встряхнула наволочку, хлопнув ею как хлыстом.
– Не для этого я получала две докторские степени.
– Если бы МАК прислала нам крахмал, я бы накрахмалила нижнее белье Паркера. – Я вытащила вещи из странной стиральной машины с фронтальной загрузкой, которую изобрели специально для лунной колонии, хотя, если верить журналам, многие домохозяйки на Земле устанавливали очистительные устройства «Косм-о-матика» у себя дома. – Поверить не могу, что в ЦУП повелись на аргумент о «женской работе».
– Выработанная некомпетентность, – Флоренс фыркнула и схватила еще одну наволочку. – Мужчины в этом хороши.
– Должна признать, что и сама иногда этим пользуюсь, – я приложила руку к груди и захлопала глазами: – Ой, не могли бы вы помочь мне, такой малютке? Вы ведь такой большой и сильный.
Флоренс в ответ рассмеялась.
– Ну, если мужчины так лезут к нам со своей «защитой», нет ничего плохого в том, чтобы извлечь из этого выгоду. Я же не виновата, что они слишком глупые для этой жизни.
– Они не все настолько уж плохи, – я бросила в сушилку гору мокрого белья – после того как сперва очистила фильтр, на минуточку. – Рафаэль вполне справляется со стиркой.
– Не особенно впечатляющая выборка.
– Натаниэль делает неплохие коктейли. И моет посуду.
Флоренс только одарила меня несколько разочарованным взглядом, как будто поверх очков. Потом она покачала головой и выразительно вздохнула, складывая рубашку.
– Как он справляется с твоим отсутствием?
Теперь была моя очередь вздыхать. Я закрыла сушилку коленом и хлопнула по кнопке включения.
– Нормально. – Сушильная машина загрохотала и застучала, а внутри нее по своей собственной крошечной орбите вращалась постиранная одежда. Я подошла к Флоренс, чтобы помочь ей сложить чистое и сухое белье. – У меня племянник хочет с ним пожить и пройти стажировку в МАК. Натаниэль регулярно ходит играть в карты. И работает. Он все время работает, даже когда я дома.
– Сколько вы женаты?
– Тринадцать лет. – Я разложила на столе одну из футболок Терразаса. Мягкий хлопок податливо складывался у меня под руками. – А у тебя что? Есть кто-то?
– Не-а. Был один парень, который сделал мне предложение, но он хотел, чтобы я перестала работать. «Выбирай: я или работа». Что ж… выбор был несложный. С тех пор… – Флоренс склонила голову набок и легонько пожала плечами в своем фирменном жесте. Потом она положила сложенную рубашку на верх стопки: – Ты же знаешь, как это бывает. Интеллект пугает мужчин.
Это был мой самый сокровенный разговор с Флоренс за всю историю нашего знакомства. Не знаю, с чего вдруг она решила мне открыться – пусть даже и немного. Может, нас сблизило совместное унизительное дежурство в прачечной. Как бы то ни было, я не собиралась ее об этом расспрашивать.
– Ну, наши парни не выглядят особо запуганными.
– Я тебя умоляю, – она фыркнула и закатила глаза. – Ты думаешь, почему они нас заставляют заниматься стиркой? Вовсе не потому, что они сами некомпетентны или ленивы.
Затрещал судовой динамик, и в прачечной раздался голос Паркера.
– Грей. Говорит Паркер. Ты мне нужна в связном модуле.
– Надо же… Неужели я наконец буду заниматься своей работой, – она встала, подошла к динамику и нажала кнопку ответа: – Паркер. Говорит Грей. Принято. Сейчас буду.
Я махнула ей вслед рубашкой.
– Счастливо воспользоваться докторской степенью!
* * *
Я узнала, зачем Паркеру понадобилась Флоренс, только за ужином в тот вечер. Я прошла по круговому коридору к кухонному модулю, идя на запах блюда, на которое, судя по всему, ушел весь чеснок этого мира. Даже если бы я не видела списка дежурств, я бы поняла, что сегодня готовит Терразас.
Когда я вошла, он что-то помешивал на плите.
– …нужно что-то делать.
Флоренс сидела за столом. Она развела руками.
– Центр управления полетами не дает согласия.
– Ну, мы ведь не можем сделать ничего такого, чего они не могли бы сделать сами. – Камила резала свежие помидоры, стоя у рабочего стола. – К тому же шансы занести инфекцию сюда довольно высоки.
– Инфекцию? – Перед глазами у меня заплясал старый призрак космических микробов, как резиновый монстр из фильма. Мы оказались уже так далеко от Земли, кто знает, что может случиться. – В чем дело?
Камила переложила помидоры на тарелку.
– На «Пинте» обнаружили кишечную палочку. Руби считает, что все началось из-за восковой бациллы Bacillus cereus в рисе.
Флоренс взглянула на меня.
– Видишь? Я же говорила, что они слишком глупы.
– Подождите… какой рис? Нам на «Нинье» ничего не угрожает? И насколько там все больны? И еще… мне надо перестать сыпать вопросами и дать вам ответить.
Я сплела руки перед собой и попыталась набраться терпения.
– Давай я начну сначала. Паркер меня вызвал в связной модуль, потому что антенна «Пинты» сдвинулась, так что мне пришлось повозиться с приемником, прежде чем я поймала достаточно четкий сигнал. По словам Руби, когда у них разгорелся пожар, они оставили ужин, а потом уже пришли доедать. Она думает, что рис поразила бацилла… Кэм, как, говоришь, она называется?
– Bacillus cereus. Это очень распространенный возбудитель пищевых инфекций, он часто содержится в рисе. Заразились Стьюман и Сабадос, и, к сожалению, симптомы у них проявились в невесомости. Так что кто-то из них заразил кишечной палочкой всех остальных. Там у них сейчас гаденько.
Я вздрогнула. Понос в невесомости проникает во все подряд. Моча – это, конечно, неприятно, но диарея в миллион раз хуже, и это объективная оценка.
– А нам что делать?
Терразас указал на меня ложкой.
– Это я и спросил.
– Ничего, – Паркер приземлился у подножия лестницы. – Центр управления полетами и все врачи заключили, что нам ничего не надо делать. Руби, которая может объективно оценить ситуацию на месте, тоже сказала, что мы им там не нужны.
– Но… – Я даже не знаю, с чем была не согласна. Решение было разумное и вполне соответствовало логике наших действий на тренировках. По этой причине у нас и было два корабля: каждый служил запасным. Но мне было трудно побороть свое желание как-то помочь. Наверное, в этом и заключалась разница между страданиями незнакомцев и тех, кого ты непосредственно знаешь. – Мы же можем что-то сделать, не контактируя с ними.
Паркер поднял брови, но никакого ответа я от него не получила. Он прошел через кухню.
– Приятно пахнет, Терразас.
Терразас постучал ложкой по стенке кастрюли, стряхивая прилипшие кусочки неизвестной мне вкуснятины.
– Йорк права. Можно что-нибудь оставить в шлюзе. Или пойти к ним в скафандрах, чтобы помочь с уборкой. Или, может, поместить экипаж в «пчелку» и использовать его как…
– Вот, – Паркер ткнул в него пальцем, – именно поэтому мы ничего и не будем делать. Потому что ты всего за три предложения подошел слишком близко. Так вот, кишечная палочка очень заразна. Верно, Шамун?
– Да.
– В ЦУП сейчас куда больше мозгов, сосредоточенных на
