сражение объяснялось тем, что один из этих орков и огр так и не сбегали за своим оружием. Лень, высокомерие, желание показать, какие они крутые или абсолютная уверенность в своих силах - а может и всё это вместе, - удерживали последних от короткой двадцатипятиметровой пробежки (это если считать туда и обратно) за мечом и топором, которые позволили бы им существенно сократить время боя.
Габриэль стоял между сражающимися и толпой зевак.
«За пять секунд бы я этот бой закончил, - думал он, поглядывая на галдящих зрителей. – Стою здесь, как болван. Все, наверно, думают: чё этот безоружный придурок выбежал? Изматывает их, - наблюдал он за Вивером, отбивающимся от уже запыхавшихся орка с огром. – Не хочет ранить»
Семь секунд спустя к оркам и огру, теснящим белобрысых, подбежал мраморный голем. Он стал быстро хватать их за ноги и дёргать, роняя животом на плитки.
«Голем? – вскинул брови вампир. – Неужто… Ааа! Это другой, - увидел он лицо мраморного вышибалы»
- Голем! Голем выбежал! Хоть, когда убиваться стали, выбежал! – послышались радостные возгласы из толпы.
- Да это не тот, слепошары, – крикнул кто-то.
- Да, это Алвэра, - добавил другой голос.
«Алвэра? Главы города? – подумал землянин. - Лихо он с ними. А драться не будет?»
Поверженные орки попытались встать, но тут же были прижаты к бетону. Они повернули головы, увидели, кто их прижал и замерли. Огр не пытался встать, потому что успел увидеть, кто его опрокидывает.
- Попытаетесь встать - вырублю, - предупредил голем орков и бросился к трём стоящим на ногах дэйланам.
Слова благодарности, вылетающие из уст последних, встретились с бетонными плитками.
- Не шевелитесь, - сказал им хладнокровный «спецназовец» и побежал ко второй группе сражающихся.
Габриэль сделал два шага назад, чтобы его не причислили к дерущимся.
Орнаментный сам перевернулся на живот и притих. Он уже смазал и забинтовал руку, остановив кровотечение.
Вивер сделал длинное заднее сальто, заткнул кинжалы за пояс и поднял руки вверх.
- Падайте на живот, - сказал он бегущим на него орку с огром.
Те не слышали его и не видели приближающегося голема. Секунду спустя они влепились рожами в бетон и сразу же попытались встать. Мраморный крепыш придавил их руками, отвесил несколько тяжёлых оплеух, чтобы привести в чувства и повторил то, что сказал их друзьям.
- Сказал же: падайте, - улыбнулся моркут с поднятыми вверх руками.
Голем подошёл к нему и осмотрел с ног до головы.
- Меня, надеюсь, не собираешься укладывать? – спросил его Вивер.
- Не собираюсь. Но не подходи к ним, - ответил тот.
- Не подойду, - сделал пару шагов назад монах. – И даже отойду.
Вдалеке показался одинокий всадник. Он быстро приближался к кабаку. Его скакун, похожий на ящерицу, был немного меньше сивуха. Чешуйчатая кожа и перепончатые лапы говорили о том, что на этом варане-переростке можно было путешествовать не только по дорогам и лесам, но и по рекам с озёрами.
Сам всадник был полноват, с рыжими волосами до плеч и гладко выбритым лицом. Сорок лет ему можно было дать запросто, а вот сорок пять уже с натяжкой. Объёмная бордовая фуражка на голове, такого же цвета рубаха и чёрные штаны с туфлями составляли его облачение. Толстая золотая цепь с амулетом в виде кулака и глаза висела на его шее поверх рубахи.
- Доброй ночки, дамы и господа! – выкрикнул он, подъехав поближе и продолжил, остановившись недалеко от Вивера: – Представлюсь для тех, кто меня не знает: я барон Алвэр Ванделит – глава этого чудесного города. Что за войну здесь устроили? – посмотрел он на уткнутых в бетон. – Кому-то не терпится пополнить наши тюрьму и кладбище?
- Доброй ночи! – пошёл в его сторону моркут. - Ребята дрались врукопашную и немного не сдержались.
- Большая честь для нашего города принимать в своих стенах моркута, - прижал руку к груди Алвэр. - Но ваше «немного» я вынужден поставить под сомнение, - показал он на пострадавших.
На дорогу, проходящую мимо кабака, выехала группа всадников. Один из них - крупный бородатый мужчина с длинными чёрными волосами, собранными в косичку и одетый во всё чёрное, - был на гарзе, остальные на конях. Они спешно приближались к услужливо освещённому магами скоплению народа.
- Да, «немного» стало перерастать в «много», - кивнул монах и пошёл к стонущему орнаментному. – Этому и тем, - указал он на него, лайзина и лупоглазого, - срочно нужно в больницу.
Шатенка и несколько других девушек тоже побежали к раненым. Голем не препятствовал им.
- Где они были? – громко спросил глава города подъехавшего к нему бородача на гарзе.
- На площади, - ответил тот. – Сын у одного родился. Отмечали.
Двенадцать стражников, ехавшие за ним, остановились немного поодаль с виноватыми лицами.
- Вы что охренели? – заорал на них Алвэр. – Тут убиваются, а вы там прохлаждаетесь?
- Простите нас, милорд… - залепетал стражник с изображениями солнца на груди и плечах – по всей видимости старший по званию. – Мы сделали объезд…
- Не спеши, завтра будешь сочинять, - обрубил его рыжеволосый и снова сорвался на крик: – Всех высечь! И уволить… Разберёшься, кого уволить, - сказал он черноволосому на гарзе.
- Да, разберусь, - кивнул тот.
Последние слова ударили по самочувствию провинившихся охранников города больнее всего. Они били по их хорошему жалованью, привилегиям и почётному положению в обществе.
Барон задержал взгляд на Габриэле. Стоящий между толпой зевак и полем боя человек, озадачил его на пару секунд. И вполне вероятно, что за эти пару секунд, слова: «безоружный придурок» и «болван», которыми вампир наградил себя до этого, пришли и в его голову.
- Раненых в больницу, остальных в тюрьму, - показал он на лежащих и добавил: - Оружие конфисковать.
Стражники спешились и стали быстро исполнять его приказ. Возле орнаментного – Вивер перебинтовал его руку получше, - лупоглазого и лайзина расстелили большие мешковины, аккуратно положили их туда и понесли. На остальных накинули светящиеся цепи, пристегнули их к лошадям и потащили за собой. Лошади тех, кто нёс раненых, поплелись за своими хозяевами. Шатенка и другие
