Читаем без скачивания Рыцарь ночи - Лазарева Ярослава

— И что тогда? — усмехнулся Грег. — Неужели ты бы отказался от охоты?

— Я рассчитывал, что выслеживаю одну Ренату, — ответил Дино. — Не думал, что и ты появишься.

— Но зачем ты втянул в это Ладу? — с угрозой спросил Грег и сделал к нему шаг.

— Хотел, чтобы она увидела собственными глазами, с кем связалась, — ответил Дино. — Не думаю, что она поверила бы мне на слово, если бы я решил все ей рассказать.

И вдруг Дино резко выбросил нож. Грег уклонился и зарычал.

— Хватит болтать! — зло засмеялась Рената и стала описывать круги, в центре которых находился Дино.

Она все сокращала расстояние. Дино выхватил еще один нож. Я заметила, что Рената как бы уводит его дальше от меня. Грег включился в ее страшный танец и тоже начал обходить Дино по кругу, причем двигались они в противоположных направлениях. Дино затравленно следил за ними, резко разворачиваясь то к одному, то к другому.

— Уничтожим его? Чтобы и следа не осталось? — громко спросила Рената и расхохоталась. — Проявим жалость.

— Может, лучше сделаем из него вампира? — так же громко предложил Грег. — Будет знать, что это такое!

Я видела, что они оба находятся в крайне возбужденном состоянии, словно эта жестокая игра доставляла им несказанное удовольствие.

И вдруг я поймала взгляд Дино. Он, видимо, понимал, что уйти от двух вампиров практически невозможно. В его глазах читалось отчаяние, предчувствие смерти или кое-чего похуже и желание драться до конца. И от этого взгляда, проникшего мне в душу, мое сознание словно вернулось из параллельного мира. Я четко осознала, что все это не компьютерная игра, а реальная жизнь, что сейчас на моих глазах свершится нечто ужасное и я никогда не смогу ни забыть этого, ни простить. Причем ни себе, ни Грегу.

Я ужаснулась реальности, закричала и бросилась к ним. Вцепившись в Грега, я начала умолять его отпустить Дино. Он так растерялся, что из холодного жестокого существа превратился на миг в прежнего милого и чувствительного парня, которого я знала и любила. Но Дино этого мига вполне хватило, чтобы молнией метнуться к выходу и беспрепятственно выскочить из помещения. Рената бросилась за ним, но я оставила Грега и кинулась к ней с криком: «Не надо!» Ухватив ее за шелк пышного рукава, я вцепилась в него изо всех сил. Рената зло засмеялась и попыталась стряхнуть меня, как надоевшую муху, но я держалась мертвой хваткой.

— Оставь ее, — грустно проговорил Грег. — Пусть все будет как будет.

— Но ты же понимаешь, что дампир никогда не откажется от охоты, — сказала Рената и мягко отвела мои руки.

— Я никогда не прощу вам его смерти, — тихо сказала я. — Пообещайте, что не тронете его!

— Лада права, — после паузы ответил Грег. — Я читаю в ее сердце. И тут приходится выбирать: или мы сейчас отловим дампира и уничтожим его, или я потеряю ее любовь. Как ты думаешь, сестра, куда клонится чаша весов?

— Не думаю, чтобы это разрушило любовь, — заметила Рената.

И я увидела, что она уже не так ожесточена. Ее

глаза утратили яркий жуткий блеск, верхняя губа опустилась.

— Если это действительно любовь, — продолжила она и стала описывать медленные круги уже вокруг меня. — А кому, как не нам, вечным жителям, не знать, что именно любовь самое сильное чувство, не поддающееся никакому влиянию, а тем более уничтожению. Если бы не она, все собой связывающая и скрепляющая, то Вселенная давно бы распалась на частицы и превратилась в хаос. Любовь держит все! И какова цена любви этой девчонки, если ее чувство может исчезнуть от зрелища смерти нашего врага? Да она должна, наоборот, радоваться, что мы избавились от угрозы!

Рената, говоря все это, сужала круги, и я следила за ней настороженно, медленно поворачиваясь на месте.

— Ты забываешь, что Лада — земная девушка, — заметил Грег, вошел в круг и обнял меня.

Рената тут же остановилась.

— И она ничего не знает о нас, — после паузы сказал он. — К тому же ее любовь развивается так же, как и все в этом мире. Она растет, усиливается, крепнет. Не мне тебе это говорить. Ты сама все узнала, когда обрела иную форму жизни.

Я слушала этот казавшийся мне не совсем уместным диалог не вмешиваясь. Каким-то шестым чувством я понимала, что Грег и Рената говорят о вещах чрезвычайно важных для них, что этот спор — вечный. Но сознание пока с трудом усваивало правду. Я никогда не верила в существование вампиров. Однако все произошедшее не оставляло сомнений. На секунду мелькнула спасительная мысль, что это один из очередных гипнотических трансов, вызывающих изменение сознания, в которые меня так умело вводит Грег. Но тут же я окончательно поняла, что это реальность. Реальность. Это было как прозрение.

Я вновь испугалась и отодвинулась от Грега. Он замолчал и посмотрел на меня.

— Обещай, что ни ты, ни твоя сестра не будете искать Дино, — попросила я.

— Хорошо, — сказал он.

— Хорошо, — как эхо повторила Рената.

— Пойдем отсюда! — после паузы предложил Грег.

— Давно пора! — поддержала его Рената. — Нехорошее это место, я чувствую иные и не совсем дружелюбные к нам сущности.

Я окончательно испугалась и устремилась к выходу. Но Грег обогнал меня и пошел впереди. Рената замыкала шествие.

Когда мы выбрались на поверхность, уже стемнело. Грег тщательно закрыл люк, затем быстро направился к воротам. Мы молча миновали переулок и оказались на Большой Якиманке.

— Может, поедем к нам? — предложила Рената, внимательно на меня глядя. — У тебя наверняка много вопросов.

— У меня машина неподалеку припаркована, — добавил Грег, не сводя с меня глаз.

Я посмотрела на их бледные лица, улыбающиеся губы, тут же вспомнила увиденные сегодня острые клыки и внутренне содрогнулась.

— Не могу, — пробормотала я. — Мне лучше побыть одной.

Резко развернувшись, я почти бегом направилась в сторону ближайшей станции метро «Октябрьская».

— Я провожу тебя! — крикнул Грег. Но я даже не обернулась.

Часть III

ЛЮБОВЬ

Любовь как жажда. Нет ее смертельней!

Ведь никогда насытиться не можешь!

Припасть к тебе и пить до одуренья,

И целовать, скользя по нежной коже Раскрытым ртом…

Дома я вздохнула с облегчением, увидев, что матери нет. Она сегодня заступила в ночную смену. Не раздеваясь, первым делом я сгребла в охапку по-прежнему свежие белые лилии, тюльпаны и орхидеи и вынесла их на улицу. Я остановилась в раздумье, так как на помойку их выкидывать не хотелось. Тогда я просто положила их неподалеку от дома прямо в снег. Падающие снежинки укрывали цветы белым рваным саваном, и мне стало невыносимо тоскливо от этого печального зрелища. Я вытерла слезы, смешавшиеся с каплями от растаявшего на щеках снега, и отправилась домой. Но когда я разделась и вошла в ванную, выдержка оставила меня. Я без сил опустилась прямо на пол и бурно разрыдалась. Меня так трясло, что стучали зубы. В какой-то миг мелькнула мысль о самоубийстве, чего ни разу за всю мою жизнь не было. И это немного отрезвило меня. Я села и уткнула лицо в колени, тихо всхлипывая. Будущее виделось мне исключительно в мрачных красках. Я мало что знала о вампирах, так как никогда особо не интересовалась этим жанром литературы. Но какое-то представление, конечно, имела. И, прежде всего, была уверена, что это мертвецы. Именно это и пугало до безумия. Я вспоминала милое лицо Грега, его глаза, глядящие на меня с живым интересом, его нежные слова, заботу обо мне и не могла поверить, что он, по существу, труп. И в то же время я смутно помнила, что Грег в разговоре с Ренатой говорил что-то об иной форме жизни, которую она когда-то приобрела. Эти вопросы мучили меня, я жалела, что не поехала с Грегом и не выяснила все до конца. Но при одной мысли, что я общаюсь с вампирами, меня начинало трясти от ужаса. Стал понятен повышенный интерес Дино ко мне. И я сама себе сейчас казалась жалкой из-за необоснованной уверенности, что нравлюсь ему как девушка. Ведь на самом деле я была для него всего лишь приманкой. Я вспомнила, с каким выражением Дино говорил нам с отцом о кладбище вампиров, когда мы проезжали Челяковицы, и о том ужасе, который тогда охватил меня. Затем вспомнила, с каким интересом Грег изучал книгу «Дампир. Предатель крови», а потом рассказывал мне о том, что почти все дампиры рождаются альбиносами и именно из них получаются самые лучшие охотники на вампиров. В моей голове постепенно наступила ясность, и все разрозненные фрагменты прошлых событий сейчас складывались в понятную картину. И вдруг на ум пришли странные случаи в деревне, смерть животных, убийство Миши.