экшена – могу выстраивать фрагменты так, чтобы они подходили сцене».
Благодаря тому, что музыканты играли по схеме «вопрос-ответ» [137] – особенно когда дело доходило до импровизации, – композитор смог улучшить композиции невероятно талантливых инструменталистов так, чтобы они звучали органично и интересно. За счет этого между фазами исследования открытого мира и между двумя музыкальными отрывками теперь можно произвольно делать перерывы и наполнять их тишиной. Так короткие цепочки мелодий могут «отвечать» друг другу, искусно играя с системой внедрения музыки в события игровой вселенной. Как только запись завершилась, композитор начинает работать с различными «блоками», или, как говорят на английском, стемами. Они отличаются от «многодорожечных» проектов, характерных для классического подхода; в случае со стемами дорожки можно расположить параллельно, разделяя их по группам инструментов, у каждого из которых будет свое развитие и эмоциональное наполнение. Это открывает возможность воспроизводить их в разное время в рамках одной композиции и тем самым создавать более легкий и логичный «ответ» в ходе игрового опыта. Теоретически число комбинаций бесконечно. Некоторые произведения состояли из пятнадцати и более различных стемов, но Джексон в итоге сократил их до пяти-шести; для звукового дизайна видеоигр – особенно для интерактивного – даже такое количество уже свидетельствует о невероятно высокой сложности работы и серьезной глубине размышлений на тему рассказа истории через музыку.
В том же интервью Вуди Джексон охотно рассказывает, какие музыкальные и кинопроизведения повлияли на его работу. Ему даже хватило смелости частично воспроизвести и таким образом отдать должное работам японского композитора Масару Сато[138], ставшего легендой задолго до Эннио Морриконе и де-факто одного из самых любопытных вдохновителей спагетти-вестернов, что так логично раскрываются в Redemption. Однако в приквеле музыкальной концепции предстояло пройти тот же путь, каким движется история Артура и банды ван дер Линде, со всеми взлетами и падениями. А значит, тоже стать разнообразнее, драматичнее, освободиться от клише, отчасти превратиться в почти что анти-экшен, даже антивестерн, подобно ревизионистским идеям режиссера Сэма Пекинпы.
На первый взгляд, между музыкальным оформлением Redemption 2 и вестерном нет ничего общего. Очень насыщенные звуки, которые мы слышим, созданы не из стандартных мелодий из библиотеки, а руками талантливых, специально подобранных музыкантов. Иногда их извлекали из редких инструментов из коллекции Вуди Джексона – например, тех, что принадлежали Wrecking Crew [139], и старинных гитар со струнами из кишок животных. Композитор даже привлекал к проекту своих друзей – сессионных музыкантов, от Майкла Дэвида Уотта (шестой величайший бас-гитарист в истории по версии LA Weekly) до Джона Филипа Теодора (с 2013 года – барабанщик успешной группы Queens of the Stone Age), не говоря уже об аккордеонисте Марио Батковиче, трубаче Майкле Леонхарте, индонезийской группе Senyawa (они записали музыку острова Гуарма), и тем более легендарном гитаристе Дуэйне Эдди. Так что некоторые композиции никак не связаны с традиционным представлением о вестерне; они задумывались, чтобы музыка больше напоминала об Аппалачии – американском культурном регионе, который простирается вдоль горного хребта Аппалачи на востоке страны, – чем о Мексике. Чтобы уйти от клише, некоторые чрезмерно выразительные звуки свели к минимуму – электрогитара из «Долларовой трилогии» Леоне, конечно, слышна, но чаще всего она уступает место деликатным звукам акустических струн. Свист – простые наброски, гармонь практически исчезла. К работе над проектом привлекли в общей сложности сто десять исполнителей; насыщенное эмоциями сотрудничество длилось пять лет и привело к невероятному результату – более шестидесяти часов музыки! – пусть даже и некоторые из произведений так и не попали в итоговый проект.
Параллельно с Вуди Джексоном другое отделение вело работу над вокальной частью саундтреков Redemption 2. Здесь процессом руководил канадский продюсер Даниэль Лануа, прославившийся благодаря сотрудничеству с такими знаменитостями, как U2, Боб Дилан, Нил Янг и Питер Гэбриел. Одновременно автор и исполнитель, он взял на себя ответственность за процесс создания песен, призванных придать драматизма историям Артура и Джона и таким образом дополнить вклад композитора. Ритм повествованию придают песни с невероятно сильными текстами, причем согласно задачам проекта многие композиции звучат как песни 1950–1960‐х. Такова «Montain Hymn» в исполнении американской блюзовой и фолк-певицы Рианнон Гидденс, или необыкновенная «Cruel World» – ее Лануа написал специально для несравненного Вилли Нельсона, американского певца, активно выступающего приверженца поджанра аутло-кантри и участника «супергруппы» The Highwaymen, в состав которой также входили Джонни Кэш, Уэйлон Дженнингс и Крис Кристофферсон.
Главную тему игры – практически монашеское песнопение, каких мир видеоигр еще не видел – исполнил певец, музыкант и продюсер Ди Энджело. Это настоящий госпел-гимн, украшенный бэк-вокалом, с текстом, который Лануа писал вместе с Рокко Делукой (сотрудничавшим со Слэшем из Guns N’ Roses, Робби Робертсоном из The Band – группы, стоявшей у истоков американы, – а также с Джонни Кэшем и Джун Картер). Один только этот гимн отражает все мучения Артура Моргана, он переводит игру на духовный уровень, поразительный для проекта, уже на первый взгляд представляющего собой нечто большее, чем очередной вестерн. Участие Ди Энджело в создании композиции мир музыки воспринял на удивление хорошо. Молодой певец, разносторонний музыкант и продюсер взлетел в чартах в 2000 году, выпустив альбом Voodoo. Альбом, передающий мотивы афроамериканской музыкальной культуры, выиграл сразу две премии «Грэмми». Однако, как ни странно, высоко ценимым артистом его сделал не успех, а полное отстранение от музыкальной сцены из-за проблем с наркотиками и автомобильной аварии: он стал востребованным из-за того, что появлялся редко. Альбом Black Messiah, вышедший в 2014 году, сразу стал хитом, даже без пиара. С игрой музыкант познакомился, когда посетил нью-йоркский филиал Rockstar: тогда он играл в нее всю ночь, прямо в офисе. Иван Павлович вспоминает: «Ди Энджело – огромный, огромный фанат игры, самый преданный из моих знакомых. Он пришел к нам и сел играть. Мы даже не поговорили о музыке. <…> Он постоянно повторял: „Это невероятно!“, игра просто взорвала ему мозг. Вот настолько он фанат, никогда не встречал кого-то настолько увлеченного» [140].
Сначала вышла вторая часть саги, а уже потом, с запозданием, команда выпустила два музыкальных сборника. В первом были песни, созданные под руководством продюсера Даниэля Лануа, а во втором – результаты работы композитора Вуди Джексона. Поначалу оригинальный саундтрек вызывает у игроков недоумение: всего двадцать два трека, то есть один компакт-диск или две виниловых пластинки – цифры-то не сходятся. Где все обещанные десятки часов музыки, блестяще написанные внушительной командой выдающихся исполнителей? Как объяснить исчезновение легендарной темы, которая звучит во время освобождения Джона Марстона из тюрьмы Шишика, так полюбившейся фанатам во многом
