шаурмечных и других открытых лавок.
Осталось спросить у ближайшего прохожего, где все нужные мне места. Я уже вижу и чувствую, что мы собрали все взгляды местных.
— Ты только глянь, какие прекрасные богини. А кожа у всех блестит как жемчуг, как будто они до этого и не выходили на улицу. — Оценил мою группу статист 1.
— А мне наоборот нравится смугленькая, её рыжие волосы хорошо подчёркивают кожу. Не знаю почему она одета в наряд горничной, но у меня встал. — Залип на Люпус статист номер 2.
— Это черненькая с таким симпатичным разрезом глаз, смотрится очень необычно. Она так просто одета, но почему так притягательно. — Расхваливал Набе статист номер 3.
— Вы чего, посмотрите на самую высокую и её бидоны. Это просто идеальная грудь, у меня уже была женщина с большими дойками, и она не в какое сравнение не идёт с этой. Её грудь держат сами Боги. — Был загипнотизирован статист 4. Вот только он попался на кликбейт, ведь грудь не настоящая и сделана с помощью магии.
В общем, всё прошло как я и предсказывал, местные в шоке с красоты наших тел и всё прошло как по мас…
— Во тупые. Та, что идет первая явно превосходит остальных. Будет интересно посмотреть на её лицо, когда она будет умолять меня убить её. Перед этим запачкав её лицо. — Присматривался ко мне педофил.
Ну хорошо, я тебя запомнил и кары тебе не избежать.
Теперь мне все обломали, а я чувствую себя грязным после его взгляда.
Но ничего не сможет помешать моим…
— Да ты посмотри, шо за шмары повылезали. — Обращается продавщица овощей к своей соседке напротив.
— Да какие шмары, этож наркоманы, явно из переулка вышли. Ты только посмотри на их лица, явно чем-то обдолбаны. — Не соглашается продавщица приправ.
— Я тя умоляю, да по ним видно, шо это элитные шкуры. — Продолжала настаивать на своем бабка, которая выглядела на все 70, а то и 80.
— Да какие шкуры, Халя, опомнись. Это чистые наркоманы, посмотри на волосы сисястой, она свою пыльцу уже на нас распространила, иначе чё они это цвет меняют. — Хитро смотрит она на свою оппонентку.
— Ладно-ладно. Обдолбанные шамары, так обдолбанные шмары. — Идет Халя на мировую.
А я…испытываю вселенскую печаль…
Это была моя первая эмоция, вторая была Армагеддон, что должен снизойти на всех местных. Вот вроде просчитал всё идеально, но забыл про местных подъездных бабок.
А самое главное, как наслать проклятье на мой переводчик? Я уже выяснил, что он мне подсовывает слова близкие по смыслу и моему количеству знаний. И кому такому хорошему нужно оторвать голову за такой замечательный продукт⁉
Хорошо, что моя группа поддержки никак не отреагировала. Только благодаря их спокойным лицам я и смог поймать дзен. Но переводчик всё равно попадет в блокнотик, хоть и не на уровень пола с потолком.
Против самих старушек я не имею ничего против. Ведь это были лишь их слова, что отличались от настоящих мыслей, на самом деле это была их обычная перепалка и они были настолько слепы, что не видели наших лиц. За спасение города могу сказать спасибо псионике. А насылать Армагеддон за обычный разговор двух подруг как-то не честно.
Теперь не понятно, к кому идти и спрашивать дорогу, к бабкам, педофилу или работягам?
Для меня выбор однозначен, направляюсь к работягам. С педофилом и бабками поговорю потом, в более приватной обстановке.
— Эй, челядь, где я тут могу обменять свое золото? — Подходу к обычному мужику, что даже не видел меня и всю свиту за моей спиной.
Обращаюсь к нему именно так по нескольку ряду причина, основная из которых слежка, что уже за нами ведется. Потому не хочется, чтобы его после этого закатывали в бетон.
— Чо? — Повернулся к нам мужик на вид лет 40.
— Оу. — Явно был он поражён нашей компанией.
— К-конечно, давайте я вас провожу. — Вызвался он сопроводить нас, пытаясь выглядеть более собрано. А в мыслях он залипал на нашу внешность и экипировку.
— А как вы попали к нам в город? Почему не взяли сопровождающего, одного из мальчишек, что стоят на входе? А откуда вы? А почему… — Не останавливался наш сопровождающий, начиная раздражать. По проверке псионикой он был самый невинный из всех, может от того что не далёкий?
— Заткнись, червь. Ты мешаешь моему Принцу. — Нашлась с ответом Набе, опередив меня.
А то, как она на него посмотрела, убило всё желание мужика на разговор.
Местный Забербанк представлял из себя каменный дом с металлическими балками, что прошивали его насквозь, маленьким окнами и толстой деревянной дверью, что оказалась окантована железом.
— Дальше я сам. — Останавливаю своих спутников, решаясь в одиночку обменять деньги.
*Тук-Тук*
Долблю ногой в дверь, от чего она начинает жалобно поскрипывать.
— Кто там? — Открыл окошко местный охранник. Но взглядом не находит меня.
— Я вообще-то тут. — Привлекаю внимание.
— Хмм…ладно. — Раздумывает над тем, чтобы меня впустить громила.
*Щелк-щелк-щелк*
Открывается дверь с трех убранных ставней.
И также закрывается за мной.
Помещение внутри выглядело не самым новым, как будто тут собираются бандиты, а не обменивается золото.
— Здравствуйте, молодая госпожа. Рад видеть вас в моем заведении, желаете положить деньги насчет или вложиться в какое дело? У меня лучшие услуги нашего славного города. — Поприветствовал меня парень в шляпе, зелеными глазами, блондинистыми волосами и золотыми зубами, которому на вид было лет 25.
— Я господин. — Поправляю его, но чувствую, буду занимать этим не один раз.
— Конечно-конечно. О времена, о нравы, кем себя молодое поколение только не хочет видеть. — Не верит он мне.
— Мне нужно обменять золото. — Перехожу к делу.
— Конечно, прошу вас. — Достал он из-за стойки весы.
— Итак? — С ожиданием смотрит он на меня.
— Вот. — Достаю как будто из кармана огромный мешок с золотыми монетами, а на самом деле из инвентаря.
Просовываю туда руку, набирая горсть золотых монет, а после высыпаю их на стойку и убираю мешок обратно в карман.
От таких действий у местных округляются глаза, явно не понимая, куда мог пропасть полный кошель, если у меня ничего не выпирает.
Ростовщик быстро пришёл в себя и сгреб золото к себе в
