Читаем без скачивания Эсхато. Бешеные - Даниил Корнаков

Сам Алексей не мог поверить в происходящее. Ему казалось, что подобное происходило только в фильмах, которые он видел последний раз так давно. Однако он не подавал виду и смиренно стоял на месте, разглядывая людей. Виктор сделал несколько шагов в сторону Алексея и смотрел на него не моргая.

– Леш, я… Я не знаю, как благодарить тебя.

– Тебе не нужно благодарить. – он повернулся в сторону Виктора, – Каждое мое слово было искренним. Ты спас мне с дочерью жизнь, подарил кров и пищу с водой, больше мне ничего не надо.

Саша подошла к отцу, взяв его за руку. Она поздоровалась с Виктором, но тот лишь слегка кивнул в ответ.

– Я, пожалуй, пойду, – сказал Алексей. – Док велел мне соблюдать постельный режим. Еще свидимся. Передавай Юльке привет.

– Передам.

– Пойдем, Сашк.

Хоть Алексей Леонов и был с виду спокоен, внутри у него будто тысячи мелких невидимых существ устроили радостный пир. В груди приятно жгло и щипало от счастья, и не без утайки его охватила гордость. Но это чувство продлилось только до вечера, когда жечь уже начало не в груди, а в культе, там, где всего несколько дней назад была его целая рука. Именно в этот вечер он осознал, насколько сильна его потеря.

10. Адам Гордон

Адам сидел за столом. Позади него Петр Васильевич, по привычке поглаживающий свою бороду, размышлял о чем-то.

Виктор, будучи уже на взводе после вечерних событий, нервно барабанил пальцами по столу, пока внутрь не зашла его жена.

– Он придет, – сказала Юлия и села за стол, не отрывая взгляда от мужа. Заметив его напряженность, она положила холодную ладонь на его руку. От прикосновение любимой женщины, он на мгновение выдавил из себя улыбку, словно давая понять жене, что все в порядке.

Адам встал с места и начал расхаживать из стороны в сторону, пытаясь скоротать ожидание. Он достал из кармана нож, что дал отец, и принялся жонглировать оружием одной рукой: выходило ловко, словно у циркача, выступающего перед публикой. Адам давно приноровился к такому трюку, еще когда при нем был его старый, с уродливой деревянной рукояткой нож.

– Адам, перестань, – велела сыну мать.

Юноша вернул нож обратно в карман, продолжая большим пальцем касаться холодного лезвия. Ему нравился ощущать холод металла, успокаивавший нервы.

Дверь хижины открылась, и внутрь зашел Алексей. Позади него стояла Саша. В глазах обоих виднелись остатки сна, сопровождающиеся зевотой.

Адам улыбнулся Саше – она улыбнулась в ответ, и вроде бы (по крайне мере так подумали оба подростка) никто из присутствующих этого не заметил.

– Лёш, я безумно прошу у тебя прощения, – начал Виктор. Он отодвинул стул, приглашая гостя сесть. – Я понимаю, Денис велел соблюдать постельный режим, но дело серьезное, а в вашей хибаре мало места для всех нас.

Виктор окинул взглядом свою жену Юлию, Петра Васильевича и Адама.

– Ничего страшного, – сказал Алексей. – Мне уже значительно лучше, чем на днях. Хотя бы ходить могу.

Он обернулся в сторону дочери, севшей рядом с Адамом.

– Ничего, что я Сашку привел?

– Разумеется, нет проблем, – ответил Виктор и сел напротив Алексея.

Виктор развернул карту размером во весь стол. Карта была помятая: углы загнуты, края местами оборваны, но в целом она выглядела прилично. По крайне мере разглядеть название мест было возможно.

– Принесли разведчики где-то год назад, – сказал Виктор, заметив любопытный взгляд сына и Саши. Он ткнул пальцем в зеленую местность.

– Вот здесь находимся мы, как раз вдоль реки неподалеку. А вот здесь…

Палец Виктора начал удаляться все дальше на юг, пока не коснулся синего кружочка с названием Брон.

–…то самое место, о котором я говорил. Самое что ни на есть подходящее, чтобы основать там еще одно поселение, Вторую Надежду…

Виктор ухмыльнулся.

– До этого места почти триста километров, около недели пути с учетом привала, по моим и Петром Васильевичем прикидкам. Разве…

Виктор вдруг замолчал, и перешел на чуть более возвышенный тон.

– Я не буду задерживать тебя, и просто скажу сразу то, что хотел. Я хочу, чтобы ты возглавил тот поселок у озера. Чтобы ты стал тамошним мэром.

Алексей молчал, Виктор, не дожидаясь ответа от Алексея, продолжил.

– Ты хороший человек, Лёш, я вижу это. Из тебя получится замечательный управленец. То что ты сделал сегодня, то как все они слушали тебя…

В интонации Виктора Алексей услышал нотки зависти, но отнюдь не черной.

– Ты преувеличиваешь, – начал спорить Алексей. – Мне просто повезло.

– Нет, не повезло.

Виктор встал с места и подошел к Саше. Он положил руку на ее плечо.

– Твоя дочь – пример того, какой ты человек и отец. Я уверен, ты станешь превосходным отцом и для будущих жителей «Второй Надежды». Знаешь, я бы направил туда Петьку, но с его характером…

– Я бы скорее поубивал всех, ага, – закончил за Виктора Пётр Васильевич и ухмыльнулся. – Нет во мне управленческой жилки. Я простой охотник.

Саша смотрела на отца, он на нее. Оба они уже давно научились понимать друг друга без слов, и сейчас Алексей понимал, чего хочет от него дочь.

– Я подумаю, Вить. Это сложное решение.

– Разумеется. Думай, сколько тебе нужно.

Алексей встал с места и пожал Виктору руку. Вместе с Сашей они направились к выходу.

– Пока, – шепотом сказала Саша Адаму.

– Пока, – ответил он.

Как только отец с дочерью покинули хижину, Юлия подошла к мужу.

– Думаешь, на него можно положиться?

Виктор кивнул головой.

– Да, без сомнений.

11. Виктор Гордон

Они явились на следующий день ранним утром.

Солнце едва успело показаться, как Алексея разбудил звук, который он не слышал много лет: звук работающего мотора. Вместе с этим он расслышал разговоры и смех. Люди переговаривались между собой, что-то громко обсуждая. Мотор вдруг утих, послышались удары о металл.

Алексей встал с постели и увидел, что его дочь уже стоит в дверях и наблюдает через щель за тем, что происходило снаружи. Он заметил ее настороженный взгляд и встал рядом с ней.

Чужаки сидели на трех стоящих в ряд грузовиках. Алексей заметил около десяти человек в одежде цвета хаки, вооруженных автоматами и пулеметами. Лица их были гладко выбриты, на ногах – блестящие, словно новенькие берцы. Чужаки с интересом осматривали деревню и прыскали смешками, словно увидели нечто смешное.

Жители Надежды открывали двери, наблюдая за незваными гостями так, словно те были пришельцами с другой планеты.

У Алексея заныло под ложечкой – он так хотел видеть людей в