Заканчивай думу думать, Сусанка, сказала я себе. Я не найду ответы только потому, что буду много размышлять. Выспаться, чтобы отправиться на второе испытание со свежей головой - куда полезнее.
Только моя голова коснулась подушки, как я сразу же погрузилась в сон...
Круг призыва полыхал.
Из линий и символов, начертанных на каменном полу било вверх яркое сияние. Свет освещал лицо мужчины напротив меня так, что казалось, будто сияние исходит от него самого.
Герцог? Реол Кархейский?
Я узнала это лицо вмиг, но тотчас подивилась тому, насколько он молод. Возраст, когда юноша только-только стал достаточно взрослым, чтобы называться мужчиной.
И как же хорош, а... Даже глазам больно.
До моих ушей доносились крики. Повернув голову, в окне я увидела зарево пожара, и сразу осознала: город, раскинувшийся за этими стенами, полыхал. Треск, гул, грохот, шипение -огонь, словно огромное чудовище, пожирал столицу, Равель.
Откуда я это знала? Сон. Это сон, напомнила я себе. Я просто сплю.
Мой слух уловил хрип, и я резко мотнула головой в другую сторону. На полу, словно пожираемый сумраком, лежал уже знакомый мне человек: коса из волос цвета льна белела на каменном полу, как и длинная борода, в то время как темные одежды сливались с камнем, на котором он лежал.
«Орвин Даркин», - произнес голос внутри меня.
Он ранен? Умирает?
- Дайнари... - прошептал молодой мужской голос, и я снова повернулась к молодому Реолу.
Только сейчас я заметила, что он отчаянно, изо всех сил, сжимает пальцами кисть моей руки. Я опустила взгляд. Наши руки были словно натянутый канат, а сцепленные кисти -словно узел, который развяжи - и канат оборвется. Свет, бьющий из линии круга, ударял прямо в замок из наших рук. Эта линия разделяла нас. Я знала - это граница между нами, переступить через которую не можем ни он, ни я.
- Дайнари! Если сейчас ты отпустишь мою руку, мы можем никогда больше не увидеть друг друга, - умоляющим голосом сказал молодой герцог.
Страх? Боль? Близость потери?
Чьи это чувства? Мои? Или той, чьими глазами в этом сне я смотрю на мужчину напротив меня?
Я вдруг поняла, что мои губы улыбаются.
- Эй, не делай такое лицо, твоя светлость. Разлука - не такая уж большая плата, поэтому... Не делай такое несчастное лицо, прошу.
- Дайнари, но ведь ты!..
- Со мной все будет хорошо. Не волнуйся за меня. Тебе будет сложнее. Ты останешься здесь, с ним. Но ты справишься. Пообещай, что справишься.
Моя рука словно попыталась высвободиться. Я знала: это делаю не я, а та, которая носила имя Дайнари.
- Дайнари! Не отпускай мою руку!
- Обещай.
Молодое лицо герцога исказила такая мука, что я бы ей-богу бросилась к нему, чтобы обнять, если бы не спала.
- Дайнари, я не отпущу тебя, - с отчаянием прошептал молодой герцог.
- Ты должен по...
Перед моим взором, заслонив собой все, возникло нечеловеческое лицо и сплошная чернота нечеловеческих глаз посмотрела прямо в меня:
«Такова плата...»
Хриплый голос на миг заглушил все звуки. Глаза молодого Реола широко распахнулись. Я знала, в этот момент за моей спиной он видит этот нечеловеческий облик и глазами, которые черны, словно самая темная бездна.
- Ты должен пообещать, твоя светлость, - на миг крепко сжала руку Реола я.
Молодой мужчина напротив мотнул головой, словно отказываясь, потом лицо его исказилось, на несколько мгновений он с силой сомкнул веки, а когда раскрыл их, посмотрел и сказал твердо:
- Обещаю.
И снова я почувствовала улыбку на своем лице.
- Не дай ему свободу. Стань его пленом. Отомсти.
Со всей силы я резко выдернула руку из сильных пальцев мужчины.
- Дайнари!!!
Свет из линий и символов круга на полу ударил с двойной силой, ослепив меня. Этот свет поглотил меня...
- Госпожа! Госпожа!
Я открыла глаза - надо мной склонилась Лотти.
- Наконец-то проснулись, госпожа, - выдохнула она. - Больно уж крепко спали - насилу добудилась.
Я оставила открытым один глаз, другой закрыла, не желая полностью просыпаться.
- Чего ты меня будишь в такую рань, тебе маменька с папенькой при рождении совесть дать забыли? - пробормотала я сонным голосом. - Темно же за окном, до рассвета целая вечность...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Госпожа, вы не проснулись еще? - внезапно раздраженно прошептала Лотти. - Какой рассвет, госпожа? Забыли? В полночь за вами придут! А до полуночи уже рукой подать. Сами же просили вас разбудить!
Полночь...
Я подскочила на постели.
Кажется, я окончательно проснулась.
А все этот странный сон. Странный и такой реалистичный... Из-за него у меня совсем вылетело из головы.
Этой ночью, совсем скоро, уже в полночь, начнется второе испытание.
Глава 22. МОСТ НА ДНЕ
Темноту подземелья освещали только фонари. Три фонаря: один нес Силуян, идущий впереди, и еще два были у слуг.
Уже во второй раз мы спускались в глубины острова по темным извилистым ходам.
«Нас опять отправят на острова вокруг Кархена? - спрашивала я себя мысленно. - Иначе почему мы снова здесь?»
Рядом со мной шел один из слуг. Уже, можно сказать, хороший знакомый - с лицом удивленной рыбки. Интересно, он сегодня кто? Эйнар? Эвальд? Эльвин? Какая из трех личин? Проверить интуицию, что ли?
- Любезный, э-э-э... Эльвин, если не ошибаюсь?
- Простите, госпожа. Эгберт, госпожа.
О, как. Теперь он Эгберт. Как интересно: скромный слуга, а внутри у него целая армия молодцев с именами на букву «Э». Я уже боюсь представить, сколько их там еще, этих личностей Эльвина-Эгберта. Огласите весь список, пожалуйста.
- А не подскажете ли, Эгберт, куда нас ведут?
- Не могу сказать, госпожа.
Эгберт учтиво кивал, но шел с опущенной головой и не поднимал взгляда. Я вздохнула. Ну, похоже, ему велено было помалкивать, он и помалкивал.
Тут вдруг я неловко опустила ногу на нижнюю ступеньку и, коротко охнув, уже начала было падать, но меня подхватил под руки слуга.
- Уф-ф! - облегченно выдохнула я, приняв устойчивое положение. - Спасибо, Эг...
Я подняла голову, чтобы поблагодарить Эгберта, но запнулась, увидев повернутое ко мне в анфас лицо: правый глаз слуги - нижнее и верхнее веко - пересекал заметный шрам.
- Что с вами случилось? Где вы так поранились? - спросила я из чистого любопытства. Слуга сначала удивился, будто не понимал, о чем я, а потом догадался:
- Не беспокойтесь, госпожа. Этот шрам у меня с детства, госпожа. - И тотчас поторопил меня: - Не задерживайтесь, госпожа, вам лучше не отставать.
Не став спорить, я возобновила спуск, время от времени бросая косые взгляды на Эгберта.
В детстве? Если задуматься, то шрам и впрямь не выглядел свежим, но... Ни у Эльвина, ни у Эйнара, ни у Эвальда этого шрама не было. Что же выходит?
На самом деле это не один человек? Их... четверо? Четверо разных людей с одним лицом? Да ну. Быть того не может. Даже близнецы не бывают так похожи.
Спуск продолжался, и в какой-то момент я осознала: мы уже давно должны были прийти к озеру, от которого в прошлый раз лодки доставили нас к островам. На самом деле - очень давно. Поразмыслив, я поняла, что мы спустились уже гораздо ниже поверхности моря.
Испытание пройдет в глубинах недр Кархена? И что нас ждет? Может, там и подземные жители какие-нибудь водятся? Кто-то вроде русалок. То есть норх. Но пострашнее.
Я так привыкла смотреть под ноги, не поднимая взгляда, чтобы не дай бог не упасть, что лишь сойдя с последней ступени, поняла: лестница закончилась. Продолжая по инерции идти вперед, на ходу подняла голову и... застыла.
Впереди, в камне, был широкий проход, похожий на выход из пещеры, вот только...
Там, с той стороны прохода, было море. Темное, оно светилось зеленоватым сиянием. Я видела стаи мелких рыбешек и грибоголовых медуз, проплывающих мимо.
Скажите, что это просто встроенный прямо в скалу телевизор, и сейчас показывают передачу «Обитатели подводных глубин».
