наводить было невозможно.
Когда танк командира взвода подошел к разбитому собрату, ему навстречу поднялись лишь два члена экипажа. Двое других погибли. Заряжающий – прямо в башне, а механик-водитель остался лежать возле гусениц своей машины.
– Давайте пехоту на броню и забирайтесь сами, – сказал Шурыгин.
Глава 10
Соколов остановил «Зверобоя» на площади и осмотрелся. Грузовых машин тут не было. Они успели уйти, но как раз в ту сторону, откуда наступал взвод Полетаева. От этой колонны наверняка ничего не осталось.
Вот и второй взвод втянулся на площадь без потерь.
Белов стоял у каланчи и распоряжался. Двое автоматчиков полезли наверх, разматывая телефонный кабель, найденный неподалеку. Алексей понял, что там будет наблюдательный пункт. Несколько бойцов стали обшаривать дома, стоявшие по периметру площади.
– Ты как? – крикнул комбат Соколову. – Все целы? Слушай, подцепи тросами вон тот разбитый угол дома, а потом грузовик свали на бок. Перекроем улицу, будет приличная баррикада.
– Сделаю, – сказал лейтенант. – Я поставлю два танка среди сгоревших домов. Там деревья садовые густые, кое-где стены остались, печные трубы. Они нас прикроют со стороны поселка. Дай мне десяток автоматчиков и пару пулеметов.
– Добро. А где твой Шурыгин?
Соколов повернулся на звук танкового мотора и увидел, как на площадь въехала «тридцатьчетверка». Автоматчики, спешившие следом за ней, спустили на снег тела двух убитых танкистов. Еще двое с автоматами в руках спрыгнули с брони, встали и понуро опустили головы.
Шурыгин подошел, отдал честь и доложил командиру роты:
– На окраине города столкнулись с немецкими танками и группой пехоты. Судя по документам, из охраны штаба Двадцать третьего танкового корпуса. Сам он эвакуировался, эти солдаты охраняли часть не вывезенного имущества. Во время боя подбито шесть вражеских танков, два бронетранспортера и уничтожено до роты пехоты. Потери – один танк и трое автоматчиков убитыми. Противника больше не наблюдал.
Соколов выслушал сухой доклад старшины, снял шлемофон и подошел к телам танкистов. Вот и еще потери. Этих ребят лейтенант знал плохо. Они пришли с последним пополнением. Теперь у него осталось четыре танка, включая и «Зверобой».
– Логунов! – позвал Алексей. – Поступаешь в распоряжение старшины Шурыгина. Остап, перекрой баррикадами вот эти две улицы. Сдвинь танками весь хлам, который только можно, так, чтобы не прошли танки. Своими машинами держи вот эти два переулка. Комбат даст тебе десять автоматчиков и два пулемета, оборудуете огневые точки. С танков снимите курсовые пулеметы и тоже поставьте в домах, на тех участках, где нужен массированный огонь.
– Есть! – старшина отдал честь, и они с Логуновым ушли готовиться к следующей схватке.
Соколов вернулся к комбату.
Тот стоял под колокольней, задрав голову, и кричал своим бойцам:
– Ну и что там? Видите фрицев? Что с телефоном, почему не работает? Хрен с ним. Я вам туда подниму пулемет и снайпера. Будете наблюдать, а во время боя поддерживать нашу оборону. – Капитан повернулся к танкисту и спросил: – Что у тебя, Алексей.
– Баррикады делаем, танки расставил. Подбрось автоматчиков на позиции. Через полчаса будем готовы.
– Ты бы снял с танков пулеметы, – посоветовал ему комбат. – Все лишние огневые точки. А главным твоим оружием будут пушки.
– Уже снял, – сказал Соколов.
– Точной карты у нас с тобой нет, но у меня тут боец в батальоне есть толковый. Вот смотри, он мне кроки набросал. В принципе масштаб нам с тобой сейчас не важен, а общая схема строений в пределах нашей позиции и прилегающих улиц верная. Что мы еще не предусмотрели?
– Места укрытия бойцов на случай артобстрела или бомбежки.
– Есть такие, – сказал Белов и показал на тех самых кроках дома, в которых были большие и надежные подвалы. – Вот здесь, здесь и здесь. Там даже окна на уровне земли достаточно широкие, чтобы человек мог заползти снаружи и выбраться соответственно. Склада боеприпасов у нас с тобой нет. Все, чем располагаем, бойцы несут на себе. Я приказал как можно активнее использовать трофейное оружие. Пока мы этим богаты. Вон сколько намолотили. Скоро встанет проблема воды и пищи. Кое-что нашли у немцев. На пару дней в режиме экономии хватит. А вот с водой проблема. Все трубы сухие. После боев ничего в целом виде не сохранилось.
– Пока тихо, надо послать бойцов в ближайшие строения за пределами наших позиций, – сказал Соколов. – Может, найдут хоть какую-то трубу, в которой есть вода. Как-то немцы здесь жили, пока город был под ними. Качали воду, я думаю. Волга ведь рядом.
– Согласен. Пока тихо… – начал Белов, но его голос тут же перекрыли пулеметные очереди, ударившие где-то на западной стороне. – Вот и попили мы водички! К бою!
Это была какая-то пехотная часть. Двигались немцы неторопливо, без особого энтузиазма, занимали позицию, делали несколько выстрелов по русским, потом перебегали, выбирали новое место и опять палили из карабинов.
Белов перебегал от одного края баррикады к другому, посматривал на соседние улицы и кричал своим бойцам, чтобы они не подпускали врага близко.
– Они сейчас в укрытиях накопятся для атаки, потом ударят сразу со всех направлений. Не подпускать!
Слева ударила танковая пушка, с грохотом стал рушиться какой-то каменный домишко с деревянным верхом. Пыль поднялась столбом. Следом начали стрелять сразу два пулемета. Второй танк выпустил один за другим два снаряда. С каланчи пару раз подряд бахнула винтовка.
– Эй, на башне! – крикнул комбат. – Что видно?
– Новые фрицы подходят. Грузовики за домами. Еще около роты высаживается. На других направлениях пока нет никакого движения.
Яростная стрельба поднялась возле самых баррикад, возведенных в западной части площади. Несколько раз сработали танковые пушки, пулеметы стали бить длинными очередями, сухо трещали трофейные шмайсеры. Потом все вдруг стихло.
Соколов подбежал к Белову, лежавшему на краю баррикады, и спросил:
– Ну и что тут?
– А черт их знает, – проворчал Белов. – Вялые какие-то. То ли атаковать собираются, то ли ждут чего-то. Пока мы отбились. Прощупывают они нас, что ли?
– Хуже, если немцы и правда чего-то ждут, – сказал Алексей. – Наблюдатели с каланчи говорят, что с других сторон противника пока не видят. А здесь с запада к ним подкрепление подошло. Еще примерно рота. Сейчас полезут снова.
– Я тут, а ты, Алексей, держи восточную часть нашей обороны, смотри, чтобы там эти гады не подкрались. А то я уже начинаю подумывать, что зря мы с тобой ввязались в эту авантюру. Может, не стоило заходить сюда. Продолжили бы петлять по лесам.
– У нас горючего кот наплакал что в танках, что в машинах, – заявил Соколов. – Раз уж решили, то давай
