но я почувствовал укол ревности.
— Ты ведь понимаешь, что увидишься со всеми завтра на прощальном завтраке?
— Понимаю. — Джиа всхлипнула. — Но это последняя ночь, когда мы работали вместе.
— А, так, значит, сегодня ты плачешь, потому что перестала работать с этими людьми, а завтра разрыдаешься, потому что попрощаешься с ними по-настоящему?
— Заткнись. — Девчонка высунула язычок.
— А что я говорил тебе насчет высовывания языка в мою сторону, малышка? — Я усмехнулся.
Дуб покачал головой и ухмыльнулся. На часах почти пять утра, последние посетители покинули «Высотку» примерно час назад. Почти вся команда разошлась, за исключением Райли, Дуба, Джии и одного из помощников официанта. Сейчас все они разом направились к выходу.
Я отпер двери и выпустил их со словами:
— Увидимся завтра в два.
Дуб пожал мне руку, и все, кроме Джии, выкатились. Она поднялась на цыпочки и поцеловала меня в щеку.
— Спокойной ночи, Хитклифф.
— Поспи немного, дорогая.
Увидев, что все они сели в свои тачки и благополучно отправились домой, я запер дверь. Теперь мне самому не мешало вздремнуть. Прощальный завтрак для персонала был традицией, которую я завел, как только приобрел «Высотку». На следующий день после окончания сезона я кормил завтраком сотрудников. Сервировал стол, ставил угощение и выпивку — все всегда вроде были довольны. Но это означало, что мне надо быть здесь пораньше, чтобы все было готово к их приезду.
Но уезжать еще не хотелось. Поэтому я погасил везде свет, взял из кладовки скатерть, чтобы полежать на ней, и отправился прямиком на пляж. Было еще темно, но до рассвета оставалось совсем немного времени. Обычно я любил посидеть на закате, поразмышлять о прошедшем дне и полюбоваться на то, как засыпает мать-природа. Мне нравилась наступающая темнота. Казалось, что она, как ничто другое, отражает мою жизнь. Но сегодня было время рассвета — начала нового дня, приносящего надежду новой жизни. Может, вместе с разливающимся по небу светом на меня прольется некое внутреннее сияние.
— Привет, Раш!
Подошла жена Дуба Мин и обняла меня, держа на бедре одну из их дочек. Каждый раз, видя Мин Ли, я поражался, насколько она была крошечной. Не больше пяти футов ростом и весом примерно фунтов сто вместе с одеждой. Если бы я не опасался ее мужа, то выпытал бы у него, как они, черт возьми, при такой разнице в габаритах умудряются заниматься грязными делишками в спальне.
— Привет, Мин. Выглядишь потрясающе. До сих пор не понимаю, что ты нашла в этом огромном болване. — Я подмигнул ей.
— Смотри, осторожней, — пригрозил Дуб. — Сегодня ни один охранник не работает, так что спасать твою тощую задницу, если мне вздумается использовать ее вместо боксерской груши, будет некому.
Только такой громила, как Дуб, мог назвать меня тощим.
— Не испугаешь, — усмехнулся я, ставя Мин перед собой как живой щит.
— И то верно. Поставил для защиты человека с большими яйцами.
Мы дружно рассмеялись. Пока Дуб с семьей располагались, я принес им напитки: «мимозу» для Мин и пиво для ее суженого. Мы любили поспорить и поцапаться, но в этом году я нуждался в Дубе как никогда. Он был моим доверенным лицом во всем, что касалось Джии. Без него пришлось бы совсем туго. Поэтому в этом году я добавил пару тысяч к его ежегодному бонусу. Дуб заслужил их хотя бы за то, что все это время терпел мою ноющую задницу.
Стали подтягиваться остальные сотрудники с семьями. Я играл роль гостеприимной хозяйки, раздавая бонусные чеки вместе с бесконечным потоком напитков. Джиа пришла поздно, вместе с отцом. Я и не знал, что он приедет из Квинса на этот прощальный завтрак.
Пожал ему руку.
— Здравствуйте, Тони. Рад вас видеть.
— Взаимно, сынок. Должно быть, рад, что напряженный сезон закончился.
Мой взгляд метнулся на Джию, потом обратно.
— Это горькая радость.
Джиа смотрела в пол, полностью погруженная в свои мысли. Почему-то она явно нервничала. Даже подпрыгнула, когда я наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.
— Что происходит? Ты в порядке?
— Да. В полном. Просто устала немного.
Я кивнул, но старался не спускать с нее глаз.
Когда у всех были полные тарелки и стаканы, я отправился за барную стойку сделать еще несколько порций «мимозы». Тони подошел ближе и уселся на высокий стул напротив. Прежде чем начать разговор, он обернулся через плечо и посмотрел на Джию. Она была занята болтовней с моей матерью.
— Заметил, что ты удивился, когда я вошел. Не ожидал меня здесь увидеть?
Я поставил банку с апельсиновым соком на стойку.
— Не ожидал. Но рад, что вы здесь. Праздник семейный, хорошо, что Джиа вас пригласила.
— С Джией все в порядке?
— Физически вполне. Здорова. Она сказала, когда собирается возвращаться в Квинс?
— Аренда заканчивается в пятницу, так что через несколько дней.
Тони медленно покачал головой.
— Дочка позвонила вчера вечером. Мы уезжаем раньше.
Все тело у меня напряглось.
— И когда же?
— Сразу после этого мероприятия. Сказала, что хочет быстрее устроиться. Но мое нутро говорит, что она хочет улизнуть, чтобы избежать прощания со своим боссом. Я выехал рано утром и уже почти все загрузил. Осталось всего несколько коробок — и мы двинемся в путь.
Черт!
Черт!
Черт!
Я уставился на стойку. Потом поднял глаза на Тони, но разговаривать с кем-либо был не в состоянии.
— Мне надо выйти ненадолго.
— Иди, сынок. — Он кивнул. — Закончу готовить напитки и буду всем говорить, что у тебя важный звонок.
Выскользнув с черного хода, я стал бродить по пляжу. Внутри появилось неприятное ощущение. Я надеялся, что это сердечный приступ. Если попаду в реанимацию, черта с два Джиа меня бросит. Ну что еще может заставить ее остаться? Впрочем, я был уверен, что есть путь намного проще. Все, что мне требовалось сделать, — сказать Джии, что хочу быть с ней. Что принимаю ее ребенка и что не буду
