— нахмурился второй. — Да за него любой из нас жизнь отдаст!
— Лучшее, что мы можем сейчас сделать, — я с трудом выталкивал из горла колючие слова, — это его отпустить.
— Я-то думал ты настоящий целитель! — со злостью прошипел лучник, — а ты…
— Пошли отсюда, Митран, — его товарищ вцепился в своего друга обеими руками и потащил к выходу. — Ты дурак совсем, такое доку говорить?
Что ответил Митран я не услышал, и не хотел, если честно.
Лучника можно было понять — ведь он видел только один кусочек пазла. Я же видел всю картину целиком.
— Иди с миром, Жорка, — прошептал я, посылая пацаненку спокойствие и тепло. — Ты отомстил за свою семью и уходишь, как настоящий воин.
Фрейя, которая все это время стояла рядом, едва заметно вздохнула и положила мне на плечо свою ладонь.
Казалось бы, ерунда, но этот жест поддержки пришелся очень кстати.
Кто бы знал, как это непросто — перестать себя винить за все подряд…
— Пусть земля тебе будет пухом, — прошептал я, закрывая глаза пацана, и чувствуя, как он испускает дух.
То ли дело было в моменте, то ли в разогнанном восприятии, но я увидел едва заметное серебристое облачко, вылетевшее из груди Жорки. Может мне, конечно, и показалось, но я точно уверен, что это было не что иное, как душа.
И в тот самый момент, когда душа уже покинула тело, а грудь Жорки только-только опускалась, я испытал уже позабытые ощущения.
Я нутром почувствовал, что мне достаточно просто вдохнуть в себя оставшуюся жизненную энергию. Именно здесь и сейчас! Ведь еще пара мгновений, и она стухнет, превратится в некроэнергию.
И если я все же втяну энергию жизни в себя, я заберу себе все те годы, которые не прожил Жорка. Его молодость и эмоции. Его жизненный багаж, который он оставил в теле, отправляясь в новый путь налегке.
И где-то глубоко внутри я знал, что если ничего не предпринять, то этот жизненный багаж все же отправится вслед за Жоркой, и когда он начнет новый жизненный цикл, этот прибывший вслед за ним «багаж» ляжет в основу его характера и мировозрения.
Я же мог этот багаж… оставить себе. Или проще говоря, украсть.
Как я сделал это у лощины во время рейда — украл жизненные силы у природы и умирающих псов…
Тогда это было сделано неосознанно, а сейчас… Сейчас я ощущал себя на пороге чего-то запретного.
Запретного, но жутко могущественного.
И что-то мне подсказывало, что, приняв эту силу, я смогу на равных потягаться с любой околобожественной сущностью, будь то Скверна, Бездна или даже… Ануб.
И замедление привычного течения времени, и вновь ощущение дежавю, и вновь потусторонний ветерок судьбоносного перепутья.
А чтобы я, не дай Бог, не проигнорировал эту возможность, передо мной вспыхнуло уведомление Сети:
Внимание! Впитав жизненную силу умирающего существа, вы автоматически смените класс на «Темный жнец».
Темный жнец может забрать жизнь почти любого существа, чтобы исцелить или убить другое существо. Темному жнецу неважно, чью жизнь выпивать — будь то разумный или целый мир.
Единственное, что не может Темный жнец — это накапливать поглощаемую энергию. В противном случае он с легкостью может превратиться в Пожирателя.
Но мало кто из Темных жнецов может устоять перед искушением впитать всесокрушающую мощь, поэтому, по негласному договору, все боги стремятся уничтожить разумного, вступившего на этот скользкий путь.
Ведь если дать Темному жнецу набрать силу, никакие боги не смогут с ним справиться.
Внимание! На текущий момент пантеон богов Порога пуст, а боги соседних миров не посмеют оставить свои миры в столь неспокойное время.
Внимание! Здесь и сейчас — лучший момент, чтобы выбрать свой путь!
— Чтоб тебя… — пробормотал я, судорожно соображая, что же делать.
Вот ни в жизнь не поверю, что все это случайность.
Сначала задание «Боги Порога», от которого нельзя отказаться, затем Темный жнец.
Я прямо вижу, как выхожу навстречу легиона песьеголовых и, забрав их жизни, убиваю некроманта и его Пожирателей, если они еще остались.
А лучше всего в одиночку убиваю всю волну Вторжения, а полученную энергию трачу на уничтожение злобного Ануба…
Вот только что-то мне подсказывает, что просто так жизнь забрать не получится… А ещё, я более, чем уверен, что плата будет соответствующая.
И единственный способ избежать наказания судьбы — это…
Додумывать я не стал. Слишком уж кощунственной была мысль.
Я вроде как понимал, что в мире меча и магии отношение к богам немного другое — просто могущественная сущность, уровня которой, по идее, может достичь любой маг, но себя переломить не мог.
Даже шесть лет в меде не выбили из меня деревенского отношения к Богу.
Не знаю, как для других, а для меня Бог — это создатель всего сущего, и бросать ему вызов…неправильно, что ли?
В общем, эта тема в моем понимании настолько сложна, что я всеми силами обходил её стороной всю сознательную жизнь.
Сейчас же меня настойчиво подталкивали в эту сторону.
— К черту! — принял решение я и даже сделал шаг назад, отходя от умирающего тела Жорки.
Время тут же побежало в привычном ритме, а Фрейя с сожалением посмотрела на меня.
— Ты уже согласился, — прошептала она, — и чем дольше будешь тянуть, тем выше будет цена.
— Пусть так, — поморщился я. — Но я пока не готов. И даже не знаю, с чего начать.
— Начни с себя, — с грустной улыбкой посоветовала Фрейя, — потом Лютики, потом Ваджра. У судьбы на тебя большие планы.
— У судьбы или смерти? — не удержался я.
— А разве это не одно и тоже? — в глазах девушки промелькнул лукавый огонек, который, впрочем, тут же погас. — До скорой встречи, Денебери…
Отвечать я не стал, поскольку Фрейя истаяла так же внезапно, как и появилась.
Вместо этого уже привычно щёлкнул пальцами, обращая тело Жорки в прах, и рухнул на ближайшую койку.
— Что делать, если принесут раненых? — подал голос Свелин, про которого я и забыл.
— Тюбики, перевязки, зелья, — пробормотал я, чувствуя, как проваливаюсь в дрему. — Меня не будить, даже если кто-то будет умирать.
— Я вас понял, — тут же отозвался Свелин, — я все сделаю, как нужно.
Но
