Похоже, последние слова достигли цели, и Бережанов слабо дёрнулся, как от слабого разряда током, а морщинистое лицо исказила гримаса ненависти.
— Скажи честно, Жора, — сдерживая злость начал старик, — твоих рук дело, да? У меня нет доказательств, но я нутром чую, что это ты сделал! Кто? — зарычал раздраженно он, а из тела стала сочиться слабо-оранжевая сила духа. — Кто тебе нашептал? Кто эта крыса? Об этом деле знали единицы.
— Понятия не имею, — отрезал громко Устинов, — но если бы знал, то первым и лично расцеловал бы причастного.
А вот этого не надо, Георгий Семенович, я строго по женщинам. А ведь язва молодец, ничего не рассказала этой глупой собачонке обо мне, не совсем она дура. Границы видит, и клан не подставила. Да и сам Женя не слишком догадлив, хотя мог сложить два и два еще вчера. Глупый маленький человечек.
— Ты всегда был таким, Жора. Тебе неоднократно предлагали избрать другой путь, но ты ведь слишком честен, — хохотнул ехидно Бережанов. — Пакуйте всех, — скомандовал он, указывая на бессознательные тела.
— А НУ СТОЯТЬ ВСЕМ!!! — заорал громогласно Георгий, и ярко-красная аура ратая заструилась по всему его телу. — ХОТЬ ШАГ ЕЩЕ СДЕЛАЕТЕ К МОИМ РОДНЫМ И ВСЕ СДОХНЕТЕ!!! ЗАБИРАЙ СВОЮ ШВАЛЬ ПОДЗАБОРНУЮ И КАТИСЬ ОТСЮДА!
Многие на миг испуганно замешкались и стали коситься в сторону Бережанова, но тот лишь со слабой улыбкой взирал за демонстрацией силы Устинова.
— Хватит, Жора, успокойся. Твоя семья теперь у нас, рыпнешься и я начну с твоих жен. Всех разом не остановишь, — ласково проговорил Александр, ткнув тростью в Зою, так как стоял совсем рядом с ней. — Так что сдайся и никто не пострадает. Женя быстро сыграет свадебку с Марией, — тычок трости последовал уже в ставшую бледной язву. — И ты передашь ему место главы клана.
— То есть тебе, степная тварь?! — сердито сплюнул ратай, но что-либо поделать пока не мог.
— Что ты?! Я буду лишь изредка приглядывать за ним, — отмахнулся радостно старик. — Надо ведь как-то восстанавливать утраченное.
— Женя… как… как ты…можешь… — неверяще прошептала Маша, дрожа от страха и осознания всего происходящего. — Мы ведь всё обсудили.
— Захлопни свою пасть, потаскуха! — прорычал он, направляясь, шаг за шагом к девушке. — Ты считаешь себя настолько прекрасной? Нет, ты просто идиотка! Ты пешка, которую не жалко выкинуть. Я лишь хотел насолить своему роду, который выкинул меня подобно мусору. И ты со своим кланом попалась как нельзя кстати! Говоришь, обсудили? Ты как последняя шлюха променяла меня на того наглого сопляка! Приглянулся он тебе неожиданно, видишь ли! Кто-нибудь притащите этого щенка сюда! — скомандовал вдруг он, не дойдя всего пары шагов до язвы, и возвращаясь обратно.
Устинов дёрнулся, было, мне на помощь, но я лишь коротко ему отсалютовал сложенными за спиной пальцами, что всё в порядке.
Это ведь мой шанс.
Сразу же меня грубо схватили за руки и потащили к гуще наших вторженцев, а после как мешок с картошкой бросили к ногам, как я понял, Жени.
А дальше началось самое «приятное». Ботинок собачонки прошелся мне по рёбрам.
— Как тебе, Машенька, а? Этот щенок тебе он до сих пор нравится? — истерил на всю катушку Женя, продолжая насилие над моими рёбрами.
— Хватит! Он ведь не виноват! Я сама решила с тобой порвать! — испуганно шептала девушка. — Это было… моё решение. Ведь ты еще та… ТВАРЬ! — вдруг громко с отвращением заключила та.
Ай, да умница! Молодец, нельзя просто так отдаваться врагу. Да и, кажется, за прошедшие сутки я многое пропустил. Язва отшила Рыкова из-за моей персоны.
А после мне с вопиющей наглостью поставили грязную стопу обуви прямо на голову. Обидно.
— Не ври! Ты порвала со мной из-за его появления и с подачи своего дерзкого папаши! До него ты меня так не называла! — припечатал резко он, вновь возвращаясь к истязанию меня любимого.
Всё, сука! Молись всем известным богам! Такого позора я тебе не спущу! Плевать я хотел на ваш клановый переворот! Всех ублюдков перережу!
Но тут как нельзя кстати петухом разразился сынок Бережанова:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Отец, это ведь тот урод! Из-за него тогда всё провалилось в клубе! Он убил мою охрану! Если бы не этот пацан, то у меня тогда многое получилось!
И очередной удар, но уже сынка Бережанова опрокинул меня лицом вниз, да так, что мои руки также оказались подо мной.
«А вот за это спасибо, сдохнешь последним или нет, но вы сами подписали себе смертный приговор…» — обрадовался в душе я, нащупывая в подкладке сюртука метательные иглы, ведь не просто так запросил именно этот комплект одежды, я ведь не сумасшедший, чтобы ходить без оружия.
Затем я аккуратно наполовину приоткрыл левый глаз, который сразу же встретился с холодным и напряженным взглядом Устинова, и как мог, я донёс до него слабым морганием, что осталось совсем немного.
— О, пап, — вдруг обрадовался Андрей Бережанов, оставив мою тушку в покое, но вот его тон мне почему-то не понравился. — А вот та сучка не плоха! Можно я оставлю себе её?
И затем свой взгляд устремил на… Риту.
А для меня это было последней каплей, ни одна шваль не смеет трогать мою собственность.
— Плевать на остальных, главное пока не тронь Устиновых! — отмахнулся от сына Бережанов. — Ну что, Жора, мы договорилис… ААААААААААААААРГХ!!!
Но договорить он не успел, потому как его разъярённый и наполненный болью рык разнесся по всему залу, доставляя мне просто умопомрачительное блаженство. И тот, наконец, опустил свою костлявую морду вниз на собственную кровоточащую лодыжку, которую насквозь пронзила моя игла.
И еще пять «листов» устремились к своим новым жертвам, требуя наказать весь этот тщедушный сброд.
Вот что значит эффект неожиданности!
— Нет, старый пентюх, не договорились! Без пяти минут трупу место на кладбище! Неприятно, не правда ли? — осклабился как можно шире я. — И ты не на того смотришь, кретин! Твой противник не я, старая ты обезьяна!
Глава 24. Незабываемый вечер, который превращается в кровопролитие и бойню…
— Нет, старый пентюх, не договорились! Без пяти минут трупу место на кладбище! Неприятно, не правда ли? — осклабился как можно шире я. — И ты не на того смотришь, кретин! Твой противник не я, старая ты обезьяна!
Все проклятия и вопли неистовой боли Бережанова были просто ноктюрном для моих ушей от всех высших фей Зеленвальда.
— ЩЕНОК, ДА Я ТЕБ…
Но фраза оборвалась на полуслове. В прямом смысле ярко-красная комета мелькнула совсем рядом со мной и вместе с раненым стариком вместе умчались куда-то прочь, снося своими телами пару деревянных перегородок, вылетая куда-то прочь на улицу, и от всего этого действия осталась лишь зияющая дыра в стене особняка, уйма пыли и разруха.
— В этом доме лишь я могу повышать тон… — услышал я издали сочащийся гневом голос главы клана Гамбит.
Дальнейшие события стали происходить просто с безумной скоростью. Отправленные во вторженцев иглы достигли своих целей почти сразу, одна попало в горло, вторая в лицо, третья и четвертая угодила в глаза, пятая же вонзилась в ухо. И те словно подпиленные деревья, повалились на ковёр, заливая уютную обстановку кровью. Кто кричал, а кто уже хрипел в предсмертных муках, но за следующую пару секунд, затихли лишь четверо, пятый, зажимая гортань, стоял на коленях, упираясь локтями в пол пытаясь помочь самому себе.
Я в свою очередь, не стал ждать реакции вторженцев и прямо-таки рыбкой юркнул под стол, нащупывая очередные орудия для убийства и вновь выныривая, но уже полностью готовым к бою и направляя их на оставшихся в живых четверых противников.
Один неизвестный мне воитель, прощелыга, ручная собачонка и тот самый чистокровный асианин, что был во главе группы.
— Этот вшивый степняк… мой!!! — донесся до меня рычащий голос Устинова, сквозь звук начавшейся битвы двух ратаев. — Убери оставшийся мусор. И позаботься о моих! В долгу не останусь!
Крыло беса мне в зад. Здорово придумано, Георгий Семенович, ничего не скажешь, мать твою! Неделю назад с детьми, а теперь с бессознательными. Где забрать мой выигрыш в лотерею?
