Жары в разных культурах по-разному и обзывается, но суть одна. Богини были друг другу исключительными противоположностями. Если Мара следовала доводам разума, была расчетливой и холодной, то Жара руководствовалась одними лишь эмоциями и источала бесконечное тепло. Была она немного не в себе, так скажем. По-настоящему живая, когда понятия “жизни” еще в помине не было, горячая… Когда ей было весело, смеялась она от души, когда же было ей грустно и тоскливо — все вместе с ней впадало в глубокую печаль. Но всегда она готова была поделиться своим теплом.
Любил ее и змий садов Ирия, Самаил, и Жара тоже была не прочь с ним поразвлечься. Впрочем, это не было чем-то серьезным. Горячая и душевная Жара, готовая нести для всех свет и тепло, не скупилась на эмоции, а потому в глазах Мары она была ходячей фугаской замедленного действия. Холодная и расчетливая Мара страстно держалась за существующий порядок и боялась, что вторая Богиня уничтожит все, что создавалось веками. Здесь же еще и ангелам хотелось взять под свой личный контроль сады Ирия, а потому они сговорились с Марой Черной. Общими усилиями они стерли все воспоминания Жары и осознание собственного бытия и личностной структуры. Затем ангелы создали человека, мужчину по имени Иван или Адам. Жару же приставили к нему, внушили ей мысль, что она теперь его жена, человек второсортный, а, значит, должна подчиняться ему.
Ивану было позволено делать с ней все, что ему вздумается, а потому он издевался над ней, как хотел, зачал ей сына против ее воли. Даже лишившись памяти, Жара чувствовала свою особенность, самобытность, желание испытывать сильные теплые эмоции, удивляться и восхищаться. “Под” Иваном она стала сильно страдать, а Ирий увядал без ее прежнего огонька и азарта.
Однажды, прогуливаясь по своему обыкновению в саду Ирия в совершенно угнетенном настроении, Жара повстречала давнего любовника, змия Самаила, обвивающего Древо Познания. Ангел Алконост в тот день куда-то улетел, а потому древо осталось без защиты. Самаила Жара, разумеется, не признала, однако тот напомнил ей о том, кем она была и кто она есть на самом деле, и, если она скинет свои нынешние оковы, то освободится, и страдания ее вмиг прекратятся. Хоть и вызвал змий в ней сомнение, глубоко в душе чувствовала она, что это правда. Самаил предложил ей плод с сего беззащитного древа, который вернет ей память и сознание. Соблазнившись, Жара отведала плод и проснулась.
Горечь от того, что проживала она не свою жизнь, вдруг выплеснулась с пущей силой. Несколько лет подряд в Ирие шли сильные дожди и грозы. Когда Жара, наконец, приняла свое существо, попросила она своего единственного сына-ангела, Азазеля, спустить ее в Навь, выразить свой гнев, чтобы не истязать Ирий. Азазель неохотно, но переместил ее туда, ведь мать свою он любил всем сердцем.
Отправившись туда, Жара выжгла своей неистовой яростью недюжую часть Нави. Через время из идеального ничего образовался хаос, приведший к образованию Яви и живности в ней. Жара осталась в этом новом мире, таким образом освободившись.
Узнав об этом, ангелы и Мара пришли в ярость и изгнали Самаила из Ирия. А Ивану создали жену, Марию или Еву. Самаил и Жара же стали править новыми землями и родили много сыновей. Любил змий ее до безумия и обожал. Однако внутри Жары что-то гложило. Понимала она, что своему обидчику она так и не насолила, а потому призвала она первого сына своего, Азазеля, и просила вернуть ее в Ирий. Там она превратилась в змею и соблазнила нынешнюю жену Ивана съесть плод с Древа Познания. Однако все пошло не совсем так, как она ожидала. Мария в свою очередь и Ивана подговорила съесть плод, а потому ангелы, узнав об этом, изгнали и Жару, и Азазеля, назвав его первым демоном, и Ивана да Марью из Ирия раз и навсегда.
Ангелы получили, что хотели и стали властвовать над садами Ирия, а Мара — над остатками Нави. Все время, однако, пытается она вернуть порядок над миром, скитаясь по землям Яви.
Какое-то время люди, сыновья и дочери Ивана и Марьи, поклонялись демонам-сыновьям Жары, однако Ирийские ангелы, желая отомстить Жаре окончательно, насылает на ее детей проклятие. С тех самых пор каждый рожденный ею сын и нынешние дети стали иметь дурную ауру, уничтожающую Явь изнутри. Люди начали ненавидеть демонов и убивать их. Самаила тоже убили. Жара же скиталась по Яви много лет, страдала и сильно горевала, пока не повстречала она князя. Полюбили они друг друга всем сердцем, заполнил он в ее душе пустоту. Они создали семью, и родилась у них дочка, не обремененная плохой аурой.
Вот и весь увлекательный рассказец. Теперь у меня вопрос к Вам, дорогие студенты. Зачем, как Вы думаете я это все Вам рассказал?
— Чтобы рассказать интересную историю, разве нет? — предположил один из студентов, на что Любомир Глядский ничего не ответил, лишь загадочно улыбнулся.
— Чтобы мы знали правду? — высказался Димитрий.
— Не совсем так, — заискивающе сказал Любомир. — А с чего Вы вообще взяли, что это все правда?
Студенты молчали. Димитрий осторожно ответил:
— Ну Вы же нам ее рассказали…
— Ну и что? — сдержанно улыбнулся профессор, поправив неугомонные очки. — Я Вам любой бред могу сказать, и что, Вы мне все поверите?
Димитрий присоединился к всеобщему молчанию.
— Ну, в целом, мой рассказ действительно можно назвать относительной правдой. По крайне мере, именно этой версии создания мира придерживается большая часть научного сообщества. Во всех государствах. Основывается эта версия, разумеется, на различных доказательствах: валенебулских глиняных табличках, древнем трактате “О жизни, быте и труде”, проведении раскопок на землях Прегранского княжества, откуда, считается, мир развивался, так скажем, нулевая точка. На этих раскопках и я был, собственно. Что удивительно, доказательств много, огромная часть научного сообщества согласуется с этой версией, но вот церковь и само государство с ней не согласны и дают людям другие объяснения возрождения Яви, совершенно не предоставляя никаких подтверждений. Однако люди им верят куда охотнее. Так спрашиваю Вас еще раз — зачем я Вам это все рассказал?
— Для того, чтобы уметь отделять правду от вымысла? — осторожно предположил Димитрий. Любомир кивнул ему и выжидающе посмотрел на студента. — Простите, профессор, я больше не знаю, что еще сказать.
— Нет, Вы правы, Димитрий, но опять же не совсем. Дело в том, дорогие друзья-студенты, что единственное, что держит меня в этом университете — это страстное желание сделать из Вас людей науки. Что есть критическое мышление?
— Умение критически мыслить, —
