– Допустим, – по слогам выговаривает Джейк. – Сейчас всё в порядке?
– Нет, – она мотает головой, опускаясь на постель рядом с ним, – я… Думаю, сейчас это опять случится.
– Марикета, – настойчиво произносит Джейк, – пожалуйста, останься со мной. Ты можешь этому противостоять?
– Разве я должна? – выдыхает она, поворачивая к нему голову – её глаза будто подёрнуты плёнкой . – Даже если бы могла. Нет, в этот раз всё по-другому, – Марикета перехватывает его пальцы и сжимает в кулак, словно каждый глубокий вдох причиняет ей боль. И чёрт возьми, да, он хотел, чтобы она вспомнила. Но видеть, как это происходит на самом деле – чересчур, и Джейк чувствует себя таким беспомощным, зная, что ей сейчас больно, и не имея возможности хоть как-то это облегчить. – Я останусь, – внезапно говорит она, и её взгляд расфокусируется. Спустя ещё мгновение она обмякает, заваливаясь в его объятия.
Джейк подхватывает её на руки, укладывает на постель поудобнее, садясь так, чтобы её голова лежала на его колене. В эти минуты она кажется такой беззащитной и уязвимой, что это причиняет ему боль.
Её глаза плотно закрыты, и в своём полузабытье она хмурит брови, а её ладонь взлетает к груди. Джейку кажется, что она сейчас снова вцепится в собственную кожу, но она нащупывает его жетоны и с облегчением выдыхает, будто тепло металла в пальцах действительно ей помогает.
★
Всё не так, как до этого.
Оказываюсь в полной темноте, окружённая совершенно непроницаемым ничем. Пустота. Тишина. Пространство ощущается, как густой кисель.
Кажется, что это длится целую вечность.
Пока перед глазами не вспыхивает лиловый свет.
Сначала слышу только голос. Кажется, нужно ориентироваться на него, как на маяк, и в конце концов мне удаётся расслышать слова.
«Типичная принцесса…» «Ты доверяешь мне?» «Проводить тебя, Принцесса?» «Значит, девушка из Аппалачей». «Ты задумала всё это путешествие через джунгли только для того, чтобы я разделся для тебя?» «Почему мы не можем остаться здесь навечно?» «До тебя мне больше нравились блондинки». «Разумеется, ты сумасшедшая». «Желаешь чего-нибудь?» «Я буду рядом, что бы ты ни решила».
Я б у д у р я д о м
Я обещала ему именно это. И нарушила данное слово. Обманывала его так часто, что ему в пору было бы разочароваться во мне, но он этого не сделал.
«Неужели так сложно признать, что ты ревнуешь?» «Не делай так больше. Не вздумай погибнуть и оставить меня наедине с этой толпой». «С тобой я ни в чём не уверен». «Принцесса, ты не можешь не влипнуть в историю, стоит мне выпустить тебя на секундочку?» «Ты полна сюрпризов». «Предлагаешь свою кандидатуру?» «Я охренительно по тебе соскучился». «Только ради тебя». «Вот и поцеловались…»
К его голосу примешиваются ощущения. Его горячие сухие губы на моих, мягко, требовательно, нежно, жёстко, импульсивно, сладко. До дрожи в коленях. До поджимающихся пальцев ног.
«Никогда и никого не хотел так сильно, как тебя». «Никогда не сомневайся в моих словах». «Если только ты не считаешь, что мы слишком торопимся…» «Я не могу держаться на расстоянии от тебя». «Ты по-прежнему самый близкий человек для меня». «У тебя кровь, Марикета». «Может, мы были предназначены друг другу или что-то в этом роде?» «Тебе же обязательно нужно быть в центре событий!» «Посмотри на меня…» «Я хочу сказать тебе всё, Принцесса». «Не ради меня! Поняла?»
Но как же не ради него? Всё ради него. Моё каждое слово, правдой оно было или ложью, было ради него.
«Мне тебя мало». «Я не позволю им причинить тебе боль». «Лучше не забывай, что… моя». «Ты – это нечто особенное». «Постарайся не скучать по мне слишком сильно». «Перед тем, как я улечу, нам стоит вскарабкаться ещё на какую-нибудь гору». «Исцели меня, Марикета». «Ты – единственная причина не тронуться умом от всего происходящего». «Ты можешь, пожалуйста!» «Соблазн был велик, чтобы ты знала». «Я предпочитаю наши особенные фейерверки». «Когда ты злишься, да ещё и голая, это бесподобно». «От тебя мне реально сносит башню». «Чёрта с два я потеряю тебя дважды, Принцесса!»
Но он… потерял. И в этом виновата я. Боги, сколько же боли я ему причинила. Как он вообще остался в здравом уме после всего этого?
«Ты ведь знаешь, что я люблю тебя».
Я люблю тебя.
Чувство, возникшее в последние дни, удивительным образом смешивается с потоком воспоминаний.
Я люблю тебя.
В темноте, разрываемой короткими вспышками – черты его лица. Контур губ, слишком чувственных, чтобы принадлежать мужчине. Упрямый подбородок, покрытый лёгкой щетиной. Глаза… Такие синие, что это по-прежнему меня удивляет. Точно знаю, что теперь этот оттенок – мой самый любимый.
Я люблю тебя.
Могу ощутить каждое прикосновение, которое проносится по коже с воспоминаниями о том, что я чувствовала тогда – и с пониманием того, что чувствую сейчас. Он берёт меня за руку, мягко проводя большим пальцем по запястью. Он прижимает меня к себе, исступлённо исследуя ладонями моё тело. Он протягивает руку к моему лицу, заправляя прядь волос мне за ухо. Он… Он…
Везде.
В воздухе, которым дышу.
Я люблю тебя.
Мой пилот, мой мужчина, мой супруг. Нам было отведено слишком мало времени вместе – и я оставила его. Что бы ни стало причиной моего ухода, одно осталось неизменным.
Я люблю тебя.
Господи, как я тебя люблю.
★
Марикета открывает глаза, разжимает ладонь с жетонами и глубоко вздыхает. После пронесшихся под веками воспоминаний ей кажется, что она видит Джейка впервые. Как она могла сказать или хотя бы допустить мысль, что не любит его? Это же просто нелепо. Это… не про них вообще.
– Вау, – выдыхает Мари.
– Ты в порядке? – обеспокоенно спрашивает Джейк.
Мари поднимает голову с его колен и садится рядом. Столько всего сразу хочется сказать ему… Но как объяснить, что внутри неё только что нечто встало на свои места с воспоминаниями о том, кем они были друг другу? Точнее, кем они являются друг для друга до сих пор, потому что всё это, конечно, не могло пройти бесследно, иначе почему с их первой встречи после того, как она вернулась, её так тянуло к нему? Никогда не переставала тебя любить, даже когда не знала, кто ты.
Мари неуверенно протягивает ладонь к его лицу. Сколько же у тебя терпения, что ты так стойко сносишь всё дерьмо, происходящее с моей головой?
– Я люблю тебя, – говорит Марикета. – Джейк. Боже. Я так люблю тебя.
И у него глаза загораются каким-то особенным светом, как раз как тогда, когда она согласилась выйти за него замуж. Теперь-то она помнит.
– Принцесса…
– Ш-ш, – она кладёт палец на его губы и качает головой. – Это не всё. Я помню тебя. Прости. Пожалуйста, прости меня за то, что я так… За всё, что я тогда наговорила. Боже, Джейк. Я не заслуживаю тебя.
Он мягко перехватывает её ладонь.
– Не говори глупостей, Принцесса.
– Это не глупости, – Мари снова качает головой. – Не представляю себе, как ты ненавидел меня эти пять лет. Я столько раз тебя обманывала.
– Не важно. Ты… здесь. Ты по-настоящему здесь.
Мари тянется к его губам. Это… будто заново родилась. Будто оказалась в своей родной стихии.
Мой.
А потом виски снова пронизывает острая боль, и Марикета чувствует, как сознание медленно уплывает куда-то, опять, нетпожалуйстанесейчас, но…
★
Кровь пузырится на его губах и засыхает на моих ладонях. Струится из раны на его животе. Так много крови…
Стрела попадает в его спину, пробивает насквозь грудную клетку, и он падает на колени. Поспешно опускаюсь рядом, хватаюсь за стремительно холодеющие пальцы, а он ещё что-то шепчет побледневшими губами…
Стекло с мерзким хрустом входит в его живот.
Молниеносный бросок, и кинжал пронзает его горло.
Он оступается, падая с обрыва.
Дуло пистолета направлено мне в лицо, но он резко отталкивает меня – и ловит предназначенную мне пулю.
Через его тело проходит заряд электрического тока.
«По крайней мере, увидел тебя в последний раз».
