Разрядила арбалет и вскинула на плечо, собираясь неспешно вернуться обратно, как и подобает воспитанной благонравной девице. Не тут-то было! Надсадный рёв трубы возвестил нам грешным, что бой не окончен, а только начинается.
Выглянула наружу. Наши обвальщики тут же бросили своё кровавое занятие и со всех ног рванули к входу в башню. Вылетевшие из-под арки кочевники осыпали их стрелами. Двое гвардейцев были ранены: один в руку, другой в ногу, но их быстро втащили наверх. Мигом соскочив со своих тачпанов, степняки ринулись следом. С нашей стороны вяло тренькнули несколько арбалетов. Что-то после первого успеха мы совсем расслабились.
Подскочила к Хорху, выглянув из-за его спины. Проклятье! Вот же дрянь! Табиры как раз дали залп по бойницам. Одна из их стрел засела в волосах. Хорошо, что не в глаз!
Дуракам везёт!
И вообще мои волосы – это отдельная история. Стоило приехать в Золотой лес, как с ними стало происходить что-то странное. Сразу не заметила, сказалось полное отсутствие в замке зеркал, а вчера в доме Эйвы сама себя не узнала. Лицо по-прежнему было моё, но вот волосы… они посветлели и ни с того ни с сего начали завиваться. К счастью не кучерявыми кольцами, а волнами, иначе не представляю, чтобы я с ними делала. Итак распушились, дальше некуда. Такая пышная грива… В ней и увязла стрела.
Сразу её вытащить нам с Эной не удалось даже с помощью Эйвы. Наконечник оказался с какими-то зазубринами, поэтому намертво запутался в волосах. Я разругалась. Рядом, раскачиваясь на табурете, что-то нелицеприятное про маленьких дурочек, их золотые волосы и глупые головы бубнил нирт Малой Южной гряды.
Про бестолковую голову он был прав.
Да, сразу не додумалась "зрячую" жемчужину подвесить. Пока девчонки возились с чёртовым свиссом, вытащила "глаз" из кошелька и подвесила на тонкое "щупальце" вверху бойницы.
– Ну что там происходит? – вновь заканючил не находивший себе места нирт.
– Кочевников внизу до хрена, стоит кому-нибудь высунуться – мигом нашпигуют стрелами, – прокомментировала я, дивясь сколько народа смогло набиться в такой небольшой двор.
– Наши на втором держатся? – спросил Илькарон.
– Сейчас девочки стрелу выдернут, и пойду посмотрю.
Однако, этого не понадобилось. Заскрипели ступеньки.
– Ил, глянь кто там?! – выкрикнул Хорх.
– Наши поднимаются, – тут же откликнулся воин, – с пленными.
– Уй! – вскрикнула я, потому что эльфийке надоело возиться со свиссом, и она дёрнула посильнее.
– Прости, Ола, – тут же извинилась девушка, демонстрируя наконечник с намотанным на него клоком волос.
– Эйва, дай на минутку лук.
– Зачем? – спросила эллиена, выполнив мою просьбу.
– Хочу отправить гостинец по назначению.
Я подобрала с пола и ещё пару табирских стрел, наложила на тетиву, держа лук горизонтально и, не высовываясь из бойницы, запулила их в сторону скопившихся напротив кочевников.
Что тут началось! Снаружи поднялся дикий вой. Бойницу, из которой я стреляла и соседние, буквально засыпало свиссами. Досталось и гвардейцам, которые как раз волокли по коридору пленных. Давненько я от них такой отборной ругани не слышала.
Пока Илькарон узнавал обстановку и занимался с пленными… Кстати, что он с ними собирался делать до сих пор не представляю, потому что никто из захваченных кочевников ни бельмеса не понимал по-леворски, а из наших, как выяснилось, никто не говорил на их тарабарском наречии… Так вот, в это время… сначала я одна, а потом ко мне присоединились и девчонки… мы занялись тем, что принялись подбирать с пола прилетевшие снаружи "гостинцы" и отправлять их обратно по три штуки зараз своим прежним владельцам.
Эйва отобрала у меня лук и тоже присоединилась к веселью. Честно надо сказать, что трём, а потом уже четырём десяткам табиров мы безнадёжно проигрывали. Несмотря на то, что те вели перестрелку ещё и со вторым этажом, на котором засели наши гвардейцы. Но это если судить по количеству выпущенных стрел.
В результате один кочевник получил "подарок" в правый глаз и вряд ли теперь выживет. Ещё около десятка степняков отделались ранениями разной степени тяжести. Помимо этого было убито больше дюжины тачпанов. Но цифры это всё приблизительные, потому что, как я уже говорила, огонь по захватчикам вели ещё и гвардейцы, а также эллиены с горы, которые вообще расстреливали врагов, как в тире. Не уверена, что стрелы табиров до гребня вообще доставали. Если и долетали, то вряд ли причинили много вреда. Не такие уж у кочевников были хорошие луки, да и свиссы не ахти.
Наши потери свелись к минимуму… Их даже потерями то назвать было нельзя. Так, незначительный ущерб. Одна из вражеских стрел срикошетила Эйве в незащищённую шею. Рана оказалась пустяковой. Но когда эльфийка осела у стены с квадратными глазами, зажимая рукой рану, а из под пальцев потекла кровь… У меня аж сердце остановилось. Думала, угробила девчонку, что я скажу её дяде. Хорошо, что ума хватило кликнуть Эну.
Та подскочила с бинтами в руках. Рану зажали, стащили кольчугу, пострадавшую перевязали. Подруга снова рвалась в бой, но я, как настоящий отец-командир обвинила её в легкомыслии, халатности, невнимательности, и вообще всех смертных грехах. Пообещав немедленно отослать к дяде, если она и дальше будет так же безответственно себя вести.
Эйва обиделась, на глазах выступили слёзы. Ничего, пусть поплачет и подуется, лишь бы на рожон больше не лезла.
Не помню, кто мне говорил, но женщины для войны слишком азартны. Не могут остановиться. Правда или нет?
Скорее всего брехня, но как там у эльфиек… Вроде бы уже говорила, что они сражаются наравне с мужчинами. Ну, или почти наравне. Но всё это не от хорошей жизни, просто эллиенов слишком мало. И женщин своих они в первую линию с мечами и копьями не посылают. Но вот в стрельбе из лука противоположному полу эльфийки ничем не уступают.
Не знаю, насколько яростна в бою Эйва, но не фига ей лезть поперёк всех в пекло.
Проклятье! Через несколько минут следом за ней пострадала Гэва. Женщина успела отдёрнуть голову, но выбитая из камня крошка попала ей в правый глаз, а стрела засела в волосах. Правда, этот свисс оказался без сюрпризов, и мы его быстро извлекли. С глазом было хуже, моя служанка так и не смогла толком проморгаться, а глаз постоянно слезился. О прицельной стрельбе не могло быть и речи.
Притащив пленных, воины поспешили обратно. На втором этаже дело было совсем плохо. Я и забыла, что каменная лестница была не единственным входом. После того, как Клэр обрушил полгоры, уцелевший остаток галереи, ведущей ранее в подземелье, повис над землёй, подобно балкону. Всё бы ничего, но образовавшаяся после обвала каменная насыпь, позволяла кочевникам запрыгивать на выступ, помогая себе руками, без особого труда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
