волнует, не захотят ли слушатели узнать, что происходило во вторник, среду и четверг, – просто сожмите временны́е рамки и сделайте так, будто бы все закончилось во вторник.
Кроме того, подобный прием придает истории драматизма и напряженности, и описываемые события сразу приобретают визуальный объем и более кинематографичный характер.
Например, у меня есть история под названием «На велике по крышам» – о том, как в детстве я, пытаясь обратить на себя внимание матери, прокатился по крыше сарая. Кончилось все не очень хорошо. Я-то намеревался спрыгнуть с крыши и приземлиться, не слезая со своего двухколесного велосипеда, – но оказалось, что по законам физики это невозможно. В моей истории планирование и сам прыжок выполнены едва ли не одним дублем, и все действо уложилось в один вечер. В реальности мы с сестрой задумали все в один день, а осуществили на следующий – но зачем растягивать историю на два дня, если между планированием и исполнением не случилось ничего важного? Зато публике гораздо проще понять и переварить мой рассказ, если уместить все в один вечер.
Вот так событие, произошедшее в выходные, превратилось в рассказ об одном лишь субботнем вечере (эта история тоже есть на канале Storyworthy the Book).
Точно так же можно «сжать» и географию – тем самым облегчив восприятие и визуализацию. Например, у меня есть рассказ «Чаша» – о том, как была запружена река в Нью-Гемпшире, чтобы осушить огромную гранитную чашу (которая так и называется – Чаша), выточенную рекой в отвесном склоне горы. Чаша – одна из второстепенных туристических достопримечательностей, и после встречи с самоуверенным рейнджером, пытавшимся убедить меня в том, что этому объекту уже 1000 лет и все это время не иссякал бьющий в нем водный источник, я решаю осушить Чашу и доказать, что он ошибается.
География этой истории сложна, а описание речного потока, указание точного расположения шоссе и моего лагеря вверх по течению лишь еще сильнее его усложнили бы. Вот почему я максимально сжимаю пространственные рамки повествования и выбрасываю ненужные локации и границы. Я рисую образ одной-единственной реки, протекающей мимо моего лагеря и до Чаши, тогда как в реальности река была гораздо более извилистой и бурной.
Лишним сложностям и деталям в сюжете не место. Помните: истории – как реки (вроде той, где я поставил дамбу, чтобы осушить Чашу). Они несут свои бурные воды, даже когда ваша аудитория силится понять последовательность событий или построить в уме сложную карту. Вот почему на всех этапах всегда лучше отдавать предпочтение простоте, и именно поэтому вам пригодится умение сжимать повествование.
Тип № 3. Предположения
Этот прием используется рассказчиками, когда некая деталь настолько важна для истории, что требует дополнительной конкретизации, и потому рассказчик строит разумные предположения о том, какие именно аспекты нужно конкретизировать. Это не означает, что можно строить предположения по любому поводу – лишь тогда, когда забыт какой-то ключевой элемент.
У меня есть история о том, как мы с братом сбрасывали свою коллекцию фигурок из «Бэтмена и Робина» в проржавевшую дыру в полу маминого Chevrolet Chevette 1972 года, прямо на шоссе. Мы привязывали игрушки веревкой, пропускали ее через дыру и смотрели, как они, гремя, катятся за машиной. Потом отвязывали веревку от рычага переключения передач и наблюдали, как игрушки подпрыгивают и подскакивают. Такая у нас в 1970-х была замена айпаду, так мы развлекались в многочасовых поездках.
Однажды Бэтмен отскочил от Робина, вылетел на встречную полосу и, ударившись о проезжавшую машину, запустил цепочку событий, из которых родилась история. Я уже не помню модель и марку той машины, но деталь эта настолько важна, что мне хочется, чтобы все слушатели до единого отчетливо представили себе ее, – и потому я строю предположение. Поскольку на дворе 1970-е, я объявляю, что это микроавтобус, потому что именно они в то время чаще всего встречались на дорогах.
Конечно, мне бы очень хотелось, чтобы это был вишневый Chevrolet Corvette, а не микроавтобус – тогда история стала бы еще интереснее, – но в своих предположениях (а я делаю их не так часто) я всегда стараюсь быть как можно точнее и ближе к реальности.
Тип № 4. Последовательность событий
В этом случае рассказчик меняет последовательность событий, чтобы добиться большей эмоциональности и напряженности, а также облегчить восприятие истории слушателями. По своему опыту могу сказать, что из всех приемов этот наименее распространен – лично я никогда к нему не прибегал. Но другим рассказчикам я время от времени его рекомендую.
Мой любимый пример – история одной рассказчицы, которую после смерти брата назначили ответственной за его прах. Брат был фанатом Baltimore Orioles, и она надеялась развеять его прах в «Ориол-парке в Кэмден-ярдс»[15].
Конечно же, это невозможно. Если бы над бейсбольными полями можно было развеивать прах болельщиков, то все поля были бы уже покрыты пеплом и пришлось бы отменить все матчи.
Но она все-таки поехала в Кэмден-ярдс по окончании сезона и там встретилась со смотрителем стадиона. Они поговорили, вместе поплакали, и он разрешил ей развеять прах у входа в «Ориол-парк», чтобы каждый вышедший на поле игрок уносил с собой частичку ее брата.
Красиво, правда? Потом она отправилась в бухту Балтимора и посыпала прахом брата ступеньки его любимых стриптиз-клубов, чтобы каждый их посетитель унес его с собой.
Закат она встретила под деревом, где вся семья любила собираться на пикник. К ней присоединились и другие члены семьи, они провели скромную церемонию и захоронили там же оставшийся прах.
Красивая история – правда, рассказывать ее нужно не в том порядке. Момент приезда в Кэмден-ярдс – центральный и самый трогательный, а значит, рассказывать его нужно ближе к концу. Это – тот самый «пятисекундный» момент. Все, что идет позже, кажется второстепенным.
До того нужно рассказать о приезде в стриптиз-клуб – чтобы слушатели сначала посмеялись, а потом поплакали; это всегда работает. Так эмоции ощущаются острее.
А начинать историю нужно с церемонии под деревом – с описания членов семьи, их взаимоотношений и связей друг с другом, с подготовки сцены и расстановки фигур.
Таким образом, автор не добавляет в историю ничего лишнего, а просто меняет местами последовательность событий, облегчая восприятие, – ведь аудитория ждет, что эмоциональное путешествие пройдет по определенной траектории.
Если реальная последовательность событий не соответствует канонам повествования – измените ее.
Мир не всегда подстраивается под наши истории, так что иногда ему нужно чуточку помочь.
