головы. Я не могу заставить себя открыть глаза. Я знаю, что если сделаю это, мне захочется наброситься на него и выцарапать ему глаза за то, что он сказал о Джордане.
— Отойди, — говорит Саммер, и я чувствую, как холодный метал покидает мой висок, когда Стейн отходит. Я наконец открываю глаза, и передо мной Саммер. Подняв взгляд, я вижу, как Стейн улыбается мне, а затем отходит в другой конец комнаты. Он садится в кресло, откидывается на спинку и кладет пистолет себе на колени. Саммер садится рядом со мной, прикладывая полотенце к моей голове.
Мои глаза снова начинают закрываться, и я слышу беспокойство в голосе Саммер.
— Нам нужно что-нибудь попить. Она сейчас упадет в обморок. — Она вздыхает, ее руки дрожат. — Она тебе для чего-то нужна, и я знаю, что для что бы это ни было, она должна быть в сознании.
Ее голос тверд, и она использует тон, которого я никогда раньше от нее не слышала. В то время как я, кажется, слабею, она, кажется, становится сильнее.
Я удивляюсь, когда Стейн встает и уходит из поля зрения, а через несколько мгновений возвращается с двумя бутылками воды. Он бросает их на диван рядом с Саммер. Она берет одну, открывает и протягивает мне. Я хватаю ее свободной рукой, в то время как она берет другую для себя. Мы обе начинаем пить, но Саммер говорит мне притормозить и не пить слишком быстро, иначе меня стошнит. Я хочу проглотить все залпом, но знаю, что она права. Я и понятия не имела, что вода может быть такой вкусной. Медленно потягивая ее, я уже начинаю чувствовать себя лучше.
— Теперь. — Стейн садится обратно в кресло и наклоняется вперед. — Ты собираешься позвонить своему парню, как только мой партнер приедет сюда.
— Зачем? — Я притворяюсь невежественной. Я ничего так не хочу, как позвонить Джордану. Услышать его голос хотя бы на мгновение помогло бы мне пройти через это, но я боюсь того, что они заставят его сделать. Еще больше я боюсь, что они могут попросить его отправиться куда-то, и тогда он закончит так же, как я. Я не хочу, чтобы он пострадал. Это было бы слишком тяжело вынести, зная, что я втянула его в это.
— Я не доверяю ему позаботиться о том, что нужно удалить. Я хочу, чтобы он предоставил нам доступ к серверам, и мы сделаем то, что нужно, — отвечает он.
Я выдыхаю, благодарная, что они не просят его встретиться где-нибудь.
— Мы не так давно вместе. Откуда ты знаешь, что он вообще сделает это? — спрашиваю я. Я все еще боюсь, что эти люди приблизятся к Джордану. Я знаю, что он ищет меня, но не хочу, чтобы они втягивали его в это.
— Не будь гребаной идиоткой, Джей. — Стейн встает, и я задерживаю дыхание. ОН не приближается ко мне, а вместо этого подходит к столу, где стоит бутылка алкоголя. Он берет бутылку и делает большой глоток. После этого он не ставит ее на место. Он просто возвращается с ней к креслу и снова опускает пистолет к себе на колени. — Поверь мне. Я этого не понимаю. Все, что я когда-либо видел в тебе, — абсолютную суку, но Спенсер и Джордан гонялись за тобой по офису со своими членами в руках.
Я не отвечаю. Что я должна на это сказать?
— Потом ты даешь Джордану полизать свою киску, и он превращается в гребаного питбуля, ломящегося в мою чертову дверь ради тебя.
Теперь я не понимаю, о чем он говорит. На моем лице, должно быть, отразилось замешательство.
— Ты даже не знаешь, какого сумасшедшего ублюдка пустила себе между ног, не так ли? Может, так и есть. Ты притягиваешь сумасшедших. Да, в этом есть смысл.
Кто бы говорил. Если Джордан сумасшедший, то и я тоже, и меня устраивает такая любовь.
— Если бы он не появлялся у моей двери, угрожая мне из-за этого файла из-за тебя, ничего этого бы не случилось. — Стейн делает еще один глоток из своей бутылки, на этот раз больше, чем в прошлый раз. Когда он убирает бутылку, на его губах появляется ухмылка. — Но я поквитался. Я был так раз услышать про старого папочку, — саркастично говорит он.
Рыдания вырываются из меня.
— Видишь, что ты наделала, Джей? Ты засунула свой нос слишком далеко туда, куда не следовало. — Он поднимает пистолет. — Все это. — Он размахивает им в воздухе. — Это твоя вина. Все могли бы быть дома и ничего бы не узнали, если ты просто отпустила это.
Он прав. Я — причина того, что ад обрушивается на всех, кого я люблю. Всех, кто когда-либо по-настоящему что-то значили для меня. Мама всегда говорила мне, что однажды я вляпаюсь по уши. Думаю, в конце концов она была права.
Я смотрю на лицо сестры. Оно темнеет от синяков. Она смотрит на меня, пытаясь сказать что-то взглядом. Стейн бормочет что-то себе под нос, и я наблюдаю, как его глаза медленно начинают закрываться. Я оглядываюсь на Саммер, которая теперь тоже наблюдает за ним.
Мы сидим в тишине, кажется, целую вечность. Я ничего так не хочу, как откинуть голову назад и задремать, но я борюсь с притяжением, зная, что, возможно, у нас есть возможность сбежать. Взгляд Саммер мечется между мной и Стейном. Она убирает полотенце с моей головы, и я думаю, что моя рана наконец перестала кровоточить. Я вижу облегчение на лице Саммер, когда она осматривает меня и одобрительно кивает.
Ее взгляд возвращается к Стейну, а затем она наклоняется ближе.
— Он спит, — одними губами произносит она, и я оглядываюсь и вижу, что Стейн отключился в кресле.
— Уходи, — говорю я, оглядываясь на дверь. Я чувствую, что только замедлю ее. Ей нужно бежать.
— Не пойду без тебя, — шепчет она, и я вижу ее решимость.
— Пожалуйста, — умоляю я.
— Вставай, — шепчет она, поднимаясь. Я не знала, что шепот может звучать так строго.
Я поднимаю здоровую руку, и сестра помогает мне подняться на ноги. Я прижимаю поврежденное запястье к груди, и боль уже не такая сильная, как раньше, но пульсация все еще ощущается.
Я бросаю взгляд на Стейна. Я хочу схватить пистолет с его колен, но слишком напугана. Он может проснуться в любую секунду, а у нас с Саммер сейчас нет сил бороться с ним. Саммер словно читает мои мысли и качает головой.
— Давай убежим, — говорит она, и я киваю в знак согласия. Я хочу
